— Как видите, мисс Винсент. Библиотека была обставлена с таким же безупречным вкусом, как и столовая. Возле кресел с высокими спинками стояли столики с уже приготовленными свечами. На панелях нежно-кремовых стен, видневшихся среди книжных полок, вился сине-золотистый узор. Тяжелые портьеры коричневого бархата закрывали высокие окна.
У стены стоял стол, на котором были разложены газеты, а на другом столе, чуть в стороне, размещались чистые бокалы. Надо думать, напитки спрятаны в буфете, совсем незаметном у дверей.
Леонора задумчиво погладила кожаные корешки книг и вдруг спохватилась, что выдала себя. Лорд Келси поднял бровь и улыбнулся. Леоноре стало не по себе — лучше бы он смотрел на нее с холодной иронией, а не с таким доброжелательным пониманием!
— Мисс Винсент, вы в любое время можете пользоваться библиотекой клуба, — сказал эрл. — Хотя вам придется приходить рано утром, как сейчас.
— Благодарю вас. По правде говоря, я боялась, что мне будет не хватать библиотеки Торнстон-Парка, однако в городе, надо думать, есть публичная библиотека?
— Да, на Милсом-стрит.
— Ну, в таком случае мне не придется скучать.
— Вы правы, чтение может стать одним из величайших наслаждений в жизни, — вполне искренне подтвердил он и с поклоном добавил: — А теперь, мисс Винсент, если вам будет угодно следовать за мной, я покажу остальные комнаты.
Они пересекли лестничную площадку и оказались в помещении, явно предназначенном для игры в карты.
— Здесь могут уединиться желающие сыграть в вист, — объяснил Келси. Похоже, он развеселился, заметив напряженное выражение серо-зеленых глаз Леоноры.
Ну и пусть!
В комнате стояло несколько обтянутых зеленым сукном столов, за которыми могли разместиться по четверо игроков, на каждом были приготовлены свечи и нераспечатанная колода карт. Как и во всем доме, отделка комнаты была безупречной.
— Здесь все в порядке, — отрывисто обратилась Леонора к Клариссе, и подруга прилежно записала ее мнение.
На этой половине дома двойные двери также вели во внутреннюю комнату, однако зал был меблирован совсем иначе. Середину занимал большой стол, обитый зеленым сукном и окруженный множеством стульев. У стен размещались круглые столики.
— Это комната для азартных игр, — пояснил Келси. — Тут члены клуба вольны играть в любые игры по своему выбору. Большой стол используется для игры в двадцать одно и другие игры с большим количеством участников, а маленькие столики — к услугам желающих поиграть в пикет, крибедж, домино или кости.
Она опять промолчала. Келси взял в руки большую книгу в кожаном переплете, вроде тех, в которых хозяйки записывают расходы по дому.
— А вот здесь ведется запись всех пари и всех ставок, которые делают члены клуба. Как вам, должно быть, известно, джентльмены готовы спорить о чем угодно. Если условия пари записаны тут, никто не посмеет отрицать существование этого пари и не сможет отказаться от уплаты долга.
— Скажите, — с жаром заговорила Леонора, — много ли было таких, кто проигрывал у вас свое состояние, спуская то, что досталось им по наследству?
Лицо Келси оставалось непроницаемым.
— Не желаете ли стать первой, мисс Винсент? — любезно поинтересовался он.
— Милорд, вы несносны! — воскликнула Леонора. — Вы предлагаете мне поставить на карту дом? А что же будет, позвольте узнать, если я выиграю?
— Мой договор аренды против вашего дома, — холодно отозвался лорд Келси.
— Ха! — взорвалась Леонора. — Мы с вами отлично знаем, что выиграете именно вы! Нет, милорд, вам не удастся провести меня таким образом! Я не вчера родилась на свет!
— Вы правы, — согласился он, окидывая ее оценивающим взглядом. — Вы, мисс Винсент, уже перешагнули порог юности.
Такое наглое замечание до того изумило Леонору, что она задохнулась, а Кларисса испуганно ахнула.
— Сэр, вы не джентльмен! — выговорила Леонора, наконец.
— Но ведь и вы, мадам, ведете себя не так, как пристало благовоспитанной леди, — отпарировал он, потом отвесил ей неспешный поклон и лениво улыбнулся. — Может быть, мы уговоримся о перемирии — хотя бы на то время, пока вы осмотрите последнюю комнату, которая находится в моем временном владении? Вы позволите показать вам кабинет?
— Позволю, милорд, однако никаких перемирий! Сразу после завтрака я отправляюсь к моему поверенному.
— Это ваше право, мадам.
Леонора была так возмущена, что не заметила, с каким восхищением смотрел лорд Блэз Дэнсер, эрл Келси, на ее соблазнительную фигуру — вернее, на некоторые ее части…
Глава третья
Впрочем, возмущение не помешало Леоноре с аппетитом съесть два сваренных вкрутую яйца и несколько хрустящих булочек с маслом и выпить две чашки кофе. После стычки с эрлом она проголодалась, и завтрак показался ей очень вкусным.
— Чудесно, — одобрила Кларисса, отставляя пустую тарелку.
— Пожалуй. — Леоноре не очень хотелось с похвалой отзываться о чем-то, к чему лорд Келси имел хоть какое-то отношение. — Ты готова выйти из дома через полчаса?
— Да я и сейчас готова, только надену шляпку и плащ. Может, нанять экипаж? Долли наверняка сумеет сделать это.
— Нет, не сегодня, — решила Леонора. — Контора мистера Коггана находится на Хай-стрит, это совсем недалеко, и я с удовольствием прогуляюсь по городу.
— Ах, и я тоже! — воскликнула Кларисса. Ее глаза сияли. — Леонора, я так тебе благодарна за то, что ты привезла меня сюда! Даже воздух здесь заставляет меня снова почувствовать себя молоденькой девушкой, так что даже голова кружится.
— В самом деле?
Что до самой Леоноры, она не испытывала никакого радостного головокружения, но виной тому, вероятно, лорд Келси и то, как он беспардонно воспользовался ее собственностью. Сейчас Леонора переживала лишь смертельное унижение оттого, что он счел ее слишком старой.
Пожалуй, она на несколько лет моложе его. Впрочем, он ведь мужчина, и ему нет нужды беспокоиться о том, что годы молодости, наиболее подходящие для рождения детей, безвозвратно уходят.
— Если ты готова, то пошли, — заявила Леонора, решительно встав из-за стола. — Долли, шляпку, плащ, перчатки и муфту, и побыстрее.
Долли побежала через лестничную площадку в гардеробную. Леонора последовала за ней. Бросив беглый взгляд в изъеденное пятнами зеркало над дедушкиным комодом, она вспомнила, что надо как можно скорее обзавестись новыми зеркалами.
Да, Келси прав — очарование первых дней юности давно покинуло ее, однако она ведь далеко не старуха. Впрочем, он и не называл ее старухой, просто честно сказал то, что она знала и так.
