Мужчина шутку оценил и даже посмеялся, за спиной я тоже различила смешки. Что же это за воины такие, доблестные, что веселятся, издеваясь над женщиной калекой.
- Можно подумать, вы бы стали тратить время, будь я вашей супругой - сухо процедила я. наверное, презрение отразилось на моём лице, потому как гер смеяться прекратил.
- Будь ты моей, милая девочка, я тебя на себе унёс и никогда бы не допустил,
чтобы моя женщина досталась врагу, - чётко, даже как-то грубовато произнёс он.
- Что же, жаль, что я не ваша супруга, - глухо процедила я и, сжав в ладонях ободы колёс, уставилась на колонну, с которой недавно стащили рога.
В комнате воцарилась тишина. Мужчина молчал и, не отрываясь, смотрел мне в глаза. Я пыталась не замечать этого, рассматривала пол, потолок, камин, но постоянно мой взгляд натыкался на горящие жёлтым огоньком очи моего палача. И
ведь не поймешь, о чем он думает.
От переживаний моя спина заныла. Поёрзав, я попыталась принять более комфортную позу. Это не укрылось от него. Подавшись вперёд, он легонько сжал подлокотники княжеского кресла.
- Хорошо, вернёмся к главному вопросу, - он кивнул, соглашаясь со своими мыслями, - допустим, княжна не знает, в какую сторону удрал её супруг. Я понимаю для чего вы здесь, хотя не одобряю такой подлости. Но чтобы слуги не знали? - он обвёл взглядом присутствующих. - Ну, так, где князюшка ваш? Мне очень нужно его мёртвое тело. Неуютно без такого украшения на крепостных стенах.
Поняв, что северянин желает видеть тела, я испугалась за Моялу. Она ведь носит под сердцем наследника.
- Вам меня мало, гер Каил? - натурально взмолилась, сжимая в руках металлические ободы так, что они врезались в ладони. - Я единственная законная наследница княжества Туманов. Род Охрил прервётся с моей смертью.
У меня от страха в этот момент вспотели затылок. И переживала я вовсе не за себя.
Мояла! Она не заслужила смерти, но если найдут моего муженька, не пожалеют и его беременную любовницу.
Северянин, обдумывая услышанное, снова пытался поймать мой взгляд, словно увидел в моих глазах нечто для себя занятное. Это, казалось, уже странным, такое пристальное внимание. Моргнув, я уставилась на пол, ещё какой-то час назад здесь был половичек с цветным узором.
- Беда в том, моя храбрая и ранимая княжна Амэлла, что женщина у северян властью наделена быть не может. Удел женщины - любить своего мужчину и рожать ему детей, желательно дочерей. Так что лучше вам сейчас хорошо призадуматься и сообщить мне, куда мог отправиться ваш муж. Я его всё равно найду, но предпочитаю не терять на это время. Я есть хочу, и отдохнуть, а вы стоите между мной и тарелкой с мясом. Куда отбыл ваш супруг?
- Я не знаю, - грубо выдохнула я, теряя самообладание.
- Ну, хорошо, верю. Не знаете, значит, буду знакомиться ближе с вашими слугами.
Вы хорошая княжна, вия? Кого вам не жаль? С кого мне начать?
Дёрнувшись, я лишь стиснула зубы.
- Никто из присутствующих не знает, куда отправился мой супруг. Не трогайте людей, слышите. Никто ничего не знает.
Мужчина встал и прошёлся по комнате, остановившись у камина, поднял с полки небольшую статуэтку лошади. Как только её не заприметили мародёрствующие слуги. Покрутив глиняную игрушку в руках, гер поставил её на место и обернулся ко мне.
- Я всё ещё жду ответ, княжна? - услышала я от него. - Вы начинаете действительно меня злить.
- Я не знаю, - уже с долей злости произнесла я.
- Верю, - даже как-то снисходительно проворчал он, - тогда ваши предположения.
Здесь слишком много дорог, чтобы я рыскал по всему княжеству. Да и не хочу я,
лень мне.
- Ваши проблемы - не моя беда, - огрызнулась я.
- Не дерзи мне, женщина, иначе я вырву тебе ноги, - рыкнул он.
- Больно мне не будет, не переживайте, - вырвалось у меня прежде, чем я прикусила язык.
На моё плечо опустилась сухая старческая рука. Няня!
Вздрогнув от этого прикосновения, опустила взгляд на пол и прикусила губу. Я вела себя неправильно и только что осознала это. Я нарывалась на гнев северянина.
- Как интересно, - заинтересованного произнёс гер. - Ну, а ты, старуха, может,
расскажешь мне, где искать вашего правителя?
Прикрыв глаза, я не посмела запретить отвечать ия Лунсии. Молчание может слишком дорого стоить.
- Князь Хумъяр отличался излишней подозрительностью, поэтому по дому не ходило разговоров о том, когда и куда он собирается отбыть, - вежливо с долей почтения произнесла она.
- Хорошо, тогда я спрошу по-другому. Когда отбыл ваш князь?
В комнате повисло молчание. Это был плохой вопрос. С момента отъезда Хумъяра и часа ещё не прошло. Да, они наверняка уже где-нибудь на второстепенной дороге, но уехать далеко точно не успели.
- Я задал вопрос, мне по плохому развязать ваши языки? - уставше проворчал мужчина.
Никто не произнёс ни звука. Слуги любили Моялу, и никто не хотел становиться ее палачом.
- Так верны князю? - у северянина даже бровь приподнялась. столько иронии во взгляде.
- Не князю, гер, - тихо выдохнула няня, - с ним отбыла вдова Руско, ия Мояла.
Гер Каил прищурился и склонил голову набок.
- То есть законную супругу он бросил мне, как кость, а любовницу прихватил. Ну и нравы же у вас.
Наверное, именно эта его фраза окончательно меня раздавила. Я действительно была брошена здесь, как кость захватчикам: чтобы убили меня и успокоились.
Такой мерзко никчёмной я себя никогда не чувствовала.
Мною даже враги побрезговали.
- Княжна, - рыкнул гер, но я лишь качнула головой. - Когда отбыл ваш супруг?
- Я не скажу. Убивайте меня, не трогайте мачеху.
В комнате после моих слов стало снова тихо. Гер прошёлся до центра комнаты, а потом присел на корточки и поманил к себе Вояту. Девочка неуверенно помялась,
но пошла к мужчине.
- Скажи-ка мне, - северянин ухватил ребёнка за подбородок и заставил смотреть себе в глаза, - а когда князь уехал?
Глава 8
- Отвечай, - строго приказал он.
- Утром, - промямлила малышка.
Мужчина резко скривился, словно съел что-то несвежее.
- А ты знаешь, что за враньё язык отрезают даже таким маленьким девочкам, как ты. Не хочешь говорить правду - молчи, но врать взрослым некрасиво.
Воята дрогнула и расплакалась. Во мне всё перевернулось. Я не могла ответить на его вопрос и подставить Моялу, но и смотреть на слёзы ребёнка тоже было тяжело.
- Я скажу всё, что вы хотите, только пообещайте не трогать вдову князя Руско, -
тихо шепнула я.
Гер поднялся и легонько подтолкнул плачущую Вояту обратно к бабушке.
- Не смей ставить мне условия, женщина. Мне плевать на твои физические недостатки, накажу как здоровую. Таких розог всыплю за дерзость, неделю сидеть не сможешь.
Его слова вопреки логике меня успокоили. Он не сказал, что убьёт. Накажет, только и всего. В моей душе тихонько шевельнулась надежда.
