Шиаза обвела взглядом собравшихся в командной рубке мужчин-компаньонов. Неопытный провинциальный посол, не познавший толком тонкостей дипломатических игр; ворчливый вояка атташе, изрядно потрепанный жизнью и трактующий любую ситуацию на свой солдафонский манер; опытный и верный, но очень недальновидный десница, что смотрел сейчас потерянно на тёмные экраны мониторов и избалованный и глуповатый посольский секретарь. На кого из них она могла положиться в этой экстренной ситуации?
— На какое время нам хватит запасов воздуха и топлива если воспользоваться ботом — обратилась она к вечно смущенной девушке-технику, которая ещё больше покраснела.
— При таком расходе как у нас сейчас — пять дней, на большее рассчитывать не приходится.
В разговор вмешался полковник
— За пять дней нам не никуда не долететь. Мы даже систему не покинем..
— А смысл куда-то лететь? — на экране появилось лицо пилота, что слушал их из бота. — Бот предназначен для коротких внутрисистемных перелетов и разумеется не оснащен гипердвигателем — Разве что спуститься на планету можно
— Вы вероятно не осведомлены, — возмутился Алистер, но во-первых, нам нужно немедленно лететь дальше, от этого зависит судьба всего Сектора Треугольника, а во-вторых, мы ничего не знаем об этой планете, ведь там может быть опасно.
— Господин серкетарь, со всем уважением, я не маг и не волшебник. Бот — судно внутрисистемное. Прикажите и я доставлю вас на любой камень, что вращается вокруг местного светила. Если хотите лететь дальше, готовьтесь, что перелет к ближайшей звезде займет пару сотен лет, но умрем мы, при самых лучших прогнозах, дней через пятнадцать, и то, если загрузим дополнительные кислородные баллоны.
На этом месте Джон, что находился все это время в оцепенении, очнулся.
— Другими словами, пилот Николсон, вы предлагаете нам верную смерть на неизвестной планете без биосферы, вместо призрачного шанса отлететь с орбиты этой планеты и оттуда подать сигнал бедствия в надежде, что нас подберут?
— Я ничего не предлагаю, — твердо сказал пилот, — я лишь озвучил наши возможности. Лететь смысла нет, дальность полета нашего бота это песчинка в астрономических масштабах. Опять же бот не оснащен оборудованием гиперсвязи. Может удастся починить связь на Алладине?
— Это вряд ли, — вздохнула техник. — связью нападавшие занимались специально и основательно. Не подлежит ремонту..
— Предпочитаю попытку выбраться отсюда хоть куда-нибудь, чем умирать на этой планете-кладбище без атмосферы, — подразумевая пустынную планету на орбите которой они сейчас находились, продолжал настаивать Алистер. — Нашу миссию нельзя поставить на паузу пока мы здесь ждем что нас кто-то подберет. Родина нуждается в нашем присутствии.
Полковник хмыкнул, а Шиаза спрятала усмешку.
— Из того что я тут услышала, — рассудительно подвела итог Шиаза, — самый оптимистичный вариант выбраться отсюда — это привлечь внимание нападавшего. как минимум он может летать в гиперпространстве. Вот только как я заметила они не оставляют никого в живых.
— Можно ли подлатать “Аладин”? — голос полковника резко выделялся среди остальных невозмутимым спокойствием.
— Боюсь нет, господин полковник. Те кто его разрушал, знали в этом толк. Необратимо повреждены как маршевые так и гипер двигатели. Они не подлежат ремонту вне верфи. Есть маневровые двигатели, но это нам мало чем поможет.
— Господа, принимать решение нужно быстро, наши ресурсы не бесконечны, — Майро в противовес полковнику говорил взволнованно.
Пока бот дозаправляли, все снова собрались в рубке, где можно было снять неудобные скафандры.
— Никто не выжил. Это ужасно. — рассказывал потрясенный пилот, переживающий смерть своих товарищей — мы несколько раз облетели облако обломков и отдельно нашли еще четыре поврежденных спасательных модуля. Никаких признаков жизни, никаких сигналов. Нужно продолжать искать. Может быть кому-нибудь удалось добраться до планеты
— Что вы знаете об этой планете? Какие у нас шансы выгрузиться и не вляпаться в какую нибудь радиоактивную дрянь? — несмотря на то, что Майро говорил об этом нарочито пренебрежительно, чувствовалось, что он искренне этим интересовался. Вопрос был адресован пилоту, но за него взялась отвечать его стеснительная коллега.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я проверила всю информацию о планете. — сообщила техник, — Она необитаема и непригодна колонизации. Органическая жизнь отсутствует. Имеет атмосферу по большей мере состоящую из углекислого газа с примесью азота и аргона. На экваторе есть жидкая вода. Температура там не превышает пары градусов по цельсию
— И почему же такой "самородок" до сих пор необитаем? — саркастически переспросил Майро. — неужто великие боссы конгломерации не посчитали интересным разместить здесь одну из своих стационарных баз
— Судя по каталогу, планета не представляет интереса, ни для колонизации, ни в стратегическом плане. Находится на ничейной территории и поддержание здесь поселений или военных баз экономически нецелесообразно. — сообщила техник изучившая информацию с компьютера Аладдина — Правда я тут заметила странность. Просматривая технические данные о полетах, я обнаружила, что торговец за последние пять лет побывал тут двадцать шесть раз. Могу даже вычислить геолокацию в которую обычно спускался их бот, что каждое посещение очень активно курсировал между планетой и кораблем. Никаких объяснений такой привязанности к необитаемой планете в журналах корабля нет, и это вызывает вопросы
— Тогда чего же мы ждем? Давайте поищем выживших и заодно посмотрим, чем эта дыра так приглянулась капитану Алладина. — предложил Джон.
— Ждем дозаправки бота. — пояснил пилот. Собственный ангар торговца поврежден, как и его собственный системный транспорт в нем. Пришлось организовывать перекачку топлива. Но через три, максимум четыре часа сможем лететь.
При посадке планета, выглядела вполне дружелюбно и Джон даже тайно порадовался, что скоро сможет почувствовать настоящую планетарную гравитацию, а не искусственный её аналог. Его послужной список насчитывал уже несколько десятков экзопланет за пределами Великой Туманности, куда он высаживался выполняя дипломатические поручения и каждый раз он испытывал это непонятное, трепетное чувство, сродни жажде открытий и новых испытаний.
Бот оставил команду из восьми человек и полетел сканировать планету, надеясь засечь место падения спасательного модуля или сигналы маломощных персональных маячков встроенных в скафандры.
Полковник и Шиаза остались на корабле, координируя ревизию припасов, зато кроме Джона в экспедицию напросились Майро и, что опять удивило, Алистер.
— Давно мечтал побывать в одном из таких Богом забытых мест, — невнятно мотивировал он свой порыв. Когда Джон попытался возразить, секретарь объяснил свое желание необходимостью сменить мрачную обстановку мертвого судна на нечто более жизнеутверждающее. Сказал, что к тому же у него развивается клаустрофобия.
Остальные участники — четыре гвардейца и электронщик из экипажа “Королевы Виктории”.
— Здесь что-то есть, — воскликнул Майро, разглядывая первые результаты сканирования местности с бота на Мониторе “Аладдина”. — Увеличь масштаб, — обратился он к бортовому компьютеру. — Что это?
Десница Шиазы указал на темную точку на темно буром фоне. Пятно выглядело расплывчато даже при максимальном увеличении, и никакая юстировка сенсоров от этого не спасала.
— Либо это магнитная аномалия, либо это металлический объект под скалой. — высказал предположение полковник. — Господин посол, проверьте пожалуйста.
— Уже идем, — вдохновился находкой Джон.
До указанной точки всего минут двадцать ходьбы. Команда тоже приободрилась. Одно дело бродить без смысла по каменистому предгорью, а другое — иметь четкую цель и задачу.
Идти по камням в неуклюжих скафандрах оказалось непросто. Даже гвардейцы спотыкались. Алистер пару раз падал, ругаясь при этом как портовый грузчик. Хорошо еще, что для высадки в запасах торговца нашлись усилители для штатных скафандров, предохраняющие при сильных механических воздействиях от повреждений. Они-то и спасли скафандр секретаря от разгерметизации.
