похожи. Но и на кириллицу с латиницей не тянут. Этот язык мне совершенно не знаком.
Вздохнув, сделала из листа самолетик и запустила. Выполнив петлю, тот улетел в противоположный конец комнаты. Вспомнила, что могу сделать еще лягушку, кораблик и журавлика. А если поднапрячься, то и еще кой-чего…
— Отлично, я владею оригами!
Новое воспоминание пошло в копилку к остальным, но особенного толка это не принесло. Я снова посмотрела на портрет. Мужчина издевательски пялился на меня янтарным взглядом, словно наперед знал все мои мысли. Это неожиданно вывело из себя.
Сорву со стены и разобью! Все равно бутафория. Постер.
Вскочила, набросив шкуру на плечи, чтобы не сверкать задом перед возможными зрителями, и вдруг что-то лязгнуло. Совсем рядом. С перепугу я даже позабыла о своих деструктивных планах, прижав к груди руки.
Напугал меня тот самый меч. Оказывается, он никуда не делся. Лежал себе тихонечко на шкуре, а когда я резко ее дернула — свалился.
Обрадовалась ему, как старому приятелю. Этот меч появился в пещере и с тех пор неизменно сопровождал меня повсюду. И если на какое-то время он переметнулся к противнику, то в горах все же помог, пусть и в качестве подпорки. И уж точно меч вселял в меня надежду и толику уверенности, хоть я умела его применять в основном только как костыль.
На морозе и еще раньше было как-то не до созерцания, а вот теперь выдалась отличная возможность рассмотреть клинок. Довольно легкий для своих габаритов. Длинный, вроде полуторного. Граненая в виде змеиных чешуек рукоять не скользила в руке.
Что это за материал такой? Кость? А может какой-то прочный пластик, или плексиглас*, что бы это ни значило.
Гарда распахнула крылья летучей мыши, призывно подмигнул на свету кроваво-красный кабошон между ними… Вдруг осенило: это же крылья дракона! Определенно, на драконах тут были помешаны.
И действительно, резные драконы на ножках поломанных стульев, на карнизах и изразцах камина. Везде, куда ни глянь, чешуйчатые ящерицы гармонично вписались в интерьер.
Лезвие меча было сделано из мутно-голубого металла. Тонкое, но, как оказалось, достаточно прочное, чтобы поработать костылем на морозе и не сломаться. Меч не походил, на те, что я видела в музее, и казался каким-то искусственным, но одновременно настоящим. Хоть я и не могла это странное ощущение себе объяснить.
Как я умудрилась перепутать его с железякой?
Хотя чего это я? Мне и дракон вместо человека мерещился, так что не удивительно.
Потрогала кромку, и в тот же миг камень в рукояти полыхнул алым.
— Ай!
Меч оказался неожиданно острым, и я порезалась до крови. Аж в глазах сверкнуло от боли. А еще…
Я снова посмотрела на портрет, выделив деталь, которой не придала раньше значения. На коленях у незнакомца небрежно лежал меч с приметной рукоятью. А не этот ли самый?
Поплотнее запахнула шкуру и осторожно, чтобы не наступить босой ногой на какой-нибудь осколок, приблизилась к камину. Вблизи мужчина на троне производил куда более сильное впечатление, и почему-то было сложно встретиться с ним взглядом. Дыхание слегка участилось, а воспоминание о безумном поцелуе в пещере, прокатилось по телу горячей волной.
Как живой! Великолепная работа.
Потрогала холст пальцами. В живописи я не особо разбиралась, но определить, что портрет действительно выполнен красками, смогла. Запал прошел, и я знала, что не смогу этот шедевр уничтожить. Я же не вандал.
Внизу на портрете обнаружилась табличка с надписью на том же самом языке, что и в разбросанных бумагах.
Эх, было бы здорово его знать. Возможно, эти документы помогли бы мне понять, где именно я оказалась и в какое посольство обращаться за помощью…
И вдруг перед глазами помутилось, а затем смысл неизвестных символов вдруг сложился в понятные слова: «Реджинхард Берлиан, драклорд Пяти Пределов, алмазный дракон».
— Отлично. Вот и познакомились, — осторожно попятилась, моргая и пытаясь понять, как это произошло.
Подняла первый попавшийся лист бумаги, и едва не выронила меч и сползшую с плеч шкуру, так сильно дрожали пальцы. Здравый смысл пытался объяснить все голограммой, или какими-то технологиями, но я точно знала, что надпись настоящая!
Текст на листе тоже поддался. Теперь я понимала каждое слово и даже могла произнести его, как полагается. Взяла другой, затем третий…
Это были какие-то документы, определенно хозяйственные. О фураже, угодьях, границах… Странные имена, неизвестные названия. Я хватала один за другим и бегло просматривала. Потом заставила себя остановиться и глубоко вздохнуть.
Голова слегка кружилась, во рту появился привкус металла. Плюнув на шкуру, которая только мешала, взяла меч и направилась к портрету.
— Значит здесь у вас скрытая камера, да? Ну погодите!
Рискуя уронить тяжеленную раму на любимый мизинец, сняла ее со стены, и перевернула — пускай теперь в стену пялится. Осмотрела место под картиной и ее изнанку. Ничего. Ни проводов, ни характерного глазка. Ни намека на технический прогресс.
— Дела…
За все время, что я здесь находилась, никто так и не появился, зато вдруг появилось острое как этот долбаный меч чувство голода. Вот прямо душераздирающее. Не помню, когда последний раз ела и что именно. А еще интуиция подсказывала, что кормить меня здесь не станут.
Пришла пора покинуть комнату, только вот остро встал вопрос одежды. Ходить голышом надоело до чертиков, а шкура… Да, она теплая, но такая громоздкая! Надо бы что-то подобрать на роль, если не нижнего белья, то нижнего платья.
Можно было поискать в других комнатах, но исследовать замок неподготовленной совершенно не хотелось. Все же современный человек в одежде себя чувствует куда увереннее.
Из всего текстиля, что обнаружился, в гостиной, на роль одежды подходили только портьеры. Я прикинула, что можно замотать большой кусок ткани на манер парео. Я хоть и не бывала на море, но точно знаю сразу несколько способов.
На ощупь ткань глубокого темно-синего цвета оказалась мягкой и похожей на плюш. Откромсала мечом часть той, что еще висела, и безбожно расчихалась.
К телу такую пылищу прислонять было противно. Я высунулась из ближайшего окна, чтобы выбить занавеску как следует. Стекла на окне не было, его давно выбили, и наверняка внизу в траве валялась целая тысяча острых осколков, словно коварная ловушка.
Снаружи раскинулся одичавший садик во внутреннем дворике. Тропинки сплошь заросли зеленью, но на их существование намекали фонарные столбы, увитые плющом. По центру виднелись остатки фонтана, вокруг которого угадывались кованые лавочки.
А еще из сплошного зеленого моря, там и тут выныривали статуи, кого бы вы подумали? Ну конечно же драконов! Спутанные сетями из
