это уже было на грани. Надеюсь, удастся взять себя в руки — не ровен час докачусь до того, чтобы говорить «капец», а то и, боже упаси, «кабздец».
— А что это за архи такие... а, не надо, я уже вспомнил. Мой форумный ник. Archive05. Не имя, но уже близко к тому! Проговариваешься!
Напомните ещё раз, почему я вообще дружу с этим тупым снобом?
— Ты заявляешь, что мы друзья. Но при этом ты якобы здесь работаешь, что явная ложь — если только я не забыл, что кто-то из моих друзей учился в меде. Хотя я мог забыть и всех друзей разом: насколько я помню, у меня их нет.
— Ой, почему бы это, — буркнул я.
— У меня нет друзей. Это я помню как факт. Я практически... а, так я и правда живу в мамином подвале, это я сейчас тоже вспомнил.
— Стой, погоди...
— Не стоило давать мне подсказку про «что-нибудь личное». С таким ключиком я, похоже, и без тебя обойдусь. Я уже постепенно вспоминаю.
— Господи, не надо, ты же понимаешь, что сейчас случится, если я говорю правду...
— Родительский подвал. Мои родители... они... у них в доме есть... подвальный этаж... а снаружи разбит сад. Папин. Папин садик. Да, там у него всякие травки. Все воспоминания нахлынули... от знаний аж голова гудит...
Ну, видимо, этого спишем в убытки. Я решил, что забью на Й, всё равно ему недолго осталось, и подумаю, как бы достучаться до К.
Глава 4: Глава 3
Бла-бла-бла, он очнулся в замешательстве, вся фигня.
— Это не моя комната. Ты кто? Выкладывай, как я сюда попал! — Плавали, знаем. На этот раз я задумал прессануть его цейтнотом.
— К! Слушай, я понимаю, у тебя много вопросов, но они сюда доберутся от силы через четыре минуты. Надо спешить!
Он удивился. Это уже что-то новенькое — удивлённым я его ещё не видел. Странное дело, он типа даже в восторг пришёл от такого расклада. Обычно-то он первым делом пытался перехватить инициативу в разговоре. А теперь я ухитрился реально его запараноить, без умничанья.
— Кто? Кто сюда идет?
— Злодеи! — отрезал я, выдумывая на ходу. — Неважно пока, на все вопросы я потом отвечу, сейчас главное — что у тебя амнезия.
— Я...
— Потерял память! Тебя зовут не К — вдумайся, имя фальшивое.
— Меня зовут... не...
— Вот-вот. Они тебе мозги промыли... — Вообще, это наверняка правда. Стопудово кто-то и впрямь специально с ним такое сделал. — Слушай сюда: амнезия у тебя реально замороченная. Стоит тебе вспомнить слишком много, как она возвращается, стирает тебе память и вырубает в обморок.
Он явно разозлился, но сверлить меня взглядом на этот раз не стал.
— Ах они... да как они посмели...
Полный сюр: кажись, он мне верит. Раньше чуть не с ходу решал, что кругом обман. Что изменилось-то? Может, он это... хватается за первую же идею, которая взбредёт в голову? То есть если вовремя подкинуть нужную мысль, то можно управлять его реакцией? Если так, то мне не придётся каждый раз париться, отбиваясь от обвинений: можно будет просто заранее перевести стрелки. Когда в замесе возникают расплывчатые «они», он походу думает совсем в другом режиме.
...Кстати, можно ведь взять на вооружение его же тараканов. Уж своим-то идеям он поверит? Ну, разве что им движет дух противоречия, а не какие-то реальные подозрения...
— Так они тобой и вертели — ты ведь не мог докапываться до их коварного плана, не теряя воспоминаний. Хотели, чтоб ты испугался и отключил мозги.
Он аж покраснел.
— Че... нет! Я бы ни за что! Я б на такое не купился!
— Ты не поверишь... — фыркнул я. — Неважно, насколько ты умён. Тебя раз за разом перезагружали, сливая личную инфу, от которой срабатывает амнезия — пока не выяснили, на что ты ведёшься, а на что нет.
Внезапно он переменился в лице. Впился в меня глазами — и я застонал. Такой взгляд доставался мне всякий раз, как только находился очередной новый и упоительный повод заподозрить, что за всем стою я.
— Мы ведь... ну нет. Мы ведь не в первый раз ведём этот разговор? Это ты меня всё время перезагружаешь!
«Вот же (нехорошее слово)», — подумал я.
— Нет, нет, нет — прошу, не начинай опять! Слушай, ты после этого каждый раз начинаешь... вспоминать всякое, а потом тебя перезагружает, и...
— Ты занимаешься ровно тем же самым, в чем обвиняешь «их»! То-то я не понял по лицу, что ты врёшь: ты берёшь правду и выворачиваешь так, чтоб обвести меня вокруг пальца!
— Господи... Архи, да уймись ты уже! Шестой раз по кругу ходим! В прошлый раз я тебе даже этого рассказать не успел, ты начал... сам вспоминать, а потом...
Он поднял палец, призывая к тишине, и расплылся в ухмылке.
— Нет! Только не палец! Только не этот твой чёртов палец! Ты из него сейчас высосешь ещё одну тупую причину, почему я вру, и...
— Так вот в чём дело! Поистине дьявольское коварство... — Архи, ну пожалуйста... — ...ведь мне грозит навек потерять свободу воли, если я сделаю неверный... — Да сколько ж можно... — ...выбор. Стоит мне усомниться в твоих словах, как всё начинается заново, да? Получается порочный... — А-а-а! — ...круг, ведь если я и впрямь действую одинаково, то раз за разом буду сомневаться и возвращаться к... — Господи Иисусе, 2к18-й на дворе, а ты такую ересь несёшь... — ...началу. Единственный способ вырваться из порочного круга — поверить тебе. Хитроумный план! В высшей степени хитроумный! Какая изысканная западня!
Я уставился на него в упор.
— Закончил? — поинтересовался я.
— Закончил? Да я ещё даже не начинал!
— Ну кто бы сомневался. Слушай, я могу доказать.
«А ведь и правда могу», — понял я. Не то чтобы совсем нереально ему показать, что всё это не в первый раз. С видеокамерой было бы легче всего — но вообще, если надо убедить его, что типа вот так работает амнезия, то пусть запишет, что я ему задвигаю, а потом пускай себе пытается «вывести меня на чистую воду». Когда очередная инкарнация очнётся, рядом уже будет послание от самого себя — типа что я говорю правду и он огребёт амнезию, если будет слишком
