Дежурный вахтер долго не решался впустить их в здание института, и только когда Дмитрий потребовал соединить его с директором, сдался.
Опережая девушку, Дмитрий и Константин устремились вверх по лестнице, промчались по темному коридору. Дверь в лабораторию была оставлена Алевтиной открытой, и в зале горел свет.
Друзья облегченно вздохнули, убедившись, что машина в целости и сохранности покоится на своем стартовом основании. Но, боже, в каком виде! Словно ее только что извлекли из атомного пламени. Темно-фиолетовые, желтые и зеленые цвета побежалости пятнали ее некогда золотистую полированную поверхность.
Дима и Костя ощупали каждую пластинку поверхности, убедились, что никто не покушался проникнуть внутрь сферы. Предположение, что Петя Деев отважился совершить с нею путешествие в прошлое, полностью отпадало. И потому «молчуны» могли утверждать, что машина к исчезновению начальника секции никакого отношения не имеет. Досадно, конечно, что Петя Деев все-таки решился сам провести ходовые испытания и, похоже, полностью выполнил всю составленную «молчунами» программу, вплоть до возвращения машины. А вот куда при этом подевался он сам, остается загадкой.
Все это достаточно подробно было растолковано Алевтине.
— Но где же он в таком случае? — напустилась она на Дмитрия. — Где мой муж, я вас спрашиваю?
— Ты так-таки ничего и не поняла, — устало и разочарованно вздохнул Константин. — Шла бы пока домой, отдохнула, припомнила все получше. Может, ты просто вздремнула, а Петя в это время, и вышел до своим делам.
— Да я что, чокнутая? — Алевтина прямо задохнулась от негодования. — Я что, по-вашему, уже ничего не соображаю, да? Мы работали, нам было не до сна. Ясно?
— Да ты-то хоть что делала? — перебил ее Дмитриий.
— Я сидела вот здесь, за пультом. Петя мне объяснял, какую когда кнопку нажимать, и все в вашу писанину заглядывал. И вдруг ваша машина исчезла. Петя еще закричал на меня, вроде даже дурой обозвал. А часа через два…
— Через два часа восемнадцать минут… — уточнил Дмитрий, но скорее для самого себя, а не для Алевтины.
— Ну да, — согласилась Алевтина, — она появилась снова на том же месте, только такая горячая, что к ней долго нельзя было и подойти. А Петя все ходил вокруг нее, разглядывал со всех сторон, пытался пощупать. И вдруг… исчез. Вот тут стоял, вот на этом самом месте и… исчез. Я закричала, бросилась к нему. Я… — в голосе ее послышались слезы.
Дмитрий и Константин сочувствующе поглядели друг на друга. Но вот уж чего они совсем не умели, так это успокаивать женщин.
— Так ты иди домой, Алевтина, — как можно ласковее произнес Костя. — Иди, пожалуйста. А мы тут с Димой попробуем разобраться.
— Ах, попробуете! Ах, сами! Без меня, значит? — неожиданно взвизгнула Алевтина, что было для друзей полной неожиданностью. — Без мужа хотите оставить, да? Ну, уж дудки! Я не такая простофиля, чтобы взять, да и вам поверить. Это все ваши научные проделки! Знаю, вы радехоньки от Пети избавиться. Он мне про вас все порассказывал. И про то, как вы на его горбу собираетесь в рай въехать. Не выйдет, господа! Не выйдет, пока я здесь. Не дам! Не позволю! Вы еще меня не знаете. Я весь институт, весь город на ноги подыму. У меня дядя следователь, уж он-то подберет для вас статейку уголовного кодекса, обеспечит вам небо в клеточку.
И вдруг осеклась, увидев, как побелело лицо Дмитрия, как он медленно двинулся к ней с поднятым для удара кулаком. И, пожалуй, Костя не успел бы помешать ему ударить женщину, в чем бы они потом оба казнили себя. Но Алевтина попятилась к дверям и стремительно выскользнула в коридор.
20.
Теперь «молчунам» было не до аналитических исследований. Началась пора таких забот, от которых весь свет стал немил. Исчезновение человека вообще считалось чрезвычайным событием, а тут исчезло будущее ученое светило, дерзнувшее вторгнуться в самую трудную область познания.
В институте приказом директора была создана комиссия для выяснения причин, вызвавших исчезновение Деева. Свою деятельность комиссия начала с того, что запретила младшим научным сотрудникам Евдокимову и Кучерняку касаться творения Деева, производить какиелибо работы с машиной времени. Правда, за разъяснениями обращаться к ним все-таки приходилось.
Скрупулезно изучался отчет Деева на Ученом совете. На свет божий были извлечены все журналы с записями Евдокимова и Кучерняка. Особое внимание обратили на программу испытаний. Но, увы, все это не позволило выдвинуть каких-либо версий по поводу факта исчезновения.;., И потому день за днем комиссия топталась на месте.
Между тем Алевтина Деева привела в исполнение свою угрозу.
«Молчуны» сидели в своем закутке над шахматной доской, подавленные свалившейся на них бедой, когда дверь отворилась и вошел невысокий упитанный мужчина с гривой седых волос.
— Бородин Станислав Сергеевич, следователь, — представился он. — Да вы сидите, сидите! — жестом руки остановил он собравшихся было вскочить Диму и Костю. — Я с удовольствием понаблюдаю за вашей баталией, поскольку и сам грешен в этом деле. Даже числюсь в чемпионах нашей районной организации.
Он сел сбоку от шахматного столика и с нескрываемым интересом стал наблюдать за игрой.
— Явная ничья, — констатировал Бородин. — А партия была на высоком уровне, такую редко увидишь. Был бы счастлив при случае скрестить с вами шпаги.
— Заглядывайте, — отозвался Еостя. — Мы люди не гордые.
— Вы, — следователь вытянул палец в сторону Кости, — Кучерняк Константин Иванович. А вы, — он взглянул на Диму — Евдокимов Дмитрий Всеволодович. Я не ошибся?
— Видимо, Алевтина нас во всех подробностях описала, — усмехнулся Дмитрий. — И статью, наверное, подсказала.
— Это вы о моей племяннице? — самым краешком губ улыбнулся следователь. — Вздорная пустая девчонка. Вся в папашу, моего младшего братца-бизнесмена. Конечно, потолковать с нею пришлось, не без того. Но… пока давайте забудем о ней. Меня привело к вам желание разобраться в странном и необъяснимом факте исчезновения человека.
Дмитрий и Константин застыли в напряженном ожидании. Еще бы, перед ними сидел человек, о профессии которого они до сих пор знали только из детективных романов. Да и те читали не часто, не испытывая к ним особого интереса.
— Прежде всего мне непонятно, — продолжал Бородин, — почему вы, кандидаты наук, несущие основную тяжесть исследовательских работ в секции Деева, находитесь в должности младших научных сотрудников?
«Молчуны» переглянулись и пожали плечами.
— Нас это абсолютно не трогает, — за обоих ответил Дима. — Главное, нам дали возможность работать. А звания — что звания…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
