– З-зверюки!.. – задыхаясь выговорил я, бессильно наблюдая за происходящим – за тем как моя правая рука, невзирая на беспрестанные попытки вырвать её, всё же медленно опускается на тумбочку.
– Ты, значит, имеешь наглость нам врать прямо в лицо, а мы, получается, – зверюки? – неподдельно возмутилась Мирра.
Я, стиснув зубы, подавленно промолчал, напряжённо следя за взлетевшим в воздух поленом. Которое, к моему превеликому облегчению, всё же не обрушилось на мою кисть.
– Так откуда ты родом? – продолжила допытываться Мирра так и не стукнув меня за то нелицеприятное высказывание в адрес этих хищниц.
– Из Линхолла… – выдохнул я, не сводя взгляда с гадского полена, зависшего над моей рукой.
Варги переглянулись. И, одновременно поджав плечами, уставились на меня.
– А где это? – хором спросили они.
– В графстве Леншир… – крайне неохотно ответил я.
– Это в Империи что ли? – взлетели вверх брови у варгов, похоже, хорошо знакомых с географией не только Элории но и прилегающих стран.
– Да… – отвёл я глаза.
– А… А вступил ли ты в королевское подданство вообще, по переезду, ворюга?.. – после непродолжительной паузы крайне вкрадчиво поинтересовалась Мирра.
– Нет… – практически просипел я, так тяжко далось мне это признание – примерно как прыжок с высокого косогора в глубокий омут. И на этом умолк, кляня себя на все лады. Ну что мне стоило уладить дела с этим глупым подданством?! Можно же было как-то решить вопрос через воровское братство… Так нет же – не захотел быть никому обязанным…
– Ай-я-яй! – с чувством произнесла Мирра, на лице которой, как и её подруг впрочем, нарисовалась широченная улыбка. И упрекнула меня, сочащимся елеем голоском: – Нехорошо… Нехорошо это… Являться в Элорию и промышлять тут преступным путём…
– Мирра! Ты что такое говоришь?! – неожиданно возмущённо перебила её Лара. – Как это нехорошо?!
– Да, действительно, что это я?.. – хлопнув себя раскрытой ладонью по лбу, опомнилась та. И умилённо глядя на меня, протянула: – Это хорошо, это всё очень даже хорошо, ворюга…
Что было встречено с полным удовлетворением её ухмыляющимися подружками, немедля согласно закивавшими.
А я судорожно сглотнул, от осознания своей незавидной участи. Законы-то Элории защищают от варгов только добропорядочных гостей из других стран. К чужакам же преступникам со-овсем другое отношение…
Вдоволь насладившись моим смятением, хищницы продолжили допрос.
– И что же заставило тебя перебраться в Элорию, ворюга?.. – задумчиво вопросила Лара. Прозорливо подметив: – Не просто так же ты оставил родные края и махнул за тысячи миль в Гармин…
– Так это… у нас, в Империи, такие сказочные басни ходят о городе охотников за сокровищами Древних… что, дескать, лучшего места для промышляющих воровством просто не существует… Что здесь раздолье просто для тихой работы – полно торгашей и неожиданных богачей; приезжих, среди которых так легко затеряться, чуть не втрое больше чем местных; а стражники больше заняты тем, что пытаются угомонить разошедшихся гуляк, ведь разудалые пирушки не прекращаясь в этом славном городе кипят… – неловко пожав плечами ответил я. – Так что, перебраться сюда было мечтой моего детства… – И замолк, надеясь, что варги удовлетворятся столь пространным ответом.
– Не юли, ворюга, – ласково посоветовала Мирра, предостерегающе покачав поленом. – Сказали же тебе – выкладывай всё как на духу.
– Это тебе обязательно зачтётся, – вроде как утешила Лара.
– Да меня в общеимперский розыск объявили, вот я оттуда и свалил куда подальше, – сдавшись, выложил я всё начистоту. Разве что умолчал о награде за мою поимку живьём в тысячу звонких золотых монет или всего вдвое меньшую сумму за голову… Ибо это варгам знать уж точно ни к чему…
– Что, страшно не хотелось угодить на каторгу? – подтрунила надо мной брюнетка.
– Так в случае поимки меня ждала не каторга, а снятие шкуры живьём, с последующим поджариванием на медленном огне, – мрачно буркнул на это я.
– Ого! – оказались неслабо впечатлены моими словами варги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Что же ты там такого натворил, ворюга? – с любопытством уставилась на меня Мирра. – Сокровищницу наместника императора, что ли, обчистил?
– Нет… – тяжко вздохнул я. – Вовсе нет… – И замолчал.
– Ну рассказывай же уже!.. – просительным голоском протянула потеребившая меня Вэлэри.
Покосившись на неё, я вздохнул ещё раз. И отведя глаза, вроде как пожаловался: – Это всё барон Фридрих ди Сабиан… Он на могиле предков пообещался предать меня лютой смерти…
– За что же он так на тебя осерчал? – вопросительно приподняла левую бровь Мирра, стоили мне только опять умолкнуть.
– За то что я ему дочку испортил… – неохотно сознался я.
Варги явно не ожидали такого поворота, потому как долгое мгновение молча разглядывали меня, хлопая глазками. А потом – прыснули! Рассмеялись все разом, заразы! И давай подначивать меня:
– А ты у нас, оказывается, тот ещё злодей, Тим Фастин! Не зря мы сразу увидели в тебе особо опасного преступника, ха-ха!
А Лара ещё локтём легонько толкнула меня в бок и подмигнула провокационно: – Питаешь слабость к благородным девицам, а?..
– Вы всё не так поняли! – невольно покраснев поспешил я разуверить явно пришедших не к тем выводам варгов. – У нас с Аннель ничего такого не было! Мы просто дружили! С самого детства, когда она меня поймала во время кражи яблок из их сада! – Но мне, похоже, не поверили, судя по остающимся крайне насмешливыми мордашкам. Не сработал, кажется, даже последний приведённый мной аргумент: – Да нам тогда и по четырнадцать лет не было!
– Вот злодей! – ахнули на это варги. – С такого действительно шкуру мало содрать! Испортил благородную девочку, и тебя, негодяя такого, не остановила даже её юность! – И давай ухохатываться, глядя беспомощное выражение моего лица, пошедшего красными пятнами.
– Да не было у нас с ней ничего! – с отчаянием воскликнул я, бессильно оглядываясь в поисках поддержки. Это ведь правда! Не зашли так далеко наши отношения с Аннель… Хотя определённым интересом к ней в последнее время перед нашим расставанием я начал проникаться…
– Ладно-ладно, не было, так не было, – великодушно согласилась Лара, когда эти хищницы, развеселившиеся в результате моих неловких оправданий пуще прежнего, чуть успокоились. И утирая выступившие слёзки, провокационно уточнила: – То есть это не ты баронскую дочку испортил?.. На тебя просто свалили чужую вину, не найдя более подходящей кандидатуры?
– Нет, всё не так, – отрицательно помотал я головой. – Испортил я. – Поспешив добавить, видя как губы девушек опять расплываются в широченных улыбках. – Но не так как вы подумали!
– А как тогда? – взметнулись бровки высоко вверх у варгов, похоже, заинтригованных до крайности.
– Испортил в том плане, что сбил с пути, приучив к дурным наклонностям, – поспешил пояснить я, пока девчонки, в соответствии со своей исконно женской натурой, не навыдумывали себе какой-нибудь ерунды.
Они же недоумённо похлопали глазками, переглянулись, а затем с нескрываемым любопытством осведомились:
– Это к каким же таким наклонностям?
– К воровским что ли?.. – высказала догадку, похоже, самая прозорливая из них – Лара.
– Ну, не совсем воровским… – замялся я. А потом, понимая, что отделаться недомолвками всё равно не удастся, скрепя сердце выложил: – Аннель помогала мне с определением объектов воровства…
– Наводчицей, что ли, была?
– Вроде того, – неловко – а как иначе, когда на тебя пара варгов повисла? пожав плечами, подтвердил я. Пояснив затем: – Она же была вхожа во все богатые дома Линхолла… Вот и примечала для меня те места, где я могу безнаказанно спереть что-нибудь ценное. Поначалу – подсвечник там серебрёный, или утварь столовую, или ещё мелочь какую. А когда у неё проснулся магический дар, мы перешли на более серьёзные дела… по краже драгоценностей… Аннель ходила по гостям – её везде охотно привечали из-за отца, стоящего во главе городской стражи. Там она высматривала тайники, определяла к ним подходы, да выискивала магические ловушки на пути. А потом мы составляли план проникновения и я навещал вскорости этот дом…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
