ознакомился с предыдущими и взялся за перо. Кто мог знать, что выйдет из этой затеи. Минёр на какое-то мгновение отвлёкся, а когда заглянул через плечо зама на ведомость, успел только сказать:
– Здесь должно быть место для оставшихся проверок. Где остальным записи положенные делать?
Он ещё не видел самой записи.
– Пусть лучше я напишу, чем остальные всякие будут нам замечания писать. Когда я всё сам напишу, им и сказать-то нечего будет, так-то.
Он поставил точку, а Сергей увидел последнюю фразу:
«…нашёл спичку! В камерах курят!»
– Мы до утра не достоим после ваших записей.
– Да что другие смогут ещё написать. Я все возможные нарушения уже отметил. Вы устраните. Им ничего не останется делать, как просто уйти. Так что, несите службу спокойно, а я пойду – ещё много дел в экипаже.
– Я не прощаюсь, – сказал Сергей, закрывая ворота гауптвахты.
Через час пришёл с проверкой дежурный по гарнизону. Проверил караул и хотел было сделать запись о проверке. Прочитал предыдущую.
– У вас Зам идиот! Ну, старлей, жди гостей. Держись. Сочувствую. Мне тоже крепко достанется.
Долго ждать не пришлось. Караул вскоре посетили комендант, комбриг с нач. ПО и командир в сопровождении Зама, не понимающего, зачем опять идти в караул, если он только что там был.
Минёра не сняли, но в течение дня гауптвахту посетило столько начальников, что постовую ведомость зачитали до дыр.
О чём беседовали с Видным А. Н. комбриг, нач. ПО и командир, можно только догадываться, но вместо обещанной его жене квартиры им выделили только койку в общаге.
Минёра больше в караул не ставили, и он вскоре уехал к новому месту службы.
Экспериментаторы
«Нам повезло, что у матросов концы не стеклянные. Иначе они бы их обязательно не только разбили, но ещё и руки порезали!»
Откровения помощника
В те времена, когда вся страна досрочно выполняла и перевыполняла взятые на себя социалистические обязательства, предприятия военно-промышленного комплекса были просто обязаны сдать объект не позже назначенного срока, а то и раньше к знаменательной дате.
Комиссии приходилось принимать корабли с целым рядом замечаний. В основном это касалось недоделок, не связанных с обеспечением безопасности плавания и относящихся к бытовым условиям, в которых находился экипаж. Все знали – трудности временные и стойко переносили тяготы и лишения, как уставом предписано.
Отмучившись всю зиму в родной базе и на непродолжительных выходах в море, подводная лодка пришла в завод для устранения замечаний перед выходом в автономку.
В каютах появились нормальные койки, столы и прочие мелочи. Постепенно всё занимало свои положенные места. Как всегда не обошлось без казусов, но это не мешало экипажу пребывать в приподнятом настроении от того, что наконец-то можно будет жить в нормальных условиях. К таким случаям можно отнести историю с матрацами. С учетом внутреннего микроклимата и других медицинских показателей на лодке должны быть волосяные, а не поролоновые матрацы. Однако опять не додумали, и для корабельных коек, которые по ширине несколько меньше, чем обычная односпальная кровать, спроектировали полутораспальные толщиной с перину, но из конского волоса. Строитель заказа предупредил помощника командира:
– Зачем себя мучить, грузить. Потом выкидывать. До базы и половины не останется. У нас весь склад забит, никто не брал. Отказались. Может, посмотрите, прежде чем грузить.
У помощника времени смотреть не было, и подписывать акт без матрацев он не стал.
Когда на пирс приехали две машины с недопоставленным имуществом, и помощник наконец-то увидел то, что они собой представляют, отказываться было поздно. Оставлять всё это на пирсе не позволит начальство. Пришлось организовать погрузку на корабль.
Матрацы приходилось складывать вдвое, от этого расстояние между первым и вторым ярусом становилось минимальным. Подводники – народ терпеливый, и первое время старались не обращать внимание на тесноту и колющиеся конские волосы. Ко всему прочему в каютах стоял устойчивый запах конюшни. Невыспавшиеся подводники проклинали помощника всеми возможными словами. Судьба матрацев была решена.
На помощнике висит много обязанностей, в том числе обеспечение корабля всеми видами довольствия. Интендант и коки – его постоянная забота. Настало время дооборудования камбуза. Старший кок Марьян, временно замещавший интенданта, успел усвоить все самые скверные особенности этой должности. В пятницу вечером он получил ведомость поставок камбузного оборудования, посуды и прочей утвари. Посчитал, мысленно расставил, что куда. Поставил задачи своим кокам по наведению порядка и стал ждать понедельника.
Понедельник – день политических занятий, однако Марьян умудрился уклониться от всех общекорабельных мероприятий и аккуратно отмечал в ведомости каждый предмет, доставляемый рабочими. Последним заводчане доставили кухонный комбайн военного образца, рассчитанный согласно паспорту на работу в условиях радиоактивного заражения после ядерного взрыва в корме.
Они вручили Марьяну документы и приступили к монтажу агрегата. Марьян, в свою очередь, оглядел чудо-технику, сверил с паспортом, уточнил место установки и понял, что она будет мешать в этом месте. Не столько ему, сколько его животу. Врио интенданта долго и упорно пытался уговорить рабочих чуть-чуть изменить место установки. Сначала они наотрез отказывались изменить схему установки, но пара стаканов «шила» помогли решить вопрос без согласования с генеральным конструктором. Все остались довольны.
Марьян приступил к изучению паспорта и инструкции. Много интересного можно найти, если внимательно их читать.
«Универсальный Корабельный Камбузный Электрический Агрегат. Во взрыво-пожарозащищённом варианте исполнения. Повышенной производительности. Предназначен:
Для первичной переработки сельскохозяйственной продукции, а именно: животноводства, птицеводства и земледелия. После предварительной подготовки».
В переводе с русского на русский это означало, что перед нами мясорубка, миксер и тестомешалка в одном лице.
Особо обращалось внимание на подготовку мяса. Оно должно быть мелко нарезано и без костей. Агрегат проверили в действии. Марьян написал инструкцию на понятном языке и проинструктировал коков. Но он не учёл непредсказуемость и психологию матросов.
Сначала всё шло хорошо. Несколько раз месили тесто, смололи фарш и испекли торт.
Марьян тщательно следил за подготовкой продуктов перед закладкой в агрегат. Долго так продолжаться не могло, дела у интенданта много, и он доверился кокам. А зря. Была суббота, всем хочется отдохнуть, а тут мороженая туша. Ждать, пока разморозится мясо, а потом, когда все смотрят фильм или в увольнении, молоть фарш и лепить котлеты – это было выше их сил, и не входило в
