Я выхожу в коридор, бросаю мертвый бластер на пол и медленно поднимаю руки, показывая захватчикам, что мы не собираемся сопротивляться.
— Ты зря ломал коды безопасности, Сантана. Теперь дай мне несколько минут, — говорю, глядя прямо в рожу командира работорговцев. — Если не хочешь, чтобы здесь все взорвалось к чертовой матери. Иначе твоему покупателю нечего будет покупать.
Он быстро смекает, в чем дело.
— У тебя две минуты, командор, — лениво отвечает он. — И чтобы ты не безобразничал, мои люди пойдут с тобой.
Он поворачивается к остальным, кто прячется у него за спиной и добавляет:
— Рассредоточиться. Обыскать корабль. Все ценное на борт, — Шип, Срез, с командором.
Я солгал. Нет тут никакой системы самоуничтожения, но им об этом неизвестно. Мне нужно лишь оторваться, чтобы успеть запихнуть Эйю в спасательную шлюпку. Не теряя времени, направляюсь в сторону тюремного отсека. Двое захватчиков-людей идут следом за мной. Кровь гудит в ушах. Адреналин на максимуме.
— Вы где свое оружие откопали? — подтруниваю над ними, пока мы идем по коридорам. — Не иначе, несколько веков спали в стазисе в обнимку с этими допотопными стволами.
Проще всего было бы устроить им острую головную боль или временный паралич, но они поднимут тревогу, и Сантана перестреляет экипаж. Нужно действовать аккуратнее.
Я провожу преследователей сквозь небольшой отсек с клеткой Фарадея, заблокировав входную дверь за спиной, а затем быстро отрываюсь и запираю этих двоих внутри. Оттуда они не подадут сигнал, а я успею вытащить Эйю.
Дальше перехожу на спринт и добегаю до тюремной каюты, где сидит девчонка. Быстро отпираю и, схватив Эйю за руку, без слов волоку за собой к ближайшей спасательной капсуле.
— Что случилось? — кричит она, заметно встревоженная.
— Это не важно, — отрезаю я. — У нас мало времени.
— Что ты делаешь? — уже более сердито повторяет Эйя и пытается вырваться.
— Спасаю твою задницу, — рычу, не замедляя шага.
Добравшись до капсулы, я открываю дверцу для Эйи. Если она улетит на капсуле, эти упыри не смогут её выследить — слишком маленький объект.
— Забирайся! — приказываю на грани грубости.
— А ты? — её голос полон тревоги.
— Это не твоя забота, — бросаю я, заталкивая её внутрь.
Она уже в капсуле, когда ближайшая дверь с грохотом вылетает. Пахнет серой. Грубая обыкновенная взрывчатка. Какой жуткий атавизм и вандализм в одном флаконе. Не оборачиваюсь, сосредоточенно набирая координаты ближайшей станции Юниона. Там её встретят демократично настроенные представители нашей расы и смогут спасти.
— Они пытаются удрать! — кричит кто-то сзади.
В спину что-то остро втыкается, а потом болезненный разряд тока парализует все тело. Старый добрый тазер. Странно, что не прикончили — проносится в мозгу, а потом доходит ужасная истина. Хех, Сантана изначально не собирался нас убивать. Мы определенно станем товаром.
— Останови капсулу! — кричит другой голос.
— Выньте девчонку, — слышу холодный приказ Сантаны.
Захватчики ломают управление капсулой, открывают дверцу и вытаскивают Эйю. Она дёргается, пытается вырваться, но ей грубо заламывают руки. У меня сердце обливается кровью от этой картинки. Я не справился. Не защитил. Теперь все потеряно!
— Вот он, наш звездный грааль! — довольно говорит Сантана, появляясь у меня в поле зрения. — Гнары дорого за тебя заплатят. Покупатель отправил нас на твои поиски, когда потерял связь с жучатником. И вот где ты оказалась!
Мне хочется рявкнуть на него, чтобы оставил её в покое, но я по-прежнему парализован. Могу только мычать.
А дальше случается то, что обычно и происходит в таких случаях. Всех связывают и гонят на вражеский корабль. Меня волокут. В последний момент я успеваю подключиться к ментальной сети нашего фрегата и понимаю, что Кейла таки-смогла скрыться. Отлично. Одной целью для спасения меньше. Осталось теперь уничтожить захватчиков, когда они будут меньше всего этого ожидать и спасти Эйю.
12. Сайлос
Нас помещают в трюм их корабля, ставят на колени со стянутыми за спиной руками. Мои ребята переглядываются, эмоции — ярость, гнев, решимость. Да, сейчас мы захвачены и безоружны, но далеко не сломлены.
Сантана, ухмыляясь, ходит между пленными, раздавая команды своим людям. Его манера раздражает. В каждом движении сквозит самоуверенность и презрение.
— Убедитесь, что командор под надёжным надзором, — говорит он, кивая на меня. — Его глаза мне не нравятся.
Естественно, не нравятся. Он чувствует угрозу, исходящую от меня. А я, между тем, только и жду, чтобы начать планомерно уничтожать эту шайку по одному, когда они рассредоточатся по кораблю. Когда целей слишком много, ментальная энергия рассеивается, сосредоточиться сложнее. Да и радус действия у меня всего около семи метров. Я не мог провернуть этого на корабле во время штурма, а тут, когда нас распихают по камерам — запросто.
Ребята выглядят угрюмыми, но сосредоточенными. Кейлы здесь нет — к счастью, она осталась на фрегате. Это наш шанс. Мы освободимся и вернемся на Сокол аккурат к моменту, когда она его починит.
Сантана подходит ко мне, останавливается совсем близко и приседает на корточки, чтобы мы были на одном уровне.
— Командор, — произносит он с притворной любезностью. — Понимаешь, что тебя ждет? Хочешь, заключим сделку?
— Сделку? — отзываюсь я, криво улыбаясь краем губ.
— Мне все равно кому, продавать тебя и команду, — продолжает он размеренно. — Свяжись со своими, как вы, ксорианцы, умеете. Пусть за тебя переведут выкуп. Можешь даже всю свою команду так выкупить. И вернетесь на свою посудину. Все просто.
Этот имбицил даже не знает, как работает ментальная сеть ксорианцев. Да и о нашей культуре он тоже явно не слышал. Ксорианцы не договариваются с работорговцами и пиратами.
Решительно молчу. Пусть считает себя победителем.
Внимательно осматриваю помещение. Камеры. Охрана с огнестрелом. Тяжёлые двери шлюзов. Всё это может стать как препятствием, так и оружием.
— Отведите его в отдельную клетку, — приказывает Сантана своим людям. — Знаю я этих сенсов. Нельзя давать им кучковаться!
Пренебрежительное словл «сенс» режет по ушам. Однако, похоже, Сантана все-таки сталкивался с ксорианцами, ведет себя осторожно. Пытается себя обезопасить. Да вот только для обычных неподготовленных людей от «сенсов» спасения нет. Особенно в замкнутом пространстве. Особенно один на один.
Меня выволакивают из общего помещения трюма, но это не страшно. Кольт и Тарвис знают, что делать. Я посылаю им ментальный импульс — короткий сигнал, который они смогут распознать. Это договорённость, о которой никто, кроме нас, не знает.
Меня запирают в отдельном отсеке, в котором нет ни черта. Похоже на кладовку. Значит, временное место.
Через вентиляцию я слышу, как Сантана начинает готовиться к «передаче груза». Это значит, что времени у меня в обрез. Если они успеют нырнуть в гиперпространство, мы окажемся неизвестно где и безбожно далеко от Ксора.
Вскоре все затихает. Вокруг скапливается тишина, которую разбавляет только гул двигателей и лёгкий шум системы вентиляции. Мне не оставили ничего, кроме собственного тела и разума. Но этого достаточно. Это всегда было достаточно.
Я сосредотачиваюсь на одном из охранников за пределами камеры. Контроль физического тела — базовое умение, которому учат в Академии. Его дыхание сбивается, ритм сердца становится нечетким. Я проникаю глубже, контролирую каждую его мышцу. Вижу его глазами. Через несколько секунд он оборачивается и медленно тянется к панели управления замком моей камеры.
Дверь открывается, и я выскальзываю наружу. Второй охранник замечает движение, его глаза расширяются, но я успеваю напасть первым. Лёгкий толчок его ментальной оболочки, и он падает на колени, хватается за голову. Невыносимая боль накрывает его волной, и через несколько секунд он уже лежит на полу, без сознания.
