получилось.
— Хули вы там возитесь? Не убейте его. — донеслось из-за двери в кабинку.
— Эй, мудила… Мы ведь совсем недавно были с тобой одного ранга.
— Чё? Парни, что с вами? — начал проявлять свою истинную натуру жирный.
— Не ответят тебе парни. Ближайшие пару минут так точно. — разрушил я его фантазии. — Так вот, хреносос жирный. Я же сидел себе спокойно, не отсвечивал, готовился к экзаменам и поступлению в академию. Нахер ты меня тронул, придурок! Короче, слушай и запоминай. В коктейле был яд. Не смертельный, но весьма специфический… Врачи, даже если обнаружат — скажут домашний режим соблюдать и пить много жидкости, проводя детоксикацию организма. Лекарств от этой дряни нет. Потому что редкая и не смертельная. Нахрен такое лечить? Да? Само пройдёт… Вот и у тебя пройдёт…
— Сука, падла, ты труп.
— Не бзди, серун. Когда тебя выпишут — ты меня уже на найдёшь. Ну а если вдруг решишь привлечь папашку, просто знай, что у меня подготовлен компромат на тебя за все два года, которые ты здесь куролесил. В том числе, кому платил твой отец и каким образом отмазывал тебя. Будет здесь информация, как у кондитера с третьего заводского новый мерс появился, после того как ты разбил бутылкой голову его сыну. Как у директора школы внезапно появилась доля в Новосибирском винном заводе, которым управляет твой отец. Там много чего… Автоотправка настроена, и если я не отменю её — она уйдёт… Много куда уйдёт… В том числе в императорскую канцелярию, в сми и так далее. И даже если твой отец в очередной раз всё это замнёт… это доставит ему много неудобств. Согласен? А что бывает с тобой после твоих очередных загулов? И всё из-за сраного коктейля и желания зачмырить бывшего аристократишку? Хех… У него гореть его аристократический пукан будет побольше, чем твой сейчас. Так что подумай… надо ли оно тебе. Через десять дней ты меня уже не увидишь и не найдёшь. Забудешь это всё. И будешь и дальше жить в мирке, где ты считаешь себя крутым и сильным. Ты мало уроков получил за время учёбы — считай этот самым ценным. Всё, удачи тебе. Рекомендую вызвать такси или кого-то из слуг, чтобы забрали тебя отсюда до того, как ты всю душу в этот унитаз вытрясешь. Бывай, ушлёпок, и никогда не подходи ко мне, даже если где-то пересечёмся в следующей жизни. Так просто я тебя потом не отпущу…
В этот день я больше его не видел. Как и в последующие, включая экзамены. Граф передал директору справку, о том, что его бедному отпрыску нездоровится. Удивительно, но ко мне даже никого не подослал этот обосрыш. Я ожидал всякого и ходил всю неделю в спортивной обуви для быстрого и резкого старта подальше от опасностей, за что получил выговор от преподавателя, но мне уже было по барабану.
Наступило время экзаменов, которые были из двух частей. Тестовой-теоретической, где требовалось ответить на двести пятьдесят вопросов по школьной программе за четыре часа, и практической, состоящей из сдачи физических тестов и спарринг.
С первой части экзамена я вышел с двести сорока восемью баллами, став вторым в области по этому показателю. В физических же упражнениях, где все результаты высчитывались комиссией по специальным формулам, с учётом возраста, роста и массы тела экзаменуемого, я сумел набрать девяносто девять баллов из ста. Немного оплошал в плавании. Третий финальный раунд — бои в спарринге с другими учениками школы не требовали отдельной оценки. Здесь требовалось пройти всего лишь пять раундов, победителей, сумевших все пять раз побороть своего противника по правилам смешанных единоборств отправляли на областные соревнования, длившиеся ещё три дня. Смысла в них для большинства было немного, но для того, чтобы гарантированно получить бонусные баллы при рассмотрении моих результатов — желательно было достойно себя проявить. Ох, и я проявил… Я прошёлся ураганом, не сдерживаясь и не жалея сил, в надежде проверить свои собственные возможности с местными подростками. Пусть они и были в большинстве своём выходцами из знатных родов. Никакие наставники искусства боя им не помогли. Дошёл таким образом до полуфинала, где переусердствовал и повредил голеностоп. По окончанию этого боя я стал в итоге победителем, отправляясь в финал. Мой школьный тренер, что не находил себя от радости из-за моих достижений, чуть не словил инфаркт, когда увидел, как я хромаю и пришлось чуть ли не матом отправить его за льдом.
Финальный бой вышел скомканный, мой противник был фирменной котлетой, через мясорубку дошедший до финала. Я же был на голову ниже, посвежее, но с травмой. Оппонент с красными перчатками для рукопашного боя и шлемом на голове как берсерк понёсся на меня, сходу врубаясь в клинч и пытаясь уронить меня на татами. Я находился в защите, раз за разом уводя атаки и попытки перейти в борьбу. Я был уверен, что моего результата более чем достаточно для исполнения моего плана, и сейчас на первую строчку вышла забота о собственном здоровье.
Мой тренер, в отличии от меня, словно открыл второе дыхание, носился за пределами татами и орал, требуя от меня быть активнее.
Первый раунд закончился, и я игнорировал тренера, что советовал активнее работать по корпусу противника. Нога болела. Если поврежу ещё сильнее — будут проблемы к поступлению в академию. Это недопустимо. Попробую этого буйвола, что явно достиг предела допустимой массы в моей весовой категории, загонять, сбивая дыхание, и словить на ошибке.
Бой шёл по плану — но не долго. В один момент этот сумасшедший, готовый ради секунды славы на всё, наплевал на свою защиту и штрафы за запрещённые приёмы, прыгнул на меня, прикрываясь от ударов и сосредотачиваясь на моей больной ноге. От первого удара я кое-как ушёл, а вот вторая подсечка прошла прямо по костяшке, роняя меня на землю. Он ещё тянулся к больной ноге, навалившись на меня сверху своим весом, когда я принял решение избежать глупого и ненужного риска, трижды отстучав по татами.
И пусть кислая улыбка во время оглашения результатов была на моём лице, за ней скрывалась куда-как более искренняя и довольная, от понимания того, что мои планы и мечты сбываются. Остался лишь финальный босс… Представитель новосибирского отдела образования, что уже готовит мои документы для поступления в Военную Академию Руси…
— Что значит — не поеду? Какую ещё Академию сраного Ареса ты выбрал? — чиновник смотрел на меня, как на сумасшедшего.
— Это осознанное решение. — был непреклонен я.
