Русланом, благо он широкий в плечах, меня за ним, надеюсь, не видно.
— В чем дело? — его тон генерала спадает на «нет».
— Мне нужно уйти, — просительно говорю, стараясь успокоиться.
— Почему?
— Если ты не хочешь проблем со своей репутацией, то лучше тебе меня отпустить. И чем скорее, тем лучше.
Глава 6. Кристина
— Ну и кто из них? — Руслан оглядывается, заметив в холле трех парней. Проклятье, ну почему именно здесь и сейчас? Как вообще так сложились обстоятельства?
— Никто, — сглотнув, отвечаю, а у самой руки леденеют. Ищу глазами ходы к отступлению, и дело вовсе не в том, что я не хочу портить Соболеву репутацию, скорее ему даже на руку будет, узнай он правду обо мне, очередной грязный секрет, который я бы предпочла держать за семью замками.
А еще мне невыносима мысль снова посмотреть в глаза этому человеку. Пережить тот день, когда мир под ногами рушится.
— Ивлева, — голос у Руслана приобретает серьезные нотки. — Ты побледнела.
Дотрагиваюсь до щек, переводя дыхание. Неужели у меня на лице все написано? Блииин.
— Ладно, проваливай, — он резко разворачивается и начинает отдаляться. Так, словно я ничтожество, через которое ему проще переступить, чем вести диалог. Неприятно. Мне кажется, раньше он относился ко мне лучше. С другой стороны, чего я ожидала? После такой сцены с пощечиной это еще не самый плохой ответ.
Прячусь за угол и зачем-то провожаю взглядом Руслана. Он идет такой важной походкой, будто император, который направляется к тронному залу. Ему не хватает только свиты за спиной и красной накидки, волочащейся по полу. А потом вдруг Соболев замедляет шаг, прямо у компании, среди которых… Влад Туманов. Мой личный ночной кошмар.
В руках Туманова бокал с шампанским, он что-то рассказывает двум товарищам, и я задумываюсь, кто его родители? Об этом человеке я знаю только ложь, не более.
Из зала выходит официант, и когда он пролетает мимо Руслана, тот хватает с его подноса бокал с шампанским. С каждой минутой шаг Соболева все медленнее и медленнее. Неужели он… все понял? И решил поговорить с Владом? А может, со всеми ними, и узнать про меня что-то? Господи, от Руслана можно ожидать чего угодно. У него пуля в голове, и если ее спустить, остановить будет невозможно.
Я зажмуриваюсь, мне так страшно. Не хочу переживать весь тот позор вновь. Не хочу стать слабачкой, на которую тычут пальцем и приклеивают на спину чертовы ругательные фразы. Не хочу считать дни до выпуска.
Приоткрываю один глаз и вдруг становлюсь свидетелем чего-то максимально неожиданного. Руслан опускает руку с шампанским ниже к области бедер, и как бы невзначай проливает напиток на Влада. Туманов отскакивает, судя по лицу, нецензурно ругается, но когда видит перед собой Соболева, закрывает рот, словно ничего не произошло. Руслан пожимает плечами, затем отвешивает ему поклон в шутливой манере и уходит. Я успеваю заметить на его губах усмешку.
Не сразу понимаю, с чего Соболев угорает, а потом и сама испускаю невольный смешок. Игристый напиток пролился в самое неудачное место, так, если бы Влад не успел добежать до туалета. Его товарищи тоже не сдерживаются и хихикают. Туманов никак не реагирует, правда ровно до того момента, пока Соболев не скрывается в зале. После Влад со всей дури кидает в стену бокал, и теперь уже его шампанское растекается по полу. Парни больше не смеются, а сам Туманов спешит к выходу.
И мне на душе вдруг становится так хорошо. Я ведь и сама грезила отомстить, нет, конечно, не таким детским образом, более серьезным. Но школа закончилась и, к счастью, наши пути больше не пересеклись. Боль никуда не ушла, воспоминания невозможно так-то вырезать из мозга. Вот только мне все равно почему-то приятно наблюдать за таким Владом: униженным, оскорбленным, в какой-то степени беспомощным. Не знаю, осознанно ли сотворил свою выходку Соболев, но моя степень неприязни к нему чуть поубивалась.
Ладно, чего стоять? Пора домой.
Вызываю такси, и пока машина едет, заглядываю в дамскую комнату. Закрываюсь в кабинке, кто-то тоже заходит, кто я не вижу, только слышу женские голоса. Случайно вникаю в суть разговора, хотя как тут не вникнуть, они громко переговариваются.
— Бедный Руслан, — вздыхает одна. — Так опозориться.
— Ой, не говори.
— Я бы на его месте не рискнула вернуться, а он ничего, зашел и даже попытается вести себя, будто ничего не произошло.
— В следующий раз будет знать, с кем связываться, — голос последней девушки звучит высокомерно. Так, словно она рада подобному раскладу. Мне же становится максимально неприятно, и в какой-то степени стыдно за свой поступок. Я-то могу уйти в любой момент, а Руслану жить в этом обществе, да и сейчас он там делает вид, что все нормально, пытается не обращать внимания на перешептывания за его спиной. Я не говорю, что Соболев ангел, но даже он не заслужил подобного.
Вытаскиваю телефон из сумочки, нажимаю отмену такси. А как только девушки выходят из туалета, я поправляю макияж и решаю все исправить. Особенно утереть нос той стерве, которая явно обрадовалась моему поступку. Не знаю, что их связывает с Русланом, но насмехаться над чувствами других людей — ту мач.
Расправляю плечи и иду обратно в зал. Влад ушел, теперь мы с ним точно не пересечемся, можно продолжить игру. Только как сделать ее более эффектной? Если для Соболева так важно мнение этих богатеев, они должны получить очередную дозу шоу. При том ничуть не хуже моей пощечины.
Останавливаюсь у входа, прокручивая в голове единственную идею, которая меня посетила. Она, конечно, бредовая, но вот если бы я оказалась героиней своего романа, то поступила бы именно так. Безбашенно. Сумасбродно. Меня бы, может, сочли странной, но это точно произвело бы эффект.
Эх… была не была.
Делаю вдох, растягиваю губы в улыбке и дергаю ручку. Когда я вхожу в зал, тут же привлекаю к себе всеобщее внимание. И это почему-то вызывает у меня легкий мандраж, не помню, чтобы волновалась из-за своих безрассудных поступков. Чтобы не думать ни о чем, представляю, что вокруг никого нет, а из колонок играет любимый трек: ONE OK ROCK — Stand Out Fit In.
Даже виляю бедрами в такт ритму, звучащему в моей голове. Боковым зрением замечаю, что та красотка, которая вошла с мужчиной возраста отца Руслана, как-то больно заинтересованно на меня поглядывает. Но честно сказать, у меня слишком сильно по венам бьет адреналин, чтобы думать о ком-то,
