— Мнѣ кажется, я правильно поступила, — проговорила она нѣсколько нервно, — деньги эти — ничьи, и онѣ лежали безъ пользы. Вѣдь я ничего не украла…
— Нѣтъ, нѣтъ! — поспѣшно произнесъ нотаріусъ.
— Теперь онѣ пойдутъ на пользу людямъ. Я отдамъ часть моихъ денегъ бѣднымъ. Надо бы приписать это въ бумагѣ.
— Мы и такъ сдѣлаемъ все по совѣсти, — успокоительно замѣтилъ м-ръ Чокъ.
Миссъ Виккерсъ милостиво улыбнулась ему.
— Вы-то сдѣлаете и м-ръ Тредгольдъ — также, а вотъ…
— Закройте дверь, — холодно прервалъ м-ръ Стобелль, — вы дѣлаете такой сквознякъ, что онъ можетъ голову снести съ плечъ.
Миссъ Виккерсъ гнѣвно окинула его взглядомъ и, не найдя достаточно сокрушительнаго отвѣта, молча скрылась, захлопнувъ за собою дверь.
Счастливые обладатели карты нагнулись надъ нею втроемъ.
— Удивительно! — говорилъ м-ръ Чокъ, — я поклялся бы передъ судомъ, что это — та самая.
— Нечего ломать надъ этимъ голову! — посовѣтовалъ м-ръ Стобелль.
— Желаніе ваше исполнилось, — проговорилъ Тредгольдъ, — а вы еще о чемъ-то разсуждаете.
— Кстати, по поводу путешествія, — вдругъ испугался м-ръ Чокъ, — какъ же намъ быть съ м-ссъ Чокъ? Вѣдь она захочетъ съ нами поѣхать?
— И м-ссъ Стобелль захочетъ, но не поѣдетъ! — заявилъ супругъ этой дамы.
М-ръ Тредгольдъ объявилъ, что дамы до послѣдней минуты ничего не должны знать, да и вообще болтать не годятся. Въ среду необходимо отправиться въ Биддлькомбъ и осмотрѣться. Лучше всего пріобрѣсти небольшое, солидное парусное судно, набрать экипажъ и отплыть въ возможно скоромъ времени.
Лицо м-ръ Чока просіяло. Они заберутъ съ собою бусы, зеркала — для торговли съ дикарями. Необходимо оружіе, всевозможные инструменты… Право, это все похоже на сказку. Но только- какъ быть съ женою?
— У меня тоже есть жена, — фыркнулъ м-ръ Стоббель, — однако я не тревожусь.
— Да, — вырвалось у м-ра Чока въ порывѣ необычной откровенности, — но у меня — жена, а у м-ссъ Стобелль — мужъ. Вотъ въ чемъ разница.
М-ръ Стобелль пережевывалъ это замѣчаніе во время всего обратнаго пути и, наконецъ, пришелъ къ заключенію, что событія этого дня повредили мозги м-ра Чока.
VI
До самой среды, покуда онъ со своими собратьями, искателями клада, не очутился на платформѣ станціи въ Биддлькомбѣ, м-ръ Чокъ находился въ состояніи восторженной мечтательности, еще болѣе подтвердившей подозрѣнія его жены. Еще сидя въ вагонѣ, онъ усиленно втягивалъ воздухъ носомъ, увѣряя, что уже чувствуетъ запахъ моря.
Для небольшого порта Биддлькомбъ оказался хорошо снабженнымъ судами, и сердце м-ра Чока усиленно билось, между тѣмъ какъ взоръ его перебѣгалъ отъ стройной шкуны къ грязнымъ угольщикамъ и миніатюрнымъ яхтамъ. Не зная, какъ приступить къ переговорамъ, они задумчиво бродили по набережной и, наконецъ, почувствовавъ аппетитъ, прослѣдовали въ гостинницу, гдѣ м-ръ Стобелль, поколебавшись въ выборѣ между ростбифомъ и бараньей котлеткой, заказалъ то и другое.
Единственнымъ кромѣ нихъ посѣтителемъ столовой былъ приземистый, краснолицый, гладко выбритый человѣкъ, потягивавшій виски за столомъ у окна. М-ръ Чокъ почуялъ въ немъ моряка и немедленно почувствовалъ въ нему симпатію, не взирая на маленькіе бѣгающіе глазки и непріятный ротъ незнакомца.
— Добрый день, джентльменъ, — сказалъ тотъ, привѣтливо кивая м-ру Чоку.
Завязался разговоръ о погодѣ, затѣмъ Незнакомецъ, котораго подававшій ему виски служитель назвалъ капитаномъ Брискетомъ, освѣдомился у друзей: впервые ли они эдѣсь?
— Много разъ бывали, — отвѣтилъ м-ръ Чокъ, — я очень люблю море.
Капитанъ Брискетъ кивнулъ и, взявъ свой стаканъ, подсѣлъ къ ихъ столу.
— Плохи дѣла въ Биддлькомбѣ,- сказалъ онъ, — половина судовъ не зафрахтована, да и вообще игра свѣчъ не стоитъ.
М-ръ Тредгольдъ переглянулся съ товарищами и поигралъ вилкой.
— А мы именно высматривали себѣ судно.
— Вы желаете отплыть на немъ въ качествѣ пассажировъ?
— Нѣтъ, мы желали бы пріобрѣсти его въ собственность.
Капитанъ Брискетъ, сильно заинтересованный, придвинулся еще ближе.
— Вы желаете купить новое судно?
— Да, еслибы удалось пріобрѣсти его по недорогой цѣнѣ,- объяснилъ Тредгольдъ, — мы намѣрены отправиться въ Тихій океанъ — ради удовольствія. Можетъ быть, займемся немного торговлею. Я думаю, что какую-нибудь подержанную шкуну можно купить за грошъ?
— На ловца и звѣрь бѣжитъ! — воскликнулъ капитанъ Брискетъ съ громкимъ смѣхомъ: — я знаю шкуну въ двѣсти сорокъ тоннъ, которая, какъ нельзя лучше, подошла бы вамъ. Судно почти новое и цѣлешенькое, какъ колоколъ. Вы сами примете командованіе?
— Нѣтъ, онъ не приметъ, — отвѣтилъ м-ръ Стобелль.
— Значитъ, вамъ нуженъ шкиперъ? — воскликнулъ капитанъ Брискетъ съ возрастающимъ возбужденіемъ:- не говорите мнѣ, что вы уже съ кѣмъ-нибудь порѣшили.
— Почему же нѣтъ? — проворчалъ Стобелль, продолжая рѣзать сыръ.
— Потому что, джентльмены, лучше Билля Брискета вамъ никого не найти! — воскликнулъ морякъ, стукнувъ кулакомъ по столу съ такою силою, что расплескалъ половину виски изъ своего стакана.
Это поразительное сообщеніе было, однако, принято съ такимъ недостаткомъ энтузіазма, что капитанъ Брискетъ, съ цѣлью скрыть то, что всякій другой назвалъ бы смущеніемъ, позвонилъ слугу, приказавъ ему подать полный стаканъ.
— Мы не можемъ ничего рѣшить въ пять минутъ, — проговорилъ, наконецъ, м-ръ Тредгольдъ послѣ долгой неловкой паузы, — прежде всего намъ нуженъ корабль.
— Подходящее для васъ судно стоитъ въ томъ концѣ гавани, — отвѣтилъ капитанъ Брискетъ, — пойдемте вмѣстѣ осмотрѣть его или ступайте одни. Билль Брискетъ не такой человѣкъ, чтобы напортить кому-нибудь, получитъ онъ отъ этого пользу или нѣтъ…
— Стойте, — проговорилъ м-ръ Стобелль, поднявъ руку, — сколько можетъ стоить такое судно?
— Это зависитъ, — отвѣтилъ Брискетъ, — разумѣется, если куплю я…
М-ръ Стобелль вторично поднялъ руку.
— Зависитъ отъ того: купите ли вы его для насъ, или продадите намъ отъ имени владѣльца судна?
Брискетъ вскочилъ и, къ ужасу м-ра Чока, крѣпко хлопнулъ м-ра Стобелля по спинѣ. М-ръ Стобелль, сжавъ кулакъ величиною съ баранью ногу, оттолкнулъ стулъ и приготовился встать.
— Вы — молодецъ! — воскликнулъ капитанъ Брискетъ тономъ искренняго уваженія, — вотъ что вы такое, сэръ!
М-ръ Стобелль снова опустился на мѣсто и впервые на губахъ его заиграла улыбка.
— Разрѣшите мнѣ вступить въ переговоры съ Тоддомъ и дайте мнѣ одинъ фунтъ изъ каждыхъ десяти, которыя я выторгую для васъ, — убѣдительно проговорилъ Брискетъ.
