Я шла попрощаться.
К счастью та, ради которой я здесь, нашлась в зале для тренировок.
Айку легко узнать среди сотен других девушек. Выверенные броски, удары как молния, грациозность дикой кошки. Она всегда завораживала меня в бою. Лучшая из лучших, однозначно лучше меня. Из всех девушек именно её должны были выбрать в гвардию. Мы обе подавали наши документы на рассмотрение, но меня взяли, а ее — нет
— Я завтра отбываю, — сказала я, когда Айка привычным броском уложила меня на лопатки, собираясь применять болевой. В спарринге она была беспощадна. Даже ко мне. В этом мы отличались друг от друга.
— Куда? — спросила она.
— Я получила назначение. Меня ждут в гвардии
Боль в локтевом суставе стала невыносимой, Айка не отпускала.
— Почему тебя, а не меня?
Я постучала ладонью по мату, сигналя, что сдаюсь. Айка отпустила наконец мой локоть и сорвала с себя защитный шлем.
— Сама до сих пор удивлена. — наверное мой голос звучал так будто я оправдываюсь, поэтому подруга разозлилась еще больше.
— Ты слабачка, была есть и будешь. Тебе нет места в гвардейцах, — с этими словами Айка со злостью швырнула шлем на пол и, хлопнув дверью, вышла из зала,
Так я в самый важный момент моей жизни потеряла свою лучшую подругу и обрела злейшего врага.
Раньше мне не доводилось бывать на Арокотте, да и никому из моих знакомых не доводилось. Никому, кроме… кроме человека, которого я раньше считала своим отцом, а теперь ставшего злейшим врагом. Астероид встречал меня дружелюбно, возможно в силу своей природы и искусственной атмосферы, а возможно из за здешних порядков, установленных Великим Хальвари Двенадцатым. Впервые в жизни я не чувствовала женской бесправности. Ко мне тут относились с уважением. Все здесь отличалась от моей родины, планеты Шедах-Гаммы. Все здесь казалось идеальным: выверенные геометрические формы титанических сооружений; нереально пышная зелень; блеск металла и яркий цвет редких пород камня со всех планет Хальварата; искусно подсвеченные фонтаны; многометровые статуи хальвари и Мессии.
Но больше всего меня поразил великолепный дворец у порога которого я сейчас находились. Говорят его проектировал сам великий нео-архитектор Джованни, живший еще во времена Мессии. Одни говорят, что Джованни пользовался секретными артефактами Высших, найденными первыми колонистами, чтобы черпать свое вдохновение. Другие — что сами Высшие передали ему чертежи. Как бы то ни было, дворец впечатлял.
Семикупольный ансамбль здания с семью комм-минаретами по углам, располагался на овальной гранитной платформе. Его стены, выложенные из прозрачного легкого мотхаосского мрамора, инкрустированного драгоценными минералами из Дельтотума, блестели в свете местного солнца, как диадема старшей ад-хальвари на бигборде, что долго стоял напротив дома, где я выросла.
На входе во дворец меня долго проверяли. Сканировали, расспрашивали, обыскивали. Вежливо, но старательно. Потом вызвали дежурного офицера, который внимательно сверял мое назначение со мной и моими документами. И даже убедившись, что я та, за кого себя выдаю, он приставил ко мне двух вооруженных сопровождающих. Безопасностью хальватари не пренебрегали.
Гвардейцы довели меня до кабинета в цокольном этаже рабочего крыла, и остались сторожить снаружи.
Хозяин кабинета, немолодой крепкого телосложения мужчина со знаками различия полковника внешней разведки, даже не обратил внимания на мой приход. Он продолжал сосредоточенно перебирать е-символы на мониторе. Не смотря на возраст, — он выглядел в годах, полковник производил впечатление силача. Таких отбирали в специальные армейские штурмовые подразделения, а уж никак не в аналитики и разведчики. Не зная как себя вести, я тихо прокашлялась.
Полковник щелчком пальцев свернул монитор, и поднял на меня глаза. Умные и проницательные глаза, совсем не соответствующие первоначально сложившемуся у меня образу громилы спецназовца.
Я представилась, полковник молчал, пытливо меня рассматривая. В нем не ощущалось привычной похоти, возникающей у мужчин при виде молодой женщины. Офицер смотрел на меня, как будто бы размышляя, подойдет ему этот инструмент или лучше взять другой. Странное поведение. Никакого проявления гостеприимства, свойственного столице, ни даже неприятия женщины офицера, что демонстрировали Ел-Батаджи. Только холодный, оценивающий взгляд. Словно змея рассматривающая жертву. Наконец офицер принял решение, кивнул и тоже представился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Полковник Дархар Абир. Начальник Отдела Глубокого Сопровождения. Поступаешь в мое распоряжение лейтенант.
Я понятия не имела, что такое Отдел глубокого сопровождения и чем он занимается.
— Мне пришло предписание прибыть на службу в гвардию хальватари, — попыталась уточнить я.
— Да, — согласился полковник, — именно так там и написано, но служить ты будешь в другом месте. Прежде чем мы продолжим, завизируй договор о неразглашении.
Дархар Абир снова щелкнул пальцами и развернул передо мной монитор с текстами.
Тот факт, что меня официально пригласили на службу в одно место, а я окажусь служить в другом, меня удивил, но еще больше меня удивило количество формуляров и запретов. Запрещалось говорить даже близким в каком отделе и над каким заданием я работаю. Пришлось подписать все. Да и как я могла отказаться? Отдел глубокого сопровождения курировал сам хальвари
— Приступишь к службе завтра, — тоном, не терпящем возражений отметил Абир, просматривая подписанные бумаги, — сегодня дам тебе время освоиться во дворце и в южной столице. Инструкции и описание твоего задания получишь у моего помощника, майора Зариба. У тебя будет месяц на изучение материалов и подготовку. Всего хорошего лейтенант.
Полковник снова потерял ко мне интерес, развернул экран и погрузился в чтение.
Во дворце мне выделили настоящие хоромы. Не маленькую офицерскую комнату, как в корпусе, а трехкомнатные апартаменты. Бросив свои вещи я пошла осматривать дворец. Я не боялась забрести куда не положено. Двери открывались сами, считывая мой код доступа, а запретные для меня части дворца оставались закрытыми. Дворец оказался намного больше, чем казался снаружи и малонаселенным, галереи лестницы лифты, залы, сады. Казалось он пронизывал весь астероид. План здания на моем коммуникаторе не отображался вероятно из соображений безопасности. Через час я основательно заблудилась в этом лабиринте. Как назло я забрела в совершенно безлюдную часть этого гигантского сооружения и даже не у кого было спросить дорогу.
Остановившись у искусно имитированного живописного пруда с плавающими там гигантскими рыбинами с золотой чешуей, я задумалась что же мне теперь делать. Я не знала с кем связаться чтобы попросить помощи. Да если бы и знала например номер коммуникационной связи полковника. Что ему сказать? Извините я тут по своей глупости и из любопытства заблудилась во дворце, помогите мне выбраться. Даже страшно представить реакцию на такую просьбу. Хорошее начало службы, ничего не скажешь. Я почти совсем отчаялась, когда из одного из коридоров, ведущих к пруду вышла женщина. Стараясь не показывать нетерпение и степень своего отчаяние я почти бросилась к ней. Женщина меня заметила и остановилась, ожидая когда я подойду
— Извините, я здесь заблудилась и ищу дорогу к минус третьему уровню северного крыла, — с ходу выпалила я, отбросив опасения показать мою некомпетентность. Я прекрасно представляла как это выглядит со стороны: лейтенант особого женского корпуса, потерявшаяся во дворце хальвари и теперь в отчаянии ищущая помощи у первой попавшейся прохожей.
Несмотря скромную, и скорее практичную одежду, женщина выглядела благородно. Статная, высокая, она бесшумно плыла по коридору, и лишь длинный шлейф ее белой прозрачной накидки тихо шуршал под ногами. Яркие глаза, какого-то нереального лазурного цвета, выгодно оттеняясь белым хиджабом, смотрели изучающе и с любопытством. Она меня словно сканировала.
— Красивый дворец, ты не находишь? — вместо помощи, задала вопрос женщина.
