деньги им оставлять на материал, на работу.
Нет, все-таки подворье – это не только хорошее имущество, это ещё и порядочные заботы. На одного Еремея я его не оставлю, это точно, а кого тогда из своих оставить? Людей ведь и так немного, и все нужны. Правильно Григорий говорил, мало ли, что может случиться там, под Херсоном.
– А вот это банька у нас, Олег Кириллович, – сказал старик, когда мы прошли мимо сарая и оказались у невысокого бревенчатого строения с торчащей из крыши печной трубой. – Хорошая банька, жаркая. Дров, правда, немного осталось, но можно с дровниками договориться, чтобы привезли. Да, у нас тут, в Киеве, к счастью, все купить можно. Это нам повезло.
Баня ничем не отличалась от той, в которой я мылся на подворье у Николая, похоже, их, может быть, даже и строила одна артель. Предбанник, печь, большая парная, в которой могло разместиться сразу шесть-семь человек. На двери бани замка не было, по-видимому, внутри не хранилось ничего ценного.
– Еремей, а ключи эти ты мне отдашь? – спросил я на всякий случай.
– А как же я не отдам, если ты теперь хозяин, Олег Кириллович? – удивился старик. – Потом ключника себе выберешь, ему отдашь ключи. Ну кроме тех, которые при себе держать будешь. А какие-то другим слугам раздашь, это ведь не все ключи, у меня ещё и другие есть, одинаковые. Это же глупо будет, если слуги постоянно будут к ключнику бегать за ключами.
Я несколько подивился тому, что ключи вообще доверили этому старику, и Григорий не забрал их себе. Хотя, с другой стороны, если он должен был поддерживать подворье в порядке, то почему и нет. Нужно же смотреть, что и как, не текут ли крыши, да и печи протапливать иногда, чтобы, если вдруг приедут новые хозяева, они могли нормально остановиться, а не в доме, который вымораживался всю зиму.
– Вот тут курятник, – провел нас Еремей у приземистого строения, окруженного плетеным заборчиком. Видимо, чтобы курочки, оказавшись на воле, не подвернулись под ноги, кому не надо. Ну и чтобы пёс их не тронул, тоже. – Он сейчас пустой стоит, но если надо, можно сходить до рынка и цыплят прикупить. Тогда и яйца свежие будут, и кому объедки кидать тоже будет. А там, подальше свинарник. Он небольшой, на несколько свинок всего. Вас ведь много, говорите? Можно и поросят пойти купить, если объедков много будет, то прокормим.
– Да, нас хоть и много, мы ненадолго заедем, – ответил я. – Думаю, что большую часть времени подворье пустовать будет. Ну, может быть, оставим тут пару человек, чтобы за порядком приглядывали, да и все. Ну и ты приглядишь, конечно.
– Пригляжу, – согласился Еремей. – Я и при Никите Васильевиче за порядком приглядывал, и сейчас смогу. Не смотри, что старый я, Олег Кириллович, я много знаю и умею.
Похоже, что старик боялся, что с приходом нового хозяина, его выгонят на мороз. Зря, надо сказать, беспокоится, я ничего такого проделывать не собирался. Это уж совсем не по-человечески будет, так поступить. А что мне придётся из своего кармана ему платить, так это ничего страшного. Вряд ли ему много денег понадобится.
– Пойдем дальше смотреть, – решил я. – Это же для прислуги дом?
– Для прислуги, и для купеческой охраны, тех, кому в городе ночевать негде было, – ответил Еремей, покопался немного в связке ключей, нашёл нужный и отпер дверь. – Проходите, посмотрите. Зимой и тут раз в три дня протапливал печь, так что все должно в порядке быть. Крыша нигде не течёт, постели, если что, имеются, ну и печь растопить можно, конечно, если вдруг надо. Дров, правда, немного осталось, – он принялся повторяться.
Слуг заводить я не собирался. В крепости, что на Ямпольской заставе, обходились ведь своими силами, и ничего. И готовить всегда было кому, и убирался каждый за собой сам, и, когда в бани ходили, тоже порядок соблюдали. Да и незачем нам слуги, особенно бабы, потому что из-за них сразу же конфликты станут возникать. Вот, в Рубленице девок было много, на всех хватало, поэтому никто не ругался, а в крепости их не было вообще, так что и ругаться было не из-за чего.
Но дом для слуг мне понравился. Помещение было поделено на две части, одна из которых в свою очередь была поделена на мелкие комнатушки, в каждой из которых находилась отдельная постель, да небольшой сундучок. Ключи от этих сундуков, кстати говоря, торчали из замков, так что перебирать связку Еремея в поисках нужных не придется. В большой же комнате тоже были постели и сундуки, но обстановка больше напоминала дружинный дом. Я так и подумал, что в маленьких комнатушках жила прислуги, а в большой останавливалась охрана караванов.
Но вообще старик был прав, моё воинство тут можно было разместить без проблем. Причём, почти всех в отдельные комнаты, в общей же только одному десятку придётся спать. Ну ничего, кинут жребий, где кому спать, разместятся как-нибудь.
Была в этом доме ещё и кухня, но не очень большая. Похоже, что здесь прислуга готовила еду для себя, а для хозяев наверняка была отдельная кухня в большом доме. Но ничего, его мы смотреть будем в последнюю очередь, потому что там остановимся мы с боярами. Ну и, конечно, нужно будет подыскать место, чтобы разместить перегонный куб, привезенный из Ямполя. Хотя, если получится одно из помещений выделить под лабораторию, какая была у лекаря из Орловской крепости, так будет совсем хорошо.
И вроде бы, если подумать, надолго мы останавливаться тут не собираемся, так на кой черт мне лаборатория? Но нет же, хочется.
Закончив осматривать маленький дом, мы двинулись наружу, обошли строение и оказались в задней части подворья. Она тоже была окружена забором, а большую её часть занимали склады для товаров, которые нам определенно нечем будет заполнить. Все-таки торговать мы не собирались.
– Никита Васильевич всегда говорил, что складов ему не хватало этих, – проговорил Еремей. – Думал соседнее подворье прикупить, чтобы расширить их, да не успел. А жаль, хороший человек был. Но ничего, не пропало зря его имущество, тебе, Олег Кириллович, досталось. Ну, так как тебе склады?
– Нормально, – ответил я. – Нам все равно на них складывать особо нечего. У нас товара мало бывает, а тот, что есть, дорогой, и его в складе держать не станешь.
– Так это как же так, Олег Кириллович, вы разве не торговцы? – забеспокоился вдруг Еремей.
– Нет, – ответил за меня Никита. – Мы – воины.
– Он прав, – подтвердил я. –
