– Братец! – Я постучал в плотно закрытую дверь. – Эй! Барон, открывай, твой друг пришел!
Тишина, только ветер в верхушках деревьев посвистывает.
– Сэмади! – Я несколько раз ударил по жалобно заскрипевшей двери ногой. – Подъем! Пришло время веселья.
– Чего ты орешь? – раздался невозмутимый голос Барона за моей спиной. – Нет там никого, мы пока вон на том конце кладбища ночуем. А в этом мавзолее местные мертвецы мне по ночам ремонт делают, днем им несподручно, днем они отсыпаются. Работы много, потому пока заселиться мы в него не можем. После бесчинств западных поганцев-паладинов сие строение чуть ли не по камушку восстанавливать приходится.
– Паладины такие, с них станется, – согласился я с ним. – Слушай, так я тебя все-таки разбудил?
– Можно подумать, что это обстоятельство тебя сильно смущает, – усмехнулся Сэмади, – или расстраивает.
– Ну, в общем-то, нет, – признался я, рассматривая его. – Слушай, а ты, я смотрю, стал куда лучше выглядеть. Значит, все же пошел тебе на пользу воздух Свободных земель, да?
И это на самом деле было так. Исчезла из спины моего приятеля некая обреченная сгорбленность, которая меня так поразила при нашей последней встрече, и щегольской черный сюртук-фрак на Сэмади больше не болтался как на вешалке. А главное, из глаз пропала загнанность, что очень важно. Передо мной снова стоял мой старый друг, у которого вечно пять тузов в рукаве, фига в кармане и кролик-зомби в цилиндре. Да, ему снова нельзя доверять, но зато с ним не скучно!
– Прозвучит странно, но да, – ответил Барон, достал из кармана орешек и забросил его в рот. – Странное дело получается, приятель. Там я был среди своих, но ощущал себя чужим. Тут же везде обитают те, кто с радостью кинет меня в огонь, размелет в труху или уничтожит каким-то иным способом, но ощущение такое, что я вернулся домой. Клянусь Луной, этот мир сошел с ума, и я вместе с ним!
– В принципе, все так и есть на самом деле, – поразмыслив пару секунд, произнес я. – Чрезмерная цивилизованность привела мир к стремительному падению морали, а это породило беспринципность. Ну а беспринципность в свою очередь ввергла общество в поголовное безумие, которое в какой-то момент стало для него нормой жизни, к чему со временем все привыкли, и потому никто на это внимания не обращает. И ты заканчивай на такие темы думать. Этот мир ни тебе, ни мне не спасти и не изменить, в нем остается только существовать.
– Очень много слов. – Сэмади кинул в рот еще один орешек, похоже, запасы их в его карманах окончательно восстановились. – Ладно, чего тебе от меня нужно?
– Кое-куда сходить. Ты обещал! – бойко ответил я. – Место, врать не стану, мрачное и неприятное, но не хуже тех, где мы уже побывали. Там есть некий предмет, он мне крайне нужен.
– Ты о городе под землей? – уточнил Барон. – Верно? Мне мальчики рассказали о том, как ты нагишом бегал. Кстати, а почему именно так? Без одежды?
– Больно там жители любопытные обитают, да еще и с хорошим слухом, – деловито ответил я. – Все бы ничего, только гостей они не любят сильно.
– Ну, мертвые живых вообще не жалуют, – резонно заметил Сэмади. – Ты являешься тем редким исключением, которое только подтверждает правило.
– Зато они все чтут тебя, – вложив в голос почтительность, сообщил ему я. – Думаю, и те, кто живет в Реенвааре, не исключение.
– Он думает, – фыркнул Барон, – посмотрите на него. Ну, наверное, не исключение! Кстати, много их там?
Все, теперь Сэмади точно туда отправится. Он решил пополнить свою армию теми, кто обитает в проклятом городе. Вряд ли у него это получится, полагаю, эти души привязаны к месту своего проживания и не смогут его покинуть, но это не мое дело. Бубен – вот что я желаю получить, а дальше пусть Барон что хочет, то и творит.
– Мальчики. – Сэмади щелкнул пальцами, и четыре черные тени выросли за его спиной, как грибы в лесу после дождя. – Пошли, глянем, что там к чему. Белый братец, чего ты ждешь? Я очень устал за ночь и хочу спать. Ты не представляешь себе, как трудно руководить безмозглыми мертвяками, которые делают ремонт. Пошли, я отдам тебе должок, а после отправлюсь отдыхать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Сказано – сделано. – Я достал свиток и открыл портал.
На этот раз я перенес нас не к пролому в стене, через который обычно проникал в город, а к извилистой каменной дороге у, если можно так выразиться, черного хода Реенваара. До городского совета, где находится столь необходимый мне артефакт, отсюда можно добраться куда быстрее, не надо будет пересекать весь город. Правда, и большая часть населения тоже обитает тут, но на этот раз со мной Сэмади. Я очень надеюсь, что не ошибся в своих предположениях и он сможет обуздать местных неупокоенных.
А если что-то пойдет не так, то на данном квесте можно ставить большой и жирный крест. Нет, еще одна попытка у меня останется, но вот других вариантов прохождения я просто не вижу. Реальных, имеется в виду, тех, которые не ведут к большим проблемам в будущем. Так-то можно договориться с Мастером Стрекоз, у которого большой и сильный клан в наличии, завалить площадь трупами игроков и призрачными тушками местных жителей и добиться желаемого. Вот только не нравится мне такой расклад, слишком многое пришлось бы объяснять тем, кто мне помог. Добавим сюда же нехилый такой должок, который на мне повиснет, и дело в шляпе.
Кстати, о Мастере Стрекоз. Он ведь зазывал меня в гости, и я даже пообещал, что непременно нанесу ему визит, после чего сразу про это забыл. А зря. Почему? Потому что я, как порядочный игрок, должен быть вежлив. И еще потому что замок его находится рядом со славным городом Мейконгом. Уверен, что просто так поставить клановый замок рядом с одним из крупнейших городов Юга невозможно, тут нужно особое разрешение, которое почти наверняка выдает первое лицо государства. Вывод? Выходит, что репутация с тамошним владыкой у Мастера Стрекоз и его клана прокачана будь здоров как.
Ну да, еще вчера я размышлял о том, что не хочу прибегать к помощи сильных игрового мира сего, было такое. Но то вчера, а то сегодня. Плюс никто не говорит, что я сразу буду просить у Мастера протекцию для визита во дворец. Нет, я всего лишь нанесу визит вежливости, и пока не более того, ну а дальше будем посмотреть, как и что. В конце концов, Юг не самая моя большая проблема. Запад, к примеру, меня куда больше беспокоит.
Размышляя на данные темы, я стягивал с себя доспехи и складывал их на камни дороги, в конце которой виднелись призывно приоткрытые резные дверцы. Сэмади с легким удивлением смотрел на происходящее и похмыкивал.
– Вот, и в прошлый раз так же случилось, – сообщил ему Леонард. – Тоже разделся до исподнего и только после отправился в город.
– Белый братец, я начинаю бояться за твой душевное здоровье, – раскурив сигару, произнес Барон. – Неужели тебе так понравилось бегать почти нагишом? В этом есть нечто неправильное.
– Не сомневаюсь в твоих силах, друг, – отозвался я. – Уверен, ты укротишь тех, кто живет там, внутри. Но может случиться так, что ты останешься жив, а я, увы, умру. Зачем же моему добру пропадать? Может, какой-то искатель приключений после наткнется на него и приставит к делу. Или пропьет за помин моей души.
Так себе объяснение, но другое лень придумывать.
– И еще просьба, – прислонив щит и меч к скале, произнес я, – лучше все-таки там не шуметь, хотя бы до той поры, пока я не найду одну вещичку. Если повезет, то быстро управлюсь, она находится недалеко от входа, в здании городского совета. Считай это моей маленькой личной просьбой. Я ее заберу, покину это место, а после развлекайся с местными так, как тебе угодно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– По-прежнему не разделяю твоих опасений, – вроде даже как обиделся Барон. – Или ты подвергаешь сомнению мои таланты?
– Ни в коем разе. Но те, кто живет там, – они не совсем обычные мертвецы. Они прокляты, как, например, обгорелые шахтеры в Ринейских горах. Потому давай сначала попробуем все обстряпать тихо, без шума. Ну а если не получится, тогда уж…
