Чарли откидывается в кресле. Жизнь и правда та ещё стерва, а судьба сука. Но он сумел их нагнуть.
— Чарли, — появляется Моника в кабинете мужчины, заставляя его отвлечься от собственных мыслей.
— Что случилось? — он спокоен, как погода за окном.
— ФБР.
Глава 6
Правительство никогда не будет довольно богатыми людьми, которые не желают делиться. Сколько бы Чарли не тратил денег на благотворительность и не отчислял налоги, им всегда будет мало. Он привык к проверкам, как и его сотрудники, которые знают, что босс разрулит любую ситуацию. Но ФБР в их офис пребывает впервые.
Дверцы лифта открываются, и Чарли вступает на этаж. Если тут и шли какие-то разговоры, то они сразу смолкают при виде высокой фигуры. Саттон оглядывает ряды столов. Агенты сразу же направились туда, где крутятся деньги, игнорируя нижние этажи с простыми рабочими.
Чарли замечает, как одна из девушек мелко дрожит. Видимо, мужчины в форме с такими пугающими буквами на спине пугают её, и Саттон мягко улыбается, заставляя подчинённую встрепенуться и, зардевшись, отвернуться. Ну хоть дрожать перестала.
— Господа, — приближается Чарли к агенту без формы, но успевает посмотреть на всех фбровцев. — Чем мы можем быть вам полезны?
Безупречно учтив и уверен в себе. Те, кто ещё сомневались в нём, с облегчением выдыхают. Босс разберётся с этим недоразумением.
— У нас есть ордер на изъятие документов, и…
— Моника, — перебивает Саттон агента, продолжая пребывать в приятном расположении духа. — Сообщи всем, чтобы посодействовали нашим гостям и делились всем, что потребуется. Что-то ещё? — Обращается к мужчине.
Агент смотрит на Чарли. Недобро так смотрит. Его взгляд цепкий и пронизывающий, пытается понять, что задумал хозяин фирмы. Пускает пыль в глаза? Хочет увести их по ложному следу? Но он даже не поинтересовался, по какой причине они тут.
— Нам необходимо будет поговорить с вами и вашими сотрудниками, — всё же отвечает мужчина.
— Я буду у себя в офисе, — кивает Саттон на лифт. — Последний этаж. Моя помощница вам всё покажет, а пока, — он забирает из рук агента ордер так быстро, что тот ничего не успевает предпринять. — Поднимись к юристам, — просит Чарли такую же спокойную, как и он, Монику. — Они знают, что с этим делать.
Женщина кивает, забирая бумаги, их с мужчиной пальцы соприкасаются. От этого мимолётного касания Моника словно получает заряд бодрости и умудряется расплыться в такой же улыбке, как и Саттон. Они очень долго работают вместе, чтобы она могла не сомневаться в его умении выходить сухим из воды.
— Не буду вас отвлекать, — прощается Чарли и оглядывает своих подчинённых. — Всем хорошего дня.
Кто-то отвечает мужчине, но он этого уже не слышит, направляясь к лифту. Оказавшись в кабине, Саттон встречается со взглядом агента. Кивок и улыбка, всё, что позволяет себе Чарли перед тем, как створки сойдутся, скрывая его от посторонних. Без постороннего внимания, мужчина сразу же становится серьёзным и лезет в карман за телефоном.
— Разве не ты сказал вчера, что мне нужен отпуск, — звучит раздосадованный голос Винсента, а за ним чей-то игривый смех. — Понимаю, ты у нас человек занятой, и работа тебя полностью удовлетворяет, но…
— Ты нужен здесь, — перебивает Саттон друга.
— Что случилось? — тон Росса незамедлительно меняется.
Чарли почти видит, как Винсент поднимается на ноги и отгораживается от всего и всех. Ничего его больше не волнует, кроме работы.
— ФБР.
***
Мечты и правда имеют свойство сбываться, но люди забывают учитывать нюансы, которые превращают мечту в настоящий ужас.
Нэнси семнадцать лет жила в собственном доме. Он был небольшим, в полтора этажа, но Паркер его любила. Мама с папой очень старались сделать дом уютным для своих детей, чтобы они всегда возвращались в него с улыбками. Девушку даже не смущало то, что пришлось перебраться жить в подвал, ведь брат захотел собственную комнату. И из такого неприятного для многих места, её родители умудрились сотворить нечто чудесное. Она любила свой дом и мечтала обзавестись новым после продажи старого. И вот она пребывает в частном доме и ей совсем здесь не нравится. Ни капли не нравится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нэнси находится в чужом доме вот уже несколько недель. В первые несколько дней она всячески пыталась покинуть его, но дальше забора пробраться не сумела.
Вначале казалось, что кроме неё поблизости нет никого, но стоило уйти от дома на пару сотню ярдов (может лучше использовать метрическую систему? Все-таки читателю будет понятней), как тут же, словно из воздуха, материализовался мужчина.
— Я хочу уйти, — обратилась девушка к незнакомцу, хранившему молчание. — Я не должна здесь находиться.
Мужчина продолжал молчать и Паркер, насупившись, направилась к воротам, чтобы тут же ощутить крепкую хватку на руке.
— Пустите меня, — принялась брыкаться Нэнси. — Вы не имеете права! Я буду кричать!
И она принялась кричать, только вот толку от этого не было никакого. Мужчина просто схватил её посильнее и повёл обратно. Девушка захлопнула рот, также, как и захлопнулась перед её носом дверь.
Какой бы мягкой и покладистой не являлась Нэнси с родными, она не собиралась продолжать выполнять абсурдные требования. Да, она прочла контракт. И была поражена написанному в нём, лишний раз сожалея, что жизнь не научила её изучать всё, что подсовывают на подпись. Но чтобы там не было написано, Паркер и не думала подчиняться. Это какое-то варварство. Никто не может купить другого человека. Рабство давно искоренено. И она не вещь, чтобы её покупать.
Очередной побег был предпринят уже через полчаса. Нэнси выбралась через чёрный ход и, оглядевшись, кинулась к забору. Её не волновало, что вокруг один лес. Она помнила, как машина двигалась по трассе, а съехав с дороги, они ехали не так уж долго. Значит, она сумеет выбраться. Главное не сдаваться и преодолеть главную преграду. Но снова ничего.
— Нет! — кричала девушка, будто её резали по живому. — Нет! Нет! Нет!
Тот же самый незнакомый мужчина, не внимая воплям, отбуксировав Паркер домой, скинул её на пол, выходя на улицу. Прозвучал звук закрывающегося замка. Её заперли.
Были ещё окна. Множество окон и на первом, и на втором этаже, но нэнси понимала, что это не поможет. Её всё равно вернут в дом, и если продолжит упираться, то заставят успокоиться. Девушке не хотелось думать о том, какими именно методами её будут успокаивать. Воображение рисовало устрашающие картины. Тогда она принялась осматриваться.
Дом оказался больше того, что она помнит, раза в три. Два этажа: второй жилой, а первый общий. Имелся ещё подвал и чердак. Везде стояла мебель, техника, а также пыль, много пыли. Нэнси сморщилась, схватившись за телефонную трубку в попытке позвонить в полицию или брату, пыль осела на её ладони и щеке. Как поборнице чистоты, привыкшей проводить генеральную уборку в доме раз в неделю, она видела вместо хозяев дома настоящих свиней. Надо же было довести до такого.
А телефон не работал, как и интернет, который паркер незамедлительно включила, стоило только обнаружить. Будто кто-то специально устроил тут изоляцию. Как в тюрьме. Кто именно это был, девушка выяснила через три дня.
Глава 7
Ручной труд — успокаивает. Так, по крайней мере, говорят, и у Нэнси нет причин не соглашаться. Она любит что-то делать своими руками, может часами просидеть на одном месте, вышивая или готовя что-то, и при этом размышлять о многих вещах. Иногда в такие моменты приходят хорошие идеи. Правда последняя идея, связанная с братом и продажей дома, на проверку была не такой уж и хорошей.
Мужчина застаёт Паркер как раз за уборкой. Девушка балансирует на стуле, вытирая пыль с полок, и чуть не ухает вниз, услышав насмешливый, знакомый голос, который не сулит ничего приятного.
