— Х-хим-мера. Лес-сная — заикался мужик, вцепившись в меня как клещ, да и я его держала не хуже.
Верхняя губа на морде полезла вверх, обнажая иглы зубов, на загривке приподнялась и завибрировала шерсть вместе со скрытыми в ней длинными шипами. Зверь словно увеличился в размерах, но мне и так хватало с головой.
Мужик отцепился от моих страстных, но застывших объятий и осторожно попятился назад, исчезнув из моего поля зрения. А я как поймала взгляд сероватых хищных глаз, так и поняла, что убежать не получится. Зажмурилась. Пускай только ест быстро…
Шли секунды, а меня не ели. Удивлённая этим фактом, я открыла левый глаз, и тут же пожалела об этом — зверь вплотную приблизил морду к моему лицу и принюхивался. Дыхание пошевелило волосы, пощекотало щеку. Я не выдержала и втянула голову в плечи.
Так называемая химера фыркнула, озадаченно прищурилась на меня, а потом не то досадливо, не то недоверчиво рявкнула и шустро увильнула в кусты, откуда вышла.
Я так и осталась стоять, таращась ей вслед, а потом в глазах у меня стремительно потемнело. Падения и удара о землю не помню. Жаль, что на мне не было строительной каски. Тогда бы у них не получился этот фокус с ударом бревном по голове…
***
Вначале надо мной, а потом поодаль раздавались голоса. Сопровождалось это мирным лошадиным фырканьем, хрустом веток в костре, и остатками жарено-мясного запаха, в общем, я опять в лагере этих ролевиков, мать их. Это не обрадовало, хотя я подумала и решила, что оказаться в желудке у химеры, было бы гораздо хуже. Выход оттуда бывает только в анекдотах. А как насчёт выхода из моего положения?
Пошевелив головой, я размяла затекшую шею и приоткрыла глаза, с подозрением изучая, что, собственно, вокруг меня происходит. Но осторожненько, чтобы со стороны казалось, что я ещё без сознания. А что дернулась, так это вам показалось.
Вокруг меня были эти самые ролевики и лес. Руки связаны, ноги тоже, во рту торчит тряпка, символизирующая кляп. Руки связаны не за спиной, а впереди, эх как они меня недооценили. Посмотрим, посмотрим.
Из разговора я поняла, что они собираются продать меня своему знакомому в публичный дом, в населенном пункте, названном ими Теренсом. Дальше у них другие дела, но туда они едут уже без меня, следовательно, неважно. Я начала тихо трястись, причем сама не скажу от чего, от злости или страха. Прекрасно. Чудесно. Отли-ично. Вляпалась по самое не хочу, к каким-то больным, которых, похоже, грамотно использует местная мафия, скупая пойманных девиц и запуская тех в свой оборот. Интересно, а так называемые золотые, на которые рассчитывают мужики, это на самом деле что? Крышки от консервных банок?
Приличных эпитетов уже нет, далее могут идти только неприличные, но я пока воздержусь. Так. Так. Та-ак. Что делать? Некоторые люди считают, что из любой ситуации можно найти выход, вот этих бы оптимистов да на моё место!
Анализируем. Руки связаны на совесть. Во рту кляп. Ноги тоже спутаны, а веревка от них ещё и привязана к дереву. Для надежности, а то вдруг возьму да упрыгаю. Узлы не иначе как морские, за неделю не развяжу. Это вам не «бантик».
Допустим, кляп я сжую или прогрызу — это только допустим. Веревки на руках после этого тоже можно попробовать на зуб, но где взять такие зубы!? А без свободных рук с узлами на ногах я точно не расправлюсь. Ну ладно, ладно, тут ещё, не считая проблемы с зубами — эти, которые периодически бросают на меня косые взгляды, по-любому заинтересуются, что это я там делаю, и не обнаглела ли я? А то и просто вырубят.
Так что пока лежу, не двигаюсь.
Однако мной все равно заинтересовались. Тот тип с масляным взглядом подошел откуда-то сбоку и присел на корточки, присматриваясь. Ах ты ж… сволочь. Забавляясь, провёл по щеке кончиком кривого ножа, им же пощекотал шею. Я лежала с ужасом в глазах, и пыталась вдавиться в землю. Нож перешел на грудь, попытался отогнуть край кофты. Я с придушенным воплем дернулась, нож оцарапал плечо. Действия мужика не остались незамеченными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Карес, ……, совсем ……, …… ……ый!? — зарокотал их вожак, который меня поймал, подскакивая к нам. — Убрал лапы, ……, из-за тебя я такие деньги терять не собираюсь! Чтоб ты знал, за пользованную уценка в два раза, ублюдок!
Вслед за тирадой последовал хороший удар в челюсть. Карес попытался парировать, но оказался на земле с выкрученным запястьем. Похоже, в банде он был слабым местом и такие фортели выкидывал не раз, потому что для других это не было чем-то новым. Они даже своих дел не бросили. А вожак их неплохо дерется, похоже, так и стал вожаком, доказывая слова действиями. Я его, похоже, уложила на землю лишь из-за неожиданности. В другой ситуации зауважала бы.
Конфликт интересов быстро сошел на нет — одна сторона, потирая руку, пришибленно сутулясь, затесалась на другой край полянки, другая заняла прежнее место у костра.
Я повозилась на земле, ощутив под собой что-то — то ли тоненький матрас, то ли просто покрывало. Ну, хоть не на голой земле. Похоже, это как бы мое спальное место. Товар я, значит. А его простудой не портят. Хм…
Серия мычаний и подёргиваний привлекла внимание вожака, и он подошёл ко мне, стащив кляп. Другие называли его Игаром, значит, это его имя или прозвище (чёртовы толкиенисты).
— Чего тебе?
— Есть хочу — севшим голосом сообщила я. Очень страшно было от их присутствия, особенно от взгляда Кареса через всю поляну. Этот не уймется, как бы ни делал вид…
Игар хмыкнул и вернул кляп обратно.
— Да, напомнила — и ушел к костру. Вернулся с кружкой. Снова снял кляп. Даже голову мне подержал, чтобы смогла проглотить его пойло. Это оказался не спирт для ободрения, а что-то чайно-травяное. Горьковатый отвар прокатился по горлу обжигающим комом, оставив во рту мерзкий вяжущий привкус.
— И все?? А пожевать?? Я этой бурдой не наем-м… М-м! М-м-м-м!!! — он кляпом успел меня заткнуть и утопал обратно к своим.
— Потерпишь. Еще на тебя мы припасы будем тратить.
Я ошарашено проводила взглядом спину поганца, желая ему счастья, здоровья и издохнуть по-быстрому. Вот сволочь! Да у меня желудок сейчас сам себя поедать начнет, а ему побоку! Ну конечно, какого ещё отношения я могла ожидать!?
После выпитого отвара почти сразу стало легче дышать и пропали неприятные ощущения в горле. Тело сначала согрела тёплая волна, прокатившаяся по мышцам, а потом окутала легкая сонливость.
Я сжалась под деревом, пристально наблюдая за укладывающимся спать лагерем. Провалялась я долго, и было уже темно. Костер потрескивал сухим хворостом, разбойники трескали что-то вкусное. Ладно. Как говорится, хочешь есть — ляг поспи. А я уже лежу, так что…
Усталость и, возможно, эффект «лекарства» взяли свое, веки сомкнулись как сами собой, и я потихоньку уснула…
***
Посреди ночи дёрнулась и открыла глаза. Молодой часовой, выставленный на ночь, клевал носом у огня, а сам костёр от меня кто-то заслонил, возясь с веревками на ногах. Радоваться было рано — Карес. Схватив за лодыжки, упёртый тип попытался шустро утащить меня в деревья, но я брыкнулась, затрудняя эту задачу, и попыталась закричать через кляп. На мое счастье, часовой еще не успел уйти в сонные дали и вскинулся со своего места, услышав приглушённое верещание.
— Карес, идиот! — Парень, не будя остальных, ударом отбросил его в сторону. — Да с тебя Игар голыми руками голову снимет, и с меня заодно! Уймись, ……! Чтоб тебя наизнанку вывернуло!
— Да вы озверели совсем! — прошепелявил неудавшийся насильник, выплевывая выбитый зуб, и встал, уже скорее по инерции, чем по упёртости продолжая бормотать:
— Убудет с вас, зато какая молоденькая…
Часовой притащил и привязал меня обратно, после чего развернулся к Каресу.
— В твою тупую башку помещается слово «нельзя»!? Игар сказал не трогать, куда ты лезешь!? Сядь! — Кареса дернули за воротник, и он покорно и уже спокойней уселся. — Я бы вообще не советовал подходить к ней близко.
