так ли?
Один точный удар — и ваша система успешно активирована. А потом вы просто сбрасываете тело с обрыва, которое в последствии уносит волна цунами. Чисто. Аккуратно. Никаких улик.
Этот Орлов… Он выстраивал пугающе логичную версию, и от осознания того, что он пытался на меня повесить, я на несколько мгновений даже потерял дар связной речи.
— Это не так, — наконец разродился я чуть хриплым от волнения голосом. — Я никого не трогал.
Орлов на эту мою фразу наклонился вперёд, и вкрадчивым, проникающим в самую душу голосом, спросил:
— Кого вы убили, Сергей? Девушку? Туриста? Может быть, свели счёты со старшиной, который постоянно портил вам жизнь, и который до сих пор не вернулся в часть? Сознайтесь. Это будет учтено как смягчающее обстоятельство. Вы выполняли подсознательный приказ системы, и можно повернуть всё так, что вы будете не виноваты.
— Я не виноват, потому что не делал этого! — воскликнул я, и в порыве гнева ударил кулаком по столу, о чём практически сразу пожалел.
Орлов на моё выступление даже глазом не моргнул, а только лишь протянул понимающим голосом:
— Эмоции. Классическая реакция виновного, пытающегося подавить чувство вины через агрессию…
Давайте вернёмся к лесу. Вы утверждаете, что шли один, но как вы объясните показания других выживших, которые видели в том районе двух молодых парней в гражданской одежде, скрывающихся в кустах?
Это был блеф чистой воды. Я это почувствовал, и не стал вестись на откровенную провокацию:
— Они ошиблись, или видели кого-то другого. Светлогорск — совсем не маленький город.
Орлов вновь откинулся на спинку стула, сложив руки на груди, после чего хмуро уставился на меня, и буквально прорычал:
— Курсант, давайте начистоту. Ваша выдуманная история про комара — смехотворна. Ей не поверит ни один здравомыслящий человек. Вы либо сумасшедший, либо убийца. В обоих случаях вам не место среди курсантов этого института!
Признайтесь, и мы сможем вас перевести, чтобы разобраться в полученных вами силах, и определить их лучшее использование на благо родного государства!
Если вы признаетесь, то я гарантирую вам, что вы останетесь живым… Если же продолжите упорствовать… — он сделал многозначительную паузу, — … то вас переведут в категорию неисправимых и особо опасных носителей. Методы работы с такими… несколько иные.
С этими словами в его глазах мелькнуло что-то настолько опасное, что заставило меня по-настоящему испугаться. Это уже была совсем не игра. Он искренне верил в мою вину и был готов идти с этой верой до самого конца.
Я на несколько мгновений закрыл глаза, пытаясь отсечь страх, вспомнил внушительное белоснежное кольцо, что скрывалось под зелёной мимикрией, и внезапно осознал, что я — Монарх теней. Меня не сломает какой-то особист со своими тупыми психологическими атаками.
После этого я открыл глаза и без грамма страха встретив взгляд Орлова — тихо, но чётко сказал:
— Майор, я шёл через лес и видел людей с кольцами. Я видел, как сильные отнимают у слабых, я видел подлых тварей, которые пользуясь силой, пытают тех, кто слабее… Но я никого, кроме комара, не убивал.
Вы можете пытать меня дальше, можете посадить в карцер на год, можете отправить в эту свою «опасную категорию»… Но это не изменит фактов. Я не убийца, и я не признаюсь в том, чего не совершал.
Мы смотрели друг на друга через стол, и от силы этих взглядов казалось, что в помещении очень быстро поднимается температура. Орлов настойчиво искал в моих глазах слабину, страх, или ложь… И не находил.
Прошло несколько минут, прежде чем Орлов первым отвёл взгляд, после чего медленно закрыл папку, и произнёс раздражённым голосом:
— Упрямство… Глупое, юношеское упрямство. Вы не понимаете, с чем играете, курсант.
После этих слов он встал, и прежде чем выйти, громко сказал:
— Допрос окончен. Окончательное решение по вашему вопросу будет вынесено командованием на основании всех собранных материалов.
Дверь в допросную захлопнулась, а я остался сидеть за столом, мысленно пытаясь осознать одну простую вещь… И что это сейчас такое было?
Глава 4
Интерлюдия. Москва. Кабинет в стенах Кремля
В этом кабинете всегда, независимо от времени года, царила приятная прохлада в сочетании с лёгким ароматом старой качественной кожи и дорогого красного дерева.
За массивным столом, в глубоком кожаном кресле, сидел человек. Его возраст и должность угадывались не по лицу, которое было совершенно беспристрастно, а по манере держаться — как будто он был вершителем миллионов судеб, и прекрасно отдавал себе в этом отчёт.
Перед ним, вытянувшись в струнку, но без излишнего чинопочитания, стоял полковник с аккуратно подстриженными седыми висками и умными, внимательными глазами. В руках полковник держал блокнот, за обладание которым удавились бы представители всех разведок мира.
— Докладывайте, Алексей Петрович, — голос хозяина кабинета был спокойным и глубоким. Такой голос формируется у людей, которые не обладают необходимостью повышать тон, чтобы быть услышанными.
— Ситуация в стране остаётся напряжённой, но контролируемой, — начал полковник, переходя к сути без лишних преамбул. — Первая, самая разрушительная волна насилия, схлынула. Люди эмпирическим путём поняли, что повторные убийства после активации не приносят ни опыта, ни новых способностей… Это охладило большинство горячих голов.
Роман Григорьевич молча кивнул, призывая своего гостя продолжать.
— В настоящее время спецслужбы и Минобороны проводят активную работу по выявлению и вербовке всех активировавшихся. Принцип простой: контракт на службу — либо изоляция по статье «Незаконное ношение источника повышенной опасности» и «Угроза общественному порядку».
Подавляющее большинство, видя перед собой дуло автомата, и понимая, что их текущие способности не делают их неуязвимыми, выбирают контракт.
Пока что, за редчайшим исключением, носители базовых колец не сильно превосходят обычных бойцов. Скорость, сила, живучесть — всё в пределах человеческой нормы, просто на верхней её границе, так что даже с простым полицейским патрулём они справиться не в состоянии.
— Дисциплина и субординация всё ещё решают, — констатировал Роман Григорьевич, озвучивая неопровержимый факт.
— Так точно. Оружие, численность и чёткое исполнение приказов пока берут верх. — легко усмехнувшись ответил полковник, и сделал короткую паузу, ожидая следующего вопроса от хозяина кабинета.
Тем временем хозяин кабинета медленно переложил ручку с одного места на другое, затем поднял взгляд на полковника и коротко спросил:
— Что удалось выяснить нового по абсолютам?
— На текущий момент на территории Российской Федерации достоверно зафиксирован и идентифицирован один случай получения «Превознесённого» кольца.
Роман Григорьевич замер, а
