отвечайте за те преступления, в которых вы виновны вместо того, чтобы страдать из-за того, что вы не совершали.
С этими словами я покинул допросную. Офицер снаружи удивленно смотрел на меня.
— Что, неужели есть подвижки?
— О, еще какие, — Джеймс едва сдерживал нетерпеливое волнение. Он был прав. Прав, что дело непростое, и что настоящий убийца расхаживает на свободе. Однако с учетом того, что рассказал Ларри Брукс, если она действительно была проституткой на магистрали US-2, то шанс найти настоящего преступника катастрофически стремится к нулю…
[прим. авт: US-2 (U.S. Route 2) — скоростная автомагистраль, проходящая по территории севера США и юга Канады.]
Была еще одна зацепка, которую подсказали и Ларри, и небрежно брошенная фраза миссис Уильямс. Поднявшись в кабинет, Джеймс лихорадочно начал пролистывать отчет, ища нужные ему строки. Он игнорировал поддевки коллег, полностью сосредоточившись на чтении. «Вот оно!», — палец Джеймса, судорожно пробегавшийся по строкам, замер.
«…При осмотре органа репродуктивной системы обнаружены увеличенные яичники, эндометрий оказался гиперплазирован, в области матки наблюдается легкая эластичность и увеличенный размер, что может указывать на начальный этап беременности. Однако в следствии значительных повреждений матки, невозможно достоверно подтвердить факт беременности. Рекомендуется свериться с данными картотеки больницы, если жертва стояла на учете…»
Сэвиджа охватила смесь неописуемого восторга и трепетного ужаса. Вот оно. То, чего он так долго хотел. Настоящее дело, битва с незримым противником, что оставил свои следы, и никто кроме детектива не замечал их. Быть может, эта зацепка могла его вывести на нужную тропку, пока едва заметную.
— Митчелл, — обратился Джеймс к напарнику, рассказывающему в этот момент какую-то очередную дурацкую шутку. — Можешь выяснить, кто был лечащим врачом Нелли Уильямс и организовать с ним встречу? Необходимо, чтобы он полностью подготовил ее медицинскую карту.
— Как скажешь, босс, — усмехнулся Билл. — Что, у нашего великого сыщика появилась очередная очень важная улика?
— Возможно, — на лице Джеймса не было и тени улыбки, он говорил со всей серьезностью. — Поэтому, пожалуйста, хватит уже действовать мне на нервы и сделай, как я прошу. Это может быть важно.
Митчелл нехотя развернулся на кресле и принялся за работу. А Джеймс пытался сопоставить все ниточки в голове. Скорее всего, Ларри сказал далеко не все. Оставалась вероятность, что он знал о том, что его подруга могла быть беременна, и, вероятно, не от него, с ее то внезапно открывшимся образом жизни.
— Эй, Джеймс! — голос одного из офицеров вывел детектива из раздумий, и мужчина вскинул голову. — Тут звонок, просят на тебя перевести. Говорят, что-то крайне срочное…
«Срочное?!» — опешил Джеймс, разум которого уже перебирал все возможные варианты. Нашли какие-то новые улики на месте преступления? Или, не дай бог, нашли новое тело?..
— Переводи, — решительно произнес детектив, беря трубку, в которой вскоре послышались гудки. — Центральное полицейское управление Эйберсвуда. Детектив Сэвидж у…
— Джеймс, ты ничего не забыл?! — послышался гневный женский голос из трубки. От неожиданности тот опешил, ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, с кем говорит.
— Э-эми?.. — ошарашенно выдохнул Джеймс, узнав голос жены.
Вокруг послышались сдавленные смешки.
— О, спасибо, что еще помнишь о моем существовании! — женщина продолжала выплескивать всю свою ярость.
— Что-то стряслось, все в порядке? Только не кричи, прошу тебя…
— Ты издеваешься? Ты забыл, что должен был забрать Джанет?
Сердце рухнуло вниз. «Точно, сегодня же четырнадцатое ноября…», — обреченно думал детектив, мельком глянув на настенные часы, которые показывали половину седьмого. Он закрыл глаза, поняв, насколько сильно облажался. Снова…
— Эми…
— Ну вот опять одно и то же! — Эми все не унималась, она орала в трубку так, что ее, кажется, хорошо слышал весь офис. — Ты понимаешь, что мне пришлось извиняться перед доктором Гудманн, когда она все-таки смогла дозвониться до меня! Девочка почти полтора часа просидела в приемной! Я же говорила, что у меня сегодня встреча и не успею забрать ее после стоматолога? Она и так боится лечить зубы…
— Эми, дорогая, прости… — процедил пристыженный Джеймс, стараясь игнорировать уже вслух посмеивающихся коллег. — Я смогу выехать за ней через пятнадцать минут, предупреди доктора Гудманн, что…
— Чтобы через десять минут ты был на Бейли-авеню, — угрожающе прошипела жена, которая уже походила на разъяренную пуму.
— Но мне нужно хотя бы…
— Пять.
— Понял, уже выдвигаюсь.
— Вечером еще поговорим.
Гудки сброшенного вызова в телефоне звучали как таймер обратного отсчета. Схватив куртку, Джеймс, проклиная все и вся, ринулся к лестничному пролету.
— Что, у нашего Шерлока Холмса появились дела поважнее его великого расследования? — весело крикнул ему вслед Билл.
— Пошел к черту, Митчелл! — с этими словами Джеймс скрылся в дверях под громкий гогот коллег.
Запись от 15.06.хххх
«Никогда не думал, как тяжело ходить на своих двоих. Левая рука также очень неохотно поддается, напоминая бесполезное бревно. Пальцы едва сгибаются, я даже нормально двигать запястьем не могу. Ноги ватные, а каждое движение отдается дикой болью, словно я на гвозди наступаю. Ну или как эти, факиры или как их там называют, что по раскаленным углям ходят. Хотя, кажется, они не испытывают боли? Плохой пример, пожалуй.
Весь месяц я делал какие-то упражнения вместе со своим физиологом, однако восстановление продвигается очень медленно. Мне даже кажется, что ни ноги, ни рука уже прежними не будут. Доктор Джефферсон уверяет, что большая часть функций будет восстановлена, но переломы были сложными. Скорее всего без последствий для меня это не обернется. Очень страшно, что я, хоть и выжил, могу остаться калекой. Лучше смерть, чем немощное существование.
Пока не знаю, как к этому относиться. Почти полтора месяца моим главным страхом было отторжение, но, кажется, я беспокоился не о том. Джи хотя бы хватило такта ничего не сказать мне по этому поводу, когда я поделился с ней своими переживаниями о реабилитации. "Главное, Тони, чтобы ты потом смог работать, а не был инвалидом"… До сих пор эти слова у меня в голове звучат. Она, наверное, хотела так меня подбодрить. Лучше бы
