— Я использую только баллистическое оружие, — сухо разъяснила она. — То есть оружие, которое стреляет пулями. Лишь такой способ охоты является настоящим спортом: если вы промахнетесь, то окажетесь один на один с разъяренным зверем.
— Правда, — сказал я, — за вами остается право первого выстрела.
— Не обязательно, — ответила она.
Робот принес напитки, и мы с бокалами в руках почувствовали себя свободней.
— Я вижу, капитан, — сказала Сара, — что вы не одобряете меня. Хотя, наверное, и вам приходилось убивать диких животных, не так ли?
— Конечно, — сказал я, — но я ни разу не делал это ради спортивного интереса. Иногда я убивал, чтобы прокормиться. Иногда — чтобы спасти себе жизнь.
Я сделал несколько глотков из своего бокала.
— Я не испытываю судьбу, — продолжал я. — Я стрелял из лазерного оружия. Я просто сжигал этих тварей.
— Я вижу, что вы не спортсмен, капитан.
— Вы правы. Меня можно назвать космическим охотником. А теперь я вышел из игры.
В течение всего разговора я не переставал гадать, зачем эта встреча. Ведь не ради компании она пригласила меня. Я не вписывался в эту комнату, в этот шикарный дом.
Похоже, она читала мои мысли.
— Думаю, вам хотелось бы узнать, почему вы здесь.
— Сударыня, не скрою, я размышлял об этом.
— Вам знакомо имя — Лоуренс Арлен Найт?
— Слыхал. Его называли Странником. Это, кажется, старая история, она произошла задолго до моего рождения.
— И все-таки: что же вы знаете о нем?
— Да разные нелепицы. Космические байки. Герои, подобные Найту, всегда были и есть, но авторы легенд о нем оказывались в плену его образа. Может быть, все дело в звучном имени. Как, например, Джон Ячменное Зерно или Ланцелот.
— Однако он исчез.
— Начните бродяжничать, — заметил я, — и если вы будете совать нос в чужие дела, рано или поздно вам суждено исчезнуть.
— Но вы же…
— Я вовремя прекратил это занятие.
— Вы поспешили, — сказала Сара. — У меня есть для вас предложение.
— Я в отставке.
— Возможно, вы видели корабль недалеко от того места, где приземлились?
— Да, и не скрою — я восхищен. Так он ваш?
— Капитан, мне нужен кто-нибудь, кто мог бы управлять этим кораблем.
— Но почему я? Есть ведь и другие…
Она покачала головой.
— На Земле? Сколько, вы думаете, настоящих астронавтов осталось на Земле?
— Честно говоря, не так уж много.
— Ни одного! — сказала она. — По крайней мере, ни одного, кому я могла бы доверить корабль.
— Давайте начистоту, — сказал я. — Почему вы уверены, что можете доверить его мне? И вообще, что вы знаете обо мне? Откуда вам известно, что я прилетел?
Сара взглянула на меня чуть прищурившись. Наверное, она так же щурится, когда прицеливается в зверя.
— Я доверяю вам, — сказала она, — потому что вам некуда деться. В космосе вы изгой. Пока вы будете на корабле, вам гарантирована безопасность.
— Куда же мы должны отправиться?
— Об этом знает только Смит.
Я повернулся к Смиту, развалившемуся в кресле, подобно глыбе: мимо меня смотрели его незрячие белые глаза на рыхлом лице.
— Я слышу голос внутри себя, — объяснил Смит. — Где-то далеко у меня есть друг.
— Вы знаете, конечно, что Найта сопровождал робот? — сказала Сара.
Я кивнул:
— Знаю, его звали Роско.
— А вам известно, что это был робот-телепат? У меня есть техническое описание этого робота. Я получила его задолго до того, как возник мистер Смит. А еще есть письма Найта к своим друзьям. Я обладаю, быть может, единственными достоверными материалами о Найте и предмете его поиска. Все это я разыскала до появления здесь этих двух джентльменов.
— И что вы прочли в письмах?
— Я поняла, что он искал что-то.
— Я же говорил вам, они все ищут — все до одного. Некоторые верят в реальность цели. Другие заставляют себя в нее верить.
— А мне, капитан, вы верите?
— Если честно: ни единому слову.
Меня не касалось, что два авантюриста предлагают ей охотиться вслепую, но я не собирался участвовать в этом безумии. Правда, когда я вспоминал корабль, у меня начинали чесаться руки. Но нет, это невозможно! Земля — мое единственное убежище.
— Я не нравлюсь вам, — вмешался монах Тэкк. — Да и вы мне не по душе. Но замечу откровенно: я привел моего слепого друга к мисс Фосгер, не думая о материальной выгоде. Я выше денег. Предмет моих поисков — истина.
Я не ответил ему. Да и зачем? Я понимал, кто предо мной.
— Я слепой, — сказал Смит, обращаясь не к нам, не к себе самому, а к кому-то постороннему. — Я могу судить о форме предметов только по подсказке рук. В моем воображении живут образы, я вижу их, но наверняка неправильно, потому что я не представляю себе, что такое цвет. Хотя мне говорили, что предметы бывают цветные. «Красное» что-то значит для вас, а для меня это бессмысленное понятие. Да, от этого мира мне досталось немногое, но я обладаю совсем другим миром. — Смит постучал пальцами по макушке. — Другой мир, — сказал он, — здесь, в моей голове. И это не воображаемый мир, это вселенная, врученная мне другим существом. Я не знаю, где обитает это существо, но я чувствую его.
— Теперь все понятно, — сказал я, обращаясь к Саре. — Он предлагает выступить в роли компаса.
— Именно так, — ответила она. — И ту же роль играл Роско, робот Найта. Об этом говорится в письмах. Найт сам немного обладал такими способностями, достаточными для того, чтобы услышать. И для него был специально изготовлен робот.
Я огляделся. На нас смотрели диковинные животные: одних я встречал сам на далеких планетах, о других только слышал, третьих не мог даже представить. Все стены были заняты чучелами. «И больше нет места для новых, — подумал я. — И, кроме того, охота и погоня за трофеями, возможно, теряет прелесть и остроту. И не только для Сары Фостер, охотницы на крупного зверя, но и для ее „коллег“, в глазах которых приключения на далеких планетах придавали ей некоторый престиж. Так что ей ничего не оставалось, как только изменить объект охоты. Добыть непохожее на прежние чучело, пережить новое чудесное приключение».
Мне не нравились эти люди. Мне не нравился их план. Но это был шанс снова оказаться в космосе. Космос проникает в душу, становится частью тебя. Заполненное звездами пространство, безмолвие, ощущение того, что ты никому и ничему не принадлежишь — все это космос. Но не только. Существует что-то еще, чему нет названия. Может быть, как это ни банально, ощущение истинности бытия.
— Подумайте об оплате, — сказала Сара, — потом удвойте цифру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
