спрашиваю, мол, в чём дело? А он знай себе базлает – поехали скорей! Ну, я вижу: парень не в себе, спорить и допытываться сейчас бесполезно. Включаю скорость и тут вижу, что перед машиной откуда ни возьмись стоит женщина. Только что никого не было, весь квартал пустой, и – на тебе! Будто с неба свалилась!.. Мальчишка её тоже увидел и давай орать пуще прежнего. Под сиденье заднее забился и вопит. А баба эта – высокая такая, стройная брюнетка. Одета, правда, не по моде. Платье на ней красивое, но… старинное какое-то… Стоит она, значит, и смотрит – пристально так, нехорошо.
– Откуда же она всё-таки появилась? – сумел вклиниться в словесный поток Соболев. Ему уже стало интересно. Васька был горазд сочинять, но он никогда не сочинял на пустом месте. То есть все его «случаи» всегда имели реальную подоплёку. И здесь тоже наклёвывалось нечто необычное. Тем более что происходил этот «случай» примерно в том же районе, где находился «дом на отшибе» деда Шишка.
– Не знаю, Вадя, не заметил! Но взгляд её мне очень не понравился. Я и дал по газам. Объехал её и втопил педаль. Глянул в зеркало – а на дороге опять никого! Ну, отъехал я подальше, пару-тройку кварталов, остановился, вытащил парня наружу и спрашиваю, мол, выкладывай, что случилось, а то сейчас в полицию сдам. Мне, мол, только наркоши в машине не хватало!.. И тут он мне такое рассказал!.. – Воронин подавил нервный смешок. – В пору роман мистический писать. Парень на голубом глазу заявил, что баба эта красивая – демон. Или дух какой-то. Или даже оживший призрак!.. Мол, он, парнишка, шёл домой от своей девчонки, которая как раз живёт на Станиславского. Вдруг во дворе одного дома, что в конце улицы, как зашипит, как загудит!.. Парень, конечно, остановился поглазеть и видит – над тем домом зарево красное. Думал, пожар начался, быстренько набрал 112, сообщил. Но зарево быстро погасло, и тогда мальчишка испугался, что привлекут за ложный вызов, тиканул оттуда. И тут ему навстречу та самая баба в красном платье, будто из воздуха вышла!.. Парень, конечно, растерялся, а она схватила его за плечо, словно кипятком ошпарила, и тогда мальчик включил режим самосохранения…
– Ты проверил у него плечо?
– Обижаете, господин сыщик! Проверил. Очень похоже на ожог от… человеческой пятерни! – Воронин не сдержался и захихикал. – Соболь, это явно по твоей части. Ты же у нас любишь всякую чертовщину?
Вадим задумался. История «красной дамы» удивительным образом ассоциировалась у него в голове с рассказом странного деда Шишка. И если окажется, что дом, где живёт Шишок, и дом, над которым полыхало загадочное зарево, и откуда вроде бы появилась женщина в красном, способная рукой нанести тяжёлый ожог, одно и то же место… Соболев почувствовал знакомое покалывание в кончиках пальцев, верный признак того, что дело наклёвывается нешуточное! Неужели глупый отпуск заканчивается?!
– Что молчишь, Соболь? – В голосе Воронина прозвучала лёгкая досада. – Не убедил?.. Тогда вот тебе ещё! Эта баба в красном полчаса назад объявилась в моём ресторане и устроила на кухне маленький тарарам!
– Неужели?! А что именно устроила?
– Спалила в печи все круассаны! Кучу народа без утреннего кофе оставила! Мало тебе?..
– Всё, всё, убедил, Забияка, – поспешно сказал Вадим. – Беру твоё дело!..
– Спасибо, дружище! – как ни в чём не бывало весело сказал Воронин. – Приходи ужинать, я тебе её покажу.
– Кого?!
– Бабу в красном. И её художества. Кино – не для слабонервных!.. – хохотнул Василий и дал отбой.
* * *
Конечно, Соболев не преминул воспользоваться приглашением старого друга и поужинать, что называется, «на халяву». Тем более, что кухня у Воронина и в самом деле всегда была отменная. А вкусно поесть Вадим любил!
И вот около восьми часов вечера он припарковал свою «кореяночку» перед входом в известный всему городу и многим приезжим ресторан «Мана», расположенный почти в центре новой набережной между Соборной площадью и речным портом. Здание имело два этажа. На первом расположились общий зал и кухня, зато на втором – два банкетных зала, большой и малый, плюс несколько отдельных кабинетов, плюс открытая веранда (на крыше общего зала) с великолепным видом на пойму реки и низкий противоположный берег, покрытый светлым сосновым бором.
Едва Вадим вошёл в вестибюль, к нему подскочил парнишка в фирменном костюмчике – дежурный администратор, поклонился и произнёс:
– Господин Соболев, разрешите вас проводить к месту встречи!
– Ух ты, – слегка удивился Вадим, – ай да сервис! Откуда же ты меня знаешь… «Олег»? – прочитал он имя на бэйджике.
– Так вы же у нас на доске почёта для гостей! Вас весь персонал знает, – улыбнулся парнишка. – Прошу за мной!
Соболев только головой покрутил: ну и прохиндей, Васька! «Почётный гость» – надо же! Вслед за Олегом он поднялся на второй этаж и вошёл в один из приватных кабинетов. Здесь уже был накрыт стол на две персоны, посередине стола красовалось ведёрко со льдом, из ведра торчало горлышко бутыли, залитое воском. Именно бутыли! Вадим прикинул: не меньше двух литров!
«Ну, это мы ещё посмотрим-погодим!» – решил он. Желания напиваться у Соболева пропало с того самого знаменательного дня, когда он познакомился со своей Леной – Алёнушкой… И хотя сейчас Вадим был один да в гостях у старого, проверенного друга всё равно он решил не прерывать трезвую жизнь, тем более что успел прочувствовать все её положительные стороны как в личной, так и в профессиональной жизни.
Удобно расположившись на диванчике у стены в ожидании хозяина, Соболев достал смартфон и открыл почтовый сервис. К его несказанной радости, там его ждало письмо от Лены. Письмо было длинным и обстоятельным. Лена подробно рассказывала о своём житье-бытье в Приамурских степях, об открытии какого-то нового вида ящеров, о ночной рыбалке на одном из притоков Зеи, где она поймала молодого тайменя, и о том, как она сильно соскучилась!..
Увлёкшись письмом, Вадим не заметил появления Воронина. А тот, войдя и увидев, чем занят его друг, не стал мешать, а тихонько присел за стол и стал наблюдать за Вадимом, рассеянно улыбаясь своим мыслям.
Наконец Соболев оторвался от чтения, увидел ожидающего его хозяина ресторана, улыбнулся и сказал:
– Привет, дружище! Извини, зачитался!.. – Встал и шагнул к Воронину, раскрыв объятия.
Они обнялись, даже поборолись немного, и, хотя Василий явно был тщедушнее Вадима, позвонки и рёбра хрустнули у обоих.
– Ну и жилист ты, Забияка! – одобрительно хлопнул его по плечу Соболев. – Тебя голыми руками не возьмёшь!
– На том стоим, брат! – самодовольно ухмыльнулся
