есть кое-что.
— Скажи, что именно.
— Могу ли я остаться в твоей комнате и взять у тебя платье на вечер?
Она кивнула, критически оглядев моё платье и плащ в их печальном состоянии.
— Конечно. Я могу и твоё платье отдать в чистку. А где ты сейчас остановилась?
— Нигде, если честно. Это долгая история.
Пока Триста доедала обед, я рассказала ей всё. Она была превосходным слушателем: то ахала в нужных местах, когда я описывала, как меня бросила моя сводная семья, то с облегчением выдыхала, слушая, как меня и Кодиака спасли, и подняла брови с явным интересом, когда я упомянула Джека.
— Молодой человек, говоришь? — спросила она с лукавой улыбкой.
— Между нами ничего не может быть. Он — маг, — быстро добавила я, внутренне съёжившись от мысли о своём мимолётном флирте, который доставил Джеку столько неловкости.
— Какая жалость. Значит, ты не можешь быть со своей семьёй, и у тебя нет подходящей одежды?
— Именно так.
— Тогда пошли в мою комнату, выберем тебе платье. Мы сделаем так, чтобы ты выглядела великолепно для принца, раз уж советник тебе не подходит. Кто знает? Может быть, если ты очаруешь его, принц Стивен сам даст тебе деньги, которые тебе нужны.
— Я не хочу выходить за принца, — возразила я, пока мы выходили из банкетного зала. — И не собираюсь использовать какого-то бедного мужчину ради его богатства. Мне нужно только найти завещание отца, чтобы вернуть школу.
— Откуда ты знаешь, что не захочешь выйти за него, если даже ещё не встречала?
— Не встречала, — призналась я. — Отец никогда не брал меня с собой в рабочие поездки, так что я вообще не знакома ни с кем из королевской семьи.
— Будь открыта для новых возможностей, — посоветовала Триста. — Моя комната в следующем коридоре. Родители настояли на том, чтобы я обновила весь гардероб, ведь они надеются, что я выйду за принца. Ты можешь выбрать любое платье.
Она достала ключ из сумочки и открыла дверь.
— Мама, папа, я вернулась! — громко объявила она, входя в комнату. — Вы помните мою подругу Ноэль? Мы раньше всё время вместе катались на коньках.
— Приятно снова видеть вас, Ноэль, — любезно сказала её мать, протягивая руку, но отец Тристы нахмурился.
— Сначала соревнования по фигурному катанию, а теперь и принц? Ты и здесь её обойдёшь, Триста.
— Роберт! — строго осадила его мать, метнув в мужа холодный взгляд. — Ты всегда желанна у нас, Ноэль. Не обращай на него внимания.
— Я только хотела одолжить платье, — неловко сказала я.
— А что не так с твоим гардеробом? — спросил отец Тристы.
— Он потерялся в дороге, — солгала за меня Триста. — Я сказала, что она может взять одно из моих на сегодняшний вечер.
Её отец продолжал хмуриться, но больше ничего не сказал, пока Триста вела меня к гардеробу. Шкаф был достаточно большим, чтобы в нём могли стоять двое мужчин, и был забит нарядными платьями самых разных цветов.
— Это тебе подойдёт, — сказала Триста, доставая платье нежно-розового цвета. — Оно лучше подойдёт к твоим волосам, чем к моим.
Я поднесла платье к себе, глядя в зеркало.
— Спасибо, Триста. Я очень ценю твою помощь.
Когда мы обе привели себя в порядок, а Триста отправила моё грязное платье и плащ в стирку, до начала бала оставалось совсем немного времени. Отец Тристы всё ещё выглядел угрюмым, и я была только рада уйти, когда мы с Тристой спустились в бальный зал.
— Итак, после того как ты закончишь своё ковыряние в носу и отрыжку, и тебя отправят домой, вы с Калом поженитесь?
— Такой план, — с хитрой улыбкой ответила она. — Но не говори об этом папе. Сначала он был рад нашей помолвке, потому что знает, как я отношусь к Калу, но соблазн выдать дочь за принца оказался слишком велик. А что ты собираешься делать, когда увидишь сегодня вечером мачеху?
Я тяжело вздохнула.
— Не знаю. Если я сразу начну предъявлять ей обвинения и создавать неприятности, принц наверняка меня прогонит, а мне нужно время, чтобы разобраться с наследством.
— Если ты завоюешь сердце принца, он наверняка даст тебе всё, что ты захочешь, — с хитрецой заметила Триста.
— Наверняка. Но я не собираюсь рисковать своим будущим ради этого.
Бальный зал был освещён сотнями ламп, а люстры над головой искрились, преломляя свет свечей и наполняя танцпол мягким, мерцающим сиянием. На сцене оркестр настраивал инструменты, наполняя зал нежной мелодией, пока девушки, уже собравшиеся в зале, ждали начала вечера. Хотя принц должен был появиться только через час, казалось, никто из них не мог больше ждать.
Я огляделась в поисках мачехи и сводных сестёр, но не увидела их. Они могли ждать момента, чтобы эффектно войти. Ванесса особенно любила, чтобы на неё смотрели все, когда она входила в комнату.
— Я их не вижу, — заметила Триста, тоже оглядывая зал в поисках моей семьи. — Сколько времени им нужно, чтобы приготовиться?
— Часы, — с улыбкой ответила я. — Мачеха каждый день тратит уйму времени перед зеркалом.
— Что говорил твой отец?
Я пожала плечами.
— Он всегда говорил, что она красива и может тратить на это столько времени, сколько захочет.
— Мужчины, — фыркнула Триста. — Готовы закрыть глаза на плохое поведение, если женщина достаточно привлекательна. — Затем её лицо исказила виноватая гримаса. — Прости. Я не хотела плохо говорить о твоём отце.
— Всё в порядке. Я была просто рада, что она делала его счастливым, даже если мы с ней не всегда ладили, — ответила я, стараясь говорить спокойно.
Триста толкнула меня локтем и указала на дверь, где как раз появились Валлия и Ванесса. Они были ослепительно красивы, их платья соответствовали последнему писку моды, и, очевидно, они не пожалели ни времени, ни усилий, чтобы выглядеть идеально. От макушек их голов до острых носков туфель всё в их облике было безупречно. Каждая прядь волос уложена так аккуратно, будто сама природа покорилась их воле, а макияж был нанесён столь искусно, что их лица казались безупречными.
— Принц теперь точно не взглянет на меня, особенно по сравнению с ними, — услышала я жалобный голос позади.
— Конечно, взглянет! — улыбнулась Триста девушке с длинными, кудрявыми каштановыми волосами. — Как тебя зовут?
— Жасмин.
— А я — Триста, а это моя подруга Ноэль. Вот те девушки, которые только что вошли, — её сводные сёстры.
Я ожидала увидеть Валенсию, следовавшую за своими дочерями, но она так и не появилась.
— Может, она хочет, чтобы её девочки выглядели взрослыми и независимыми, без родителей поблизости, — предположила Триста, словно читая мои мысли, и тоже
