Читаем без скачивания Черта ответственного возраста - Сергей Усков

– Разве такие бывают дома? Это какой-нибудь замок среди деревенской грязи?.. У нас служебная квартирка. Такая лачуга, что кажется, сколько я не украшай, не обустраивай её, все равно будет тесно и невесело. А так мы катаемся по стране… Нам хорошо! Пока есть, куда ехать, где ждут не дождутся, – откровенничала девушка-мама.

– Должно быть, у вас такая миссия скрашивать будни родным и близким.

– О да! Они нам безумно рады! Так ведь, Тёмушка?!.. Идет коза рогатая за малыми ребятами! – Она смешно стала изображать сердитую козу, наступающую со склоненной головой к баловникам-детишкам.

Тёма весело брыкнулся и, притворно испугавшись, засеменил прочь. Но неотступная «коза» настигла и стала бодать и бодать мнимыми рожками, в качестве которых выступали роскошные длинные волосы.

Илья Сергеевич вдруг представил, как столь шикарными распущенными волосами можно усилить изыск сексуального контакта – и смутился. Благо, что девушка не заметила этой его нескромной фантазии. Она самозабвенно играла с малышом. Надвигалось на него, потрясая волосами, как невиданное чудище, как рассерженная коза. Грубым голосом нагоняла как будто бы настоящего страху.

Дитя с округленными глазами от новизны ощущений старалось все-таки убежать от проказливой козы понарошку. Но она настигала: наступал бурный мануальный контакт – и лохматое чудище оказывалось мягким и пушистым, теплым и хорошим. И малыш снова заливался смехом. И всамделишная счастливая мамочка снова бросалась со страстным исступлением целовать и тискать радостное сокровище.

– Ты чего тетка сумок наставила? – Из коридора послышался донельзя раздраженный грубый мужской голос. – Прямо по ним предлагаешь шагать?

– Попробуй только. Вовек не отмоешься!

– Чо, типа крутая?!

– А ты что, типа козел?!

– Да не типа, а самый настоящий говнюк! – другой женский голос встал на поддержку первого.

– Вас обеих счас высадим с поезда. На трое суток закроем за оскорбление личности.

– Тоже мне личность нашлась!

– Ваня, давай бегом за полицейским нарядом. И скажи проводнику, чтобы задержала отправку поезда.

Обладатель грубого мужского голоса заглянул в купе, властно сказал Илье Сергеевичу:

– Вы, мужчина, будете свидетелем. И вы, девушка, тоже. Беззаконие нельзя терпеть.

Он протянул Илье Сергеевичу удостоверение, что является помощником депутата Государственной Думы, весьма известного депутата.

– А тот, кого назвали Ваней, кто побежал за полицией, тоже помощник депутата? – презрительно поинтересовался Илья Сергеевич.

– Нет, он мой помощник, – ответствовал помощник депутата.

– А у помощника помощника есть помощник?.. И все, поди, состоят на государственной службе. Получают зарплату и, пожалуй, немалую?

– К чему клоните?

– К тому, что было бы проще помочь представителю народного избранника непосредственно представителям самого народа, хотя бы в малом. – Илья Сергеевич глянул на притихшего Тёму. Тот сразу улыбнулся, и это, как ни странно, добавило решимости.

Илья Сергеевич встал, вышел в коридор, взялся за лямки сумки, спросив у женщин, куда переместить битком набитый баул. Оказалось, что в их купе и надо затащить сумки. Это озадачило. Помощник депутата криво усмехнулся, и хотел было сплюнуть, точно блатной урка.

– Хорошо, что я еду без багажа. Поместим ваш багаж на мое место, – сказал Илья Сергеевич с любезной улыбкой.

– И еще вот это куда-нибудь пристроить. – Дама протянула женский манекен в человеческий рост.

– Как бы не сломать, – произнесла дама помоложе. Обе дамы вполне приятно выглядели, и, казалось, грубые перепалки вели базарные торговки, которые куда-то вмиг исчезли.

– Эту пластмассовую телку положи с собой! – Заржал помощник депутата.

– Да зачем же! У этого доброго мужчины сразу видно есть хорошая женщина, – ответила пожилая дама и обратилась к Илье Сергеевичу: – Давайте положим этот манекен на самую верхнюю полку, прямо над вами, и повернём её одним местом к депутату. Его же верхняя полка напротив?… Кстати, господин помощник депутата, почему так непрестижно путешествуете, проштрафились? Вам бы на лоб синюю мигалку, чтобы и пешеходы дорогу уступали!

– Доприкалываешься, челночница, точно с поезда снимем!

У помощника зазвонил телефон. Глянув на высветившийся номер, он поспешил ответить: «Рад услышать… слушаюсь… выполню точно в срок… Вот это добрая новость! Наш законопроект прошел! Вау! Теперь себе точно куплю большой джип и деревеньку какую-нибудь! Одобряете?! … Зачем деревенька? Да чтобы гулять по полной, не оглядываясь», – между тем помощник оглянулся, вышел в коридор, продолжая обсуждать детали какого-то законопроекта.

– Скоро вот так, продадут нас всех. – Дама махнула в сторону помощника депутата. – Сделают безликими рабами, тупыми придатками заводов, машин, особняков, холуями, прислугой.

– А мы не хотим, – с живостью отозвалась молодая мама, тронув взгрустнувшего Тёму. – Эй, малыш, очнись! Козу рогатую легко победил. А вот Карабаса-Барабаса одолеешь? Этакого толстого лохматого злого дядьку, который выстроил огромный дом-замок на народные деньги и от скуки смертной забавляется тем, что ест пироги из соловьиных языков и мучит маленьких детишек, приправляя их слезами баснословно дорогую еду. У него есть корабли и самолеты, заводы и фабрики, но чего-то все равно нет, потому что оно не покупается за людские деньги… Вот смотри какой он Карабас-Барабас. – Девушка собрала в пучок на подбородке длинные волосы, изобразив бороду, оскалила зубы, пощелкала, исказила миловидное лицо злющей гримасой. Раздувая от злости щеки, двинулась на малыша.

Он во все глаза смотрел на преобразившуюся маму – и вдруг, схватившись за животик, громко и заливчато рассмеялся, да так заразительно, что рассмеялись и мы, я и две дамы-челночницы. Даже помощник депутата заглянул с тревожным удивлением. Минуту постоял, внимая живой мистерии, и с растерянно-удивленной улыбкой сел на краешек сиденья. Мамаша пробовала сделать лицо ещё страшнее – малыш смеялся громче. Он стал топать ножками и прогонять злого Карабаса со своего жизненного пространства в виде посадочного места в вагоне скорого поезда.

– Ты даже не боишься! – в конце концов воскликнула молодая мама, уставшая гримасничать, – Почему? В чем же твоя сила?

– Какой чудесный мальчик! – Вклинился помощник. – Можно подержать его в руках?

– Пожалуйста! – И девушка-мама протянула живое сокровище помощнику.

У дам-челночниц захолонуло сердце. Илья Сергеевич застыл с немым вопросом: «Да разве можно чужому, да еще такому, вверять свой островок радости?»

Между тем, этот невинный хрупкий человечек, это радостное дитя переместилось в цепкие руки помощника, у которого властно-хищное выражение лица, как будто бы напрочь сменилось на теплое и радостное. Помощник ухватил мальчонку, словно это счастливая находка. Он его поднял вверх, разглядывая и так и сяк, обмениваясь с ним смешными и добрыми ужимками, светлыми улыбками, которые с каждым разом становились, словно чище и ясней.

– А можно и нам? – почти в один голос попросили расцветшие дамы. Помощник неохотно передал дальше эту живую человеческую драгоценность.

– Тёма прямо богатырь! – воскликнула пожилая дама, поставив чудесного малыша себе на колени. – Силач! Ты сразил нас всех, понимаешь ли…

– Да, он из тех богатырей, которые побеждают чистым сердцем и добрыми помыслами! – Подхватила её мысль молодая дама, лаская Тёму восхищенным взглядом.

Правильная речь дам-челночниц выказывала в них интеллигентный задел, на который наслаивался и затирал опыт выживания в чрезвычайно негуманной реальности. И томик стихов с поблекшей позолотой обложки, выпавший из сумки пожилой дамы, когда с помощью Ильи Сергеевича перемещали огромный багаж в купе, говорил также, что не по своей прихоти таскают огромные баулы шмоток.

– Когда-то у меня таких детишек была целая группа! Ну, чуть постарше, конечно. – Вырвалось у молодой дамы. – Когда я работала воспитательницей.

– А у меня целый класс! – Добавила пожилая дама.

– Почему были? – спросил Илья Сергеевич

– Так закрыли и садик и школу! Завод загибается и съёживается, городок пустеет! – воскликнула пожилая дама. – Теперь для тех, кого учили, кто как-то сумел обустроиться, покупаем одежду. У нас небольшой магазин на арендованной площади, относительно постоянный круг клиентов. Стараемся быть в курсе последних веяний моды (раньше бы сказала – в курсе последних событий культурной жизни), знакомим с ними наших клиентов с помощью свежих журналов, каталогов и потом, по их предпочтениях, привозим, формируем ассортимент. Доход небольшой, но как-то жить можно. С сетевиками налаживаем контакты на договорной основе.

– Да уж ситуация не из простых! – Илья Сергеевич покачал в задумчивости головой и процитировал: – «В человеке должно быть всё прекрасно: и душа, и тело, и одежда». С души переключились на одежду, получается. Чьи же руки прибирают себе души?