Организация и функции педагогических советов разрабатывались Н. И. Пироговым в то время, когда в стране происходила централизация управления народным образованием, и директора гимназий были представителями власти на местах. Как отмечает А. А. Красновский «в ту эпоху единоначалия директора означало не единоначалие в нашем смысле, а самовластие, для обуздания которого не оказывалось никаких предпосылок в общественной и государственной жизни» [146, с. 137].
Манифест 19 февраля 1861 г. покончил с крепостным правом, в стране проводились реформа местного самоуправления, военная и судебная реформы, что вызывало потребность в новой школе. На развитие школы оказали влияние принятые в области просвещения документы: «Устав общеобразовательных учебных заведений» (1864 г.), «Устав гимназий и прогимназий» (1871 г.), «Устав реальных училищ» (1872 г.), «Правила о церковно-приходских школах» (1884 г.), «Правила о школах грамоты» (1891 г.).
В соответствии с «Уставом общеобразовательных учебных заведений» (1864 г.) управление гимназией вверялось директору, инспектору и педагогическому совету. Обсуждая Устав, учителя Немировской гимназии высказывали мнение о том, что директор должен быть наделен исполнительной властью, а решения должен принимать педсовет. В связи с этим педсовет Немировской гимназии определил: «Надо организовать Управление гимназией так, чтобы и самый дурной человек, сделавшись директором, мог сделать наименее зла. А это возможно только тогда, когда власть директорская будет введена в должные границы, когда у директора отняты будут средства иметь произвольное влияние на судьбу учителей, словом, когда права директора и учителей будут так пропорциональны с тяжестью возложенных на них обязанностей, что ни та, ни другая сторона не будут иметь повода к зависти, а, следовательно, к антагонизму. Конкретно это было бы тогда, если бы проект сделал директора только первым членом Педагогического Совета» [5, с. 232].
В 1866 г. на пост министра народного просвещения вступает обер-прокурор Святейшего Синода Д. А. Толстой. В это время директорами гимназий назначались люди политически благонадежные, старавшиеся оправдать сложившееся о них мнение хотя бы формального порядка [102]. В 1869 г. были учреждены должности инспекторов народных училищ. «Вообще, мысль, что учителя были таковы, что их совсем нельзя было оставить без бдительного надзора, встречается почти во всех визитаторских и попечительских отчетах. Слабое состояние гимназии чаще всего объясняется слабостью надзора или характера директора» [5, с. 93]. В 1870 г. по Московскому учебному округу был издан секретный циркуляр, обязавший директоров гимназий представлять попечителю конфиденциально все сведения и замечания о личном составе служащих в учебном заведении [102].
В 1872 г. было издано «Положение о городских училищах», в 1874 г. – «Положение о начальных училищах», надзор за которыми осуществляли инспектора народных училищ. В статье 20. «Положения о начальных училищах» отмечается, что «заведывание учебною частию всех начальных народных училищ вверяется директору народных училищ и инспектору сих училищ, как непосредственно ему подчиненным помощникам, которые назначаются в каждой губернии в том числе, какое будет определено министерством народного просвещения, соразмерно с пространством и населенностью оной и с числом имеющихся в ней училищ». В статье 21. говорится, что «Директор народных училищ избирается попечителем учебного округа из лиц, получивших высшее образование, и утверждается в должности министром народного просвещения. Инспекторы народных училищ избираются из лиц, известных педагогическою опытностью, и утверждаются в должности попечителем учебного округа». В статье 22. указывается, что «Директор народных училищ следит за ходом учебной части в начальных народных училищах как личным осмотром оных в пределах губернии, так равно и по донесениям своих непосредственных помощников и вообще направляет деятельность инспекторов народных училищ; он состоит членом и управляет делами губернского училищного совета, заседания коего происходят при его участии или же, в случае его отсутствия, при участии другого члена от министерства народного просвещения» [93].
В 1869 г. на должность инспектора народных училищ Симбирской губернии, где числилось 462 народных училища с количеством учащихся свыше 10000 человек, вступает И. Н. Ульянов. В 1874 г. он получает назначение директора народных училищ Симбирской губернии. И. Н. Ульянов полагал, что директор народных училищ должен осуществлять руководство всеми губернскими училищами, показывать инспекторам на примере их работы лучшие образцы для развития народной школы в губернии. Он осуществлял совместное инспектирование школ, считал, что инспектирование должно завершаться показательными уроками и поощрением лучших учителей. М. И. Кондаков отмечает, что «многосторонняя плодотворная работа И. Н. Ульянова по перестройке системы управления школьным делом характеризуется принципиальностью, целеустремленностью, отличным знанием дела, тесной связью с учителями и общественностью, глубокой верой в успех просветительской работы» [135, с. 64].
С введением в 1868 г. земства возросло количество земских школ, часть которых преобразовалась из церковно-приходских [81]. Земство содействовало появлению нового типа школ – образцовых, содержащихся за счет казны. Надзор и педагогическое руководство осуществлялось через членов земских училищных советов и избираемых земством попечителей. Министерство народного просвещения начало осуществлять надзор за земскими школами через инспекторов народных училищ, а со второй половины 1880-х гг. и через епархиальных наблюдателей.
В 1879 г. Н. П. Солонин предпринял попытку издания пособия по училищеведению, посвященного вопросам организации школьного дела. Он определял училищеведение как «часть педагогики, излагающую различные меры и способы к наилучшему устройству школы и к беспрепятственному в ней обучению» [265, с. 1]. В пособии также приводились учебный план и программы народной школы, расписание уроков, перечень необходимого оборудования для школьных зданий и др.
В 1884 г. директор народных училищ М. Т. Яблочков составил наставления по училищеведению, где отмечал: «В своих наставлениях я касаюсь до мелочных подробностей школьной жизни, они не только не излишни, но соблюдение их составляет отличительные черты хорошо устроенных училищ и правильного ведения дела воспитания детей и преподавания учебных предметов» [356].
При Александре III школа опять становится сословной. Вступивший в должность Министра просвещения И. Д. Делянов передает в управление Священному Синоду церковно-приходские школы и младшие школы грамотности. После утверждения в 1884 г. Священным Синодом «Правил о церковно-приходских школах» вновь возрастает количество образовательных учреждений этого типа. В 1887 г. И. Д. Делянов издал «Циркуляр о кухаркиных детях», где говорилось, что гимназии и прогимназии следует освободить «от поступления в них детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей, детей коих, за исключением разве одаренных необыкновенными способностями, вовсе не следует выводить из среды, к коей они принадлежат» [154].
К концу XIX в. положение изменилось в лучшую сторону, чему способствовала активизация просветительской деятельности земств. С 1891 г. в малолюдных деревнях открываются школы грамоты и передаются в управление церковному ведомству. В 1894 г. земствами было организовано более 13 тысяч начальных и средних школ, в 1898 г. – 16 тысяч, в 1903 г. – 18 тысяч, в 1911 г. – свыше 35 тысяч [78; 87].
В период правления Николая II система народного образования подвергалась резкой критике со стороны правительства за невнимательность к практических потребностям общества, ставшую особенно очевидной в годы русско-японской войны, когда проявилась техническая отсталость России. А. А. Мусин-Пушкин отмечал, что просветительскую задачу школы усложняет огульная критика школы современным обществом, родителями учеников, не только не поддерживающими школу, воспитывающую их детей, но даже ее осуждающими [178]. В этот период были характерны частые инспекции, которые приводили к увольнению директора [179].
Главным идеологом, сыгравшим значительную роль в определении правительственной политики в области просвещения с 1880 по 1905 гг. был обер-прокурор Святейшего Синода, член Комитета министров К. П. Победоносцев. Он критически относился к модным нововведениям земской школы, склоняющейся, по его мнению, к подражанию западноевропейским образцам [258, с. 81; 203]. К. П. Победоносцев подчеркивал, что школа «становится одною обманчивой формой, если не вросла самыми корнями в свой народ, не соответствует его потребностям, не сходится с экономией быта» [226, с. 68]. Он считал, что школа должна быть народной, в ней вместе с приобретением элементарных знаний, дети научатся любить Отечество, почитать родителей, Бога. Идеи К. П. Победоносцева среди современников получили название «Новой концепции теории официальной народности» [203, с. 11].
