положено преподавателю. Смотрит на потолок, потом на студентов.
А жирное нечто собралось в каплю, и эта капля полетела с потолка прямо в направлении Бакстона.
— Господин Бакстон, вам следует поторопиться, — кивнула на каплю Айлинн.
Он шевельнул пальцами, и капля… нейтрализовалась в воздухе. Вот прямо нейтрализовалась, Айлинн ощутила этот момент — всё же с материалами работает, с осязаемыми предметами, не с неосязаемой стихией.
— Значит, так, — Бакстон глянул на студентов, — смотрим сюда. — Существует нейтрализующее заклинание, которое мы с вами сейчас и попробуем применить.
Студенты оживились. Наверное, уже представили себе, как будут руками всё отчищать, а потом белить потолок.
Бакстон же уверенно пошевелил пальцами обеих рук, как-то хитро крутанул кистями, и всё равно что сдёрнул эту штуку с потолка. И с улыбочкой нейтрализовал, как и каплю перед тем. Осмотрел восторженно глядящих студентов.
— Кто может сказать, что именно я сделал?
Они уже было начали перечислять, а Айлинн успела выдохнуть про себя и подумать, что пошла она отсюда, когда один из студентов нерешительно сказал:
— А… вон там… — и показал на злосчастный потолок.
Айлинн глянула, куда показывали — тьфу ты. В дальнем углу сохранился кусок этого безобразия — такой же чёрный и жирный. И он полз на свободное пространство… на котором в некоторых местах остались чёрные точки. Точки тоже увеличивались на глазах.
— Что за хрень? — не понял Бакстон. — Должно было убраться. Всё, что там было!
— А вот не убралось, — не сдержалась Айлинн.
— Да вижу, — отмахнулся он.
Повторил свою предыдущую манипуляцию… тоже с частичным результатом. Остатки пятна как будто поняли, что на них охотятся, и резко отодвинулись в углы.
— Не понимаю, всегда помогало, — Бакстон в третий раз выполнил известное ему действие, и вновь с частичным результатом.
Кусочек чёрного вещества вновь собрался в каплю и сорвался вниз с потолка, и упал прямо на плечо растерянного Бакстона, тот тихонько выругался. Вещество впиталось в ткань пиджака и принялось расползаться уже там.
Айлинн поняла, что необходимо вмешаться.
— Какова природа этого вещества? Что это вообще такое? Из чего состоит? Как реагирует на соприкосновение с разными материалами?
Брови Бакстона так и взлетели.
— Вы думаете, я это знаю?
— А разве нет? Я полагаю, должны.
— Почему? — нет, он в самом деле не понимал, самовлюблённый идиот.
— Ну как, я полагаю, вы знаете свойства того, чем швыряетесь в академическом корпусе, — поджала губы Айлинн.
— Я знаю, что этой штукой хорошо останавливать большинство известных человеку видов нежити, и ещё — что человеческому организму она не вредит.
— Только потолкам и пиджакам, — хмыкнула Айлинн. — Из чего это состоит? Откуда берётся, на чём основано ваше нейтрализующее заклятье?
Он хмуро смотрел на неё, а она подошла и уставилась на его плечо — в том месте, где в него впиталась жирная капля.
— Что вы хотите там увидеть? — он смотрел, очевидно, не понимая.
— Как это — что? Образец вещества. Если что-то идёт не так, значит, в условии где-то ошибка. Вы не думали о том, что ваше заклятье может действовать только на вещество в состоянии без примесей?
— То есть? — всё ещё не понимает, чему он вообще учился!
— Когда эта ваша дрянь попала на потолок, то смешалась с верхним слоем краски. Или частично растворила её и смешалась с тем, что там под этим слоем. И это уже другое вещество. И на вашем плече тоже уже другое вещество, потому что исходное смешалось с ворсинками ткани и пылью!
— О, — и смотрит так, будто впервые её увидел. — И… что с ним тогда делать?
— Искать другой способ нейтрализации, естественно, — сообщила Айлинн. — Я полагаю, что задача имеет решение, но мне нужно знать, что это такое вообще. Для этого я должна… изучить образец.
— Ну так изучайте, — Бакстон радостно стащил с плеч свой серый пиджак и сунул ей.
Тем временем чёрная дрянь успела просочиться и на его белоснежную рубашку тоже. Он как увидел, так аж задышал по-другому. Это его единственная рубашка?
Айлинн усмехнулась, поискала в кармане и нашла свой анализатор, у всякого порядочного артефактора такой бывает. Но не все таскают с собой, а она вот почему-то таскает. Такую штуку собирают для себя курсе на втором или третьем, а потом усовершенствуют, и она служит всю жизнь. Интересно, сработает сейчас или нет?
Анализатор Айлинн в открытом виде имел вид длинного щупа, на конце которого могли раскрыться до семи тонких усиков с разной степенью чувствительности к разным веществам. Она встряхнула артефакт и осторожно коснулась им жирного пятна на ткани.
* * *
Ирвин и не думал, что эта чёрная дрянь окажется такой пакостной. Сколько раз использовал — вообще никаких проблем не было. Правда, чаще всего она просто нейтрализовывалась вместе с единицей нежити в момент соприкосновения, да и всё. Со стен тренировочных залов такое обычно никто никогда специально не убирал, оно там как-то само, вместе с остатками прочих заклинаний. Кажется, иногда такие залы чистят, да? Ирвин не задумывался.
А сейчас-то что делать?
Он был полностью согласен, что так, как есть — непорядок. И ему было очень неуютно от того, что он сам, выходит, этот непорядок спровоцировал.
Блин, что делать-то? И пиджак теперь только в мусорку, и рубашку, если, конечно, эта агрессивная дрянь мусорный ящик не сожрёт!
Он не очень-то поверил словам выскочки Айлинн, ему не хотелось верить. Ну какое там вещество, скажите тоже, да что она несёт-то про то, будто это уже что-то другое? Но — сама напросилась, да? Вот пускай и командует, раз такая умная. Он даже пиджак подержит, чтобы ей удобнее было.
Правда, выскочка действовала довольно уверенно. Достала из кармана какую-то штуку вроде ручки, да не простую, а мудрёную, вроде деревянную, только с какими-то проволочками и кристаллами, и активировала её — Ирвин уловил момент приложения силы.
На конце дивной штуки появился стержень — точно как в ручке, и вдруг распался на несколько тонких отдельных усиков. Эти усики всё равно что сами ввернулись в ткань… и Ирвину пришлось чуть подкрутить зрение, чтобы разглядеть, потому что мелкие. Выскочка же пошевеливала свою ручку в пальцах, чтобы эти усики впивались в ткань его несчастного пиджака под разными углами.
А ещё и студенты сгрудились вокруг. И понимали в происходящем ровно столько же.
Вообще Ирвин вообще не мог сообразить, что такое она хочет сделать. Пока не вспомнил… детство и одного отцовского приятеля. У которого была похожая штука. И он развлекал старших детей своего друга тем, что с её помощью всегда мог сказать, из
