- Ия Лунсия?! - она дёрнулась.
Её руки задрожали. Испугавшись, я бросила плащ на колени и подъехала к женщине.
- Няня? Тебе плохо?
- Всё будет хорошо, моя девочка, - прошептала она упавшим голосом, - нужно верить в хорошее.
Обернувшись, я уставилась в окно.
Северяне!
Могучие воины, облачённые в чёрные кафтаны, восседая на огромных жеребцах.
не таясь, заезжали во внутренний двор замка. Словно знали, что теперь хозяева здесь они.
Вот так. Сжав подлокотник, я собрала остатки своей храбрости и отправилась на выход.
- Куда ты, Амэлла? - голос няни был полон слёз
- Встречать гостей, - я пожала плечами, - я всё ещё здесь княжна
Глупо, конечно, я это понимала.
Какая из меня княжна?
Калека, прикованная к креслу, но всё же таиться и прятаться в погребе, продлевая агонию, предвещающую смерть, я не хотела. Боялась, потому как нет ничего в этой жизни страшнее неведенья.
Выехав в коридор, успела добраться до гостиной, когда дверь отворилась, и вошли высокие воины. Они резко отличались от наших солдат. Рослые, широкоплечие, со странным серым оттенком кожи. Длинные пепельные волосы различных оттенков.
собраны в высокие хвосты. Были среди них и темноволосые мужчины, почти как южане, только крупнее. Я растерянно переводила взгляд с одного на другого, пока.
наконец, не увидела их командира
Красивый молодой мужчина с высокомерной мальчишечьей ухмылкой осматривался, словно решая, хороший подарок ему преподнесли или нет. Меня они словно не замечали. Черноволосый северянин прошёлся по комнате, вальяжно уселся в княжеское кресло с удобной высокой спинкой и, довольно захохотав.
ударил в ладоши.
- Ну и где все крепостные крысы?! - весело спросил он у всех разом. Мужчины хохотнули в ответ и разошлись, оставив его одного. Я замерла, чувствуя, как бледнею. Не дыша, всматривалась в того, кто станет моим палачом. Не похож он был на убийцу: в ярких светло карих глазах горел озорной огонёк веселья. На тонких губах милая улыбка. Словно мальчишка. Но этот образ растаял, стоило ему повернуть голову в мою сторону.
Беззаботное выражение исчезло, заменив собою пренебрежение и даже брезгливость.
- Безногая княжна я так понимаю?! - выдал он приветствие на свой лад. - Ну, не так страшна, как описывали, но, да, на свежее умертвие потянешь.
Опустив взгляд, я уставилась на мамин плащ, отчего-то его слова ранили, и захотелось возразить, только слов не находилось.
- Ммм. - протянул он, - может, правда, полуумертвие? Говорить умеешь?
Я слабо кивнула. А самой стало стыдно за себя. Сижу тут и трясусь, как заяц. Не подобает мне себя так вести. Я должна быть сдержанной и холодной, держать лицо и не позволять унижать себя. Так полагалась вести себя женщинам рода Охрил.
Только сейчас не осталось во мне сил надеть маску княжны. Я испытывала лишь страх, и жгучее желание сбежать от этого мужчины.
Несмело подняв взгляд, встретилась с его мягкими светлыми медовыми очами,
словно подведёнными угольком. Наверное, это был самый красивый мужчина из всех мною виденных.
В комнату возвращались воины, волоча за собой слуг: тех, кто не успел спрятаться.
Среди них была няня, кухарка Роя, её внучка Воята всё с тем же котелком в руках.
- Не трогайте девочку, пожалуйста, - вырвалось у меня. - Пощадите детей.
Мужчина засмеялся. Его лицо стало беззаботным и даже до противного счастливым.
- О! Княжеское умертвие всё же может голосить.
Услышав такое, немногочисленные невезучие обитатели замка опустили головы. Их поставили в центре комнаты. Я не понимала, что будут делать с ними воины, но ситуация мне не нравилась. Совсем.
- Итак, теперь здесь хозяин я, - темноволосый красавец - северянин поднялся и обошёл слуг по кругу, давя на них своей тяжёлой аурой. - Моё имя гер Каил.
Обращаться ко мне только так и никак иначе. Ясно?
Естественно, ему никто не ответил. Все были напуганы настолько, что готовы были в обморок упасть.
- Я задал вопрос, вы разве его не расслышали? - северянин, что назвался гер
Каилом, повысил голос. - Я спрашиваю, вам ясно?! - гаркнул он, теряя терпение.
- У нас не принято отвечать на вопросы князя, - выпалила я, пытаясь их защитить.
Мужчина обернулся ко мне и оскалился в жуткой улыбке.
- Ну, а тебе, калека, понятно, что я сказал?
Такое оскорбительное обращение я вынуждено проглотила.
- Да, гер Каил, мне всё предельно понятно, - отчеканила я дрожащим от страха голосом.
- Понятливая значит, - хмыкнул он. - Ну, раз такая сообразительная, то милости просим к остальной прислуге.
Глава 7
И это оскорбление я предпочла не заметить. Гер жестом руки пригласил присоединиться к толпе. И я незамедлительно подъехала к тем, кого, возможно, всё ещё могла защитить.
- Замечательно, - северянин снова довольно хлопнул в ладоши; звук вышел таким громким, что я моргнула. - Раз уж мы всё тут в сборе, то позвольте узнать, княжна,
где же ваш супруг?
Гер развалился в огромном кресле и закинул ногу на ногу. Он так выжидательно смотрел, так нервировал и подавлял, что у меня во рту пересохло. Я словно физически ощущала, как нечто мягко касается моей головы, и пытается проникнуть в сознание.
Резко моргнув, передёрнула плечами, отгоняя наваждение. Наши взгляды встретились, и северянин улыбнулся. На краткое мгновение маска завоевателя и грубого неотёсанного деспота спала, и на меня по-доброму посмотрел красивый обаятельный мужчина.
- Он уехал, - менее уверенно ответила я.
Гер нахмурился, и прежняя маска вернулась на место, а может и привиделось мне.
- Это я вижу и без вас. Тогда уточним, куда он уехал? - глаза мужчины странно засветились, вводя в лёгкий транс. Снова ощутив это мысленное давление, я сжала голову руками, пытаясь сохранить ясность мысли.
- Я не знаю куда, гер Каил, князь мне не сообщал, - честно ответила я.
Мужчина понятливо хмыкнул и внимательно осмотрел меня с головы до ног,
прикрытых покрывалом. От такого откровенного оценивающего взгляда мне стало не по себе.
- И чего же вас с собой не взял? - с милейшей улыбкой поинтересовался он. От такого вопроса мне стало не по себе. Кажется, северянин издевался и даже не пытался это как-то скрыть. Нагло веселился за мой счёт. А то ему неясно, для чего меня тут оставили?!
- Не могу быстро бежать, - чётко произнесла я в ответ.
Злость во мне разрослась до такой степени, что приглушила чувство страха.
