не слишком распространено на Фариде.
– О как.
Он резко пригнулся, и я последовал его примеру. Впереди мелькнула белая шерсть рогача, и я затаил дыхание.
Никак не привыкну к охоте.
Сорас передал мне лук и указал на замершего пушистика.
Я молча натянул тетиву и, прицелившись, выпустил стрелу. Она прошла над головой белого рогача, естественно, спугнув его.
Целитель проворчал себе под нос что-то про Са-арга и, хлопнув меня по плечу, сказал:
– Ничего, скоро научишься.
– Научусь, – подтвердил я уверенным тоном.
Подойдя к месту, где сидел предполагаемый ужин, я подобрал стрелу и закинул ее в запасной колчан.
Лес вокруг шумел и трещал без умолку, а запах зелени и влаги заставлял ноздри чесаться. Солнечные лучи, пробиваясь через плотно раскинувшиеся кроны, создавали атмосферу волшебства и спокойствия. Мне нравилось быть в этом лесу.
– Так вот, – негромко сказал я, догнав целителя. – Я почему-то не могу вспомнить ничего об эйк’таш, словно из меня вынули это знание.
Сорас сузил взгляд, всматриваясь между деревьями и, видимо, ничего не заметив, сказал:
– Я не знаю, как тебе помочь с этим Каин. Покажи мне, где нарастить мясо, кости и ткань – я сделаю это, если хватит моих способностей, но разум для меня загадка. На Фариде нет таких практиков. На это способны только Шиадан.
Видимо, я слишком заметно скривился от очередного незнакомого слова, что Сорас сжалился надо мной и, не дожидаясь вопроса, пояснил:
– Шиадан – это высшие маги. Те, кто стоит рядом с правителями.
– Ясно. Но если это не исправить маги… эйк’таш, может быть, ты сможешь научить меня заново? – наглости моей не было предела.
Криво ухмыльнувшись, Сорас сказал:
– Хах. Этому нельзя научить Каин. Для этого нужно золото!
Я переспросил тупо:
– Золото?
– Ох, ну и повредило же тебя мальчик, – жалостливо потрепал он меня по плечу.
На какое-то время мы стихли, так как Сорас увидел рогача. Подобравшись немного ближе, он снова передал мне лук и кивнул.
Я натянул тетиву и, задержав дыхание, отпустил стрелу. Та со свистом пульнула вперед и, пролетев плюс-минус сотню шагов, пробила тонкую шкурку рогача.
– Вот так, парень, – удовлетворенно кивнул Сорас.
Я почувствовал себя непомерно мерзко, выдумывая истории про потерю знаний о магии и притворяясь в целом. Во мне была почти стопроцентная уверенность, что этот человек не отвернулся бы, узнай, что я, мягко говоря, не местный. Но все равно не мог открыто все рассказать.
– На сегодня хватит, – закинув третьего рогача в мешок, задумчиво сказал целитель. – Пора возвращаться.
И я не был против.
– Сорас, что на счет эйк’таш?
Целитель скривился:
– Ай, Каин, прекрати издеваться над древним словом! Говори лучше это, как его "маг’хи". Твой акцент ужасен.
Я весело улыбнулся:
– Что поделать, старик, что поделать…
– Я не старик! – прищурился он.
– Нет, не старик, но реагируешь как старик! Ума не приложу, откуда у тебя такая юная дочь, – театрально задумался я.
Сорас фыркнул и снисходительно сказал:
– Эх, мальчик, видимо память тебя подвела со всех сторон. Но я не стану рассказывать, как появляются дети!
– Ну, спасибо, – вяло улыбнулся я, чуть не споткнувшись о камень.
Целитель посерьезнел:
– А на счет эйк’таш разберемся. Думаю, дочка будет рада поводу рассказать что-нибудь.
Глава 6
– Хм-м, – приложила палец к подбородку Леа. – С чего бы начать…
– Ну, для начала, расскажи, как работает магия.
Я и Леа сидели на скамье у двери и потягивали травяной чай. Как и ожидалось, девочка была предельно рада просветить меня и после обеда сразу же потащила на улицу.
– Как работает… Странно, я никогда не задумывалась, как она работает, – глядя в небо, сказала Леа. – Ты просто думаешь про структуру, и она активируется.
– Структуру? – мои брови подскочили.
Леа кивнула:
– Ага. Так эльфы изначально называли заклинания.
– Но твой отец сказал, что для этого нужно золото.
– Золото нужно не на структуры, глупый, а на плету, – заважничала она, подняв палец. – А для сотворения, нужна к’ташу.
– К’ташу, – повторил я.
Леа улыбнулась и продолжила:
– К’ташу – это тесто для структур, материал для сотворения. Без к’ташу – нет магии.
Я решил, что так они называют ману, которая, помимо игр и книг, в мифах какого-то народа, насколько я помню, означала то ли удачу, то ли благосклонность божеств.
– Чтобы получить структуру, нужно купить плету, – обыденно сказала Леа.
– Что такое "плету"?
– Плету… Хм, это как моя письменная скрижаль, только тонкая и мягкая.
Значит, будет свитком.
– Принято. И что же происходит дальше? – спросил я.
Сделав последний глоток, Леа поставила чашку рядом с собой и вытянула вперед руку.
– Дальше ты читаешь свиток и понимаешь структуру. Потом думаешь о ней, структура формируется, и ты можешь сделать, что пожелаешь.
Над ладонью девочки мгновенно проявился полупрозрачный шар размером с футбольный мяч. Она покрутила его и швырнула в сторону леса. Через шагов десять я перестал его видеть, и лишь когда он добрался до деревьев, заметил еле видимое колыхание листьев.
– И что же, кроме свитков структуры никак не выучить? – разочарованно спросил я.
Леа вздохнула и грустно сказала:
– Нет, Каин. Это опасно.
– Опасно?
– Мы разве не учили с тобой слово "опасность"? – удивилась она.
Я запыхтел.
– Я не об этом, – терпеливо начал объяснять, – почему опасно?
– Если пытаться создавать структуры без свитка, ты можешь погибнуть. Мало того, погибнуть могут все, кто окружает тебя в этот момент, – сказала она поучительно. – Очень многие сгорели от отдачи, пытаясь сделать это сами.
– Но как тогда создаются свитки? – резонно спросил я.
Леа поерзала на скамье и недовольно сказала:
– Их создают Шиадан, архимаги. Для других на это знание наложен запрет.
После слов о запрете, я предвкушал пару половников дегтя в мире, где магией можно восстановить вырванное сердце.
– И для чего наложено это ограничение? – машинально спросил я, почесав бороду.
– Это долгая история, – послышался бас Сораса от входной двери.
Я повернулся к нему:
– А если вкратце?
Сорас поправил жилет и присел на корточки.
– В кранце? Ладно. Тысячу лет назад могущественные маги, соревнуясь в силе, уничтожали целые города. Даже планеты были под угрозой. Собравшись вместе, разумные смогли избавить наш мир от этих безумцев. Впоследствии в обжитых уголках сок’ариа, куда простираются руки таодан, установили закон о предании забвению искусства создания структур. С тех пор никто кроме Шиадан не владеет сотворением без свитков, – безэмоционально проговорил целитель на одном дыхании.
– Что значит сок’ариа?
– Великая пустота, которую ты видишь на ночном небе, – моментально ответила Леа, будто готовилась к моему вопросу.
Они имеют в виду космос? Вселенную?
Я постарался не ронять челюсть и
