Читаем без скачивания Жили они долго и счастливо (ЛП) - Шоу Мэтт

Возможно, после этих слов она выкинет из головы все глупые мысли.

Я снимаю последний наручник. Она не двигается.

– Спасибо... – тихо сказала она.

Я рад, что она не пыталась бежать. Не то, чтобы она смогла действительно куда-либо сбежать. Я вывожу ее из комнаты для гостей на лестничную площадку, мимо комнаты с запертой дверью и главной спальни, которая выглядит на сто процентов более удобной, чем та комната, к которой она сейчас привыкла. Она заглядывает внутрь и видит большую двуспальную кровать и шикарное одеяло, еще одну причину вести себя хорошо и внести свой вклад в установление доверия в наших отношениях.

Ванная находится в дальнем конце лестничной площадки, дверь закрыта. Я открываю ей дверь.

– Можешь помыться, если хочешь, сбоку висит полотенце.

Я надеюсь, что она пойдет примет душ и сходит в туалет. Дни, проведенные в постели, отрицательно сказались на ее гигиене.

– Спасибо, – благодарит меня она, заходя в ванную.

Я закрываю за ней дверь, зная, что она не сможет никуда уйти или сделать что-либо, чего я не хочу. Она моя. Я сажусь на пол, сбоку от двери, и жду. Надеюсь, она ненадолго.

Сыграем в игру

Я не знаю, кто он, я только видела его пару раз в банке. Я боюсь и хочу домой к маме и папе. Последнее, что я им сказала, было "увидимся позже", и я не хочу, чтобы это было ложью.

Я осматриваю ванную; деревянный пол, белый унитаз без крышки на бачке, белая раковина со следами многолетнего забвения, нет вешалки для полотенец, горсть чистых полотенец на полу, аптечка, в которой нет ничего, кроме брусков запечатанного мыла. Я вижу невзрачную ванну, которая, даже в моем нынешнем немытом состоянии, не выглядит привлекательной для использования. Я не могу найти что-либо, чем его можно оглушить.

Тогда лучше я выпрыгну из окна; я лучше умру, чем останусь здесь с ним. Я хочу к маме и папе. Я отдергиваю занавеску, чтобы впустить свет из внешнего мира, но света нет. Окно заложено кирпичом. Мой выход заложен кирпичами. Черт возьми.

– Ты там в порядке? – доносится его голос прямо из-за двери.

Он ждет меня. Я тоже не могу выйти к нему просто так.

– Ванесса? – он снова зовет меня.

Лучше я ему отвечу.

– Я просто искала мыло! – солгала я.

Глупая ложь, потому что это могло быть только в одном месте, в этой маленькой комнате.

– Мыло в аптечке. Будь как дома, можешь осмотреться.

Но этот дом не мой! Я живу с мамой и папой. Я жила с мамой и папой, пока он не напал на меня на парковке. Я вспомнила. Я вышла из ночного клуба раньше, чем мои друзья, так как утром мне надо было идти на работу. Я шла к своей машине, когда почувствовала руку вокруг своего рта, и что-то острое вонзилось мне в кожу. Это был он. Забудь об этом сейчас. Уже не важно. Поблагодари его за щедрость, прежде чем он снова расстроится. Я не должна его расстраивать!

– Нашла, спасибо, – крикнула я.

– Не за что.

Пока вода наполняет ванну, я сижу на унитазе и думаю, что делать. Я была такой глупой, что накричала на него и разозлила. Мой лучший шанс спастись – это иметь возможность ходить по дому без него и цепей. Единственный способ, чтобы восстановить доверие между нами это:

Сыграть в игру

Вода в ванне уже достаточно теплая, и я снимаю одежду.

Что, черт возьми, на мне надето? Мышь на этой пижаме не похожа на Минни Маус. Стою голая, надеюсь, он не войдет. Он вообще еще там?

– Так чем бы ты хотела сегодня заняться? – вдруг доносится его голос из-за двери. – У меня есть несколько настольных игр, книги или мы могли бы просто поговорить, – продолжает он.

Настольные игры? Он знает, что мне двадцать девять лет, не так ли? Интересно, какие книги хранит дома сумасшедший? Единственный способ укрепить доверие – это поговорить. Возможно, если я узнаю, почему он так поступает со мной, я смогу переиграть его.

– Мы можем просто поговорить, если хочешь... – отвечаю я ему.

Вода в ванне приятно ласкает мою кожу. У меня все болит от наручников. Я закрываю глаза и пытаюсь попасть в свое "счастливое место", в свои лучшие воспоминания. Будет ли он ожидать секса, когда поверит, что между нами есть доверие? Я не знаю, смогу ли я пройти через это. Он худой, как скелет. Мысль о том, что он внутри меня, вызывает во мне отвращение. Был ли он внутри меня? Немного у меня причин, чтобы успокоиться...

Побеспокоишься об этом, если до этого дойдет, – думаю я про себя.

Я надеюсь, что найду другой способ выбраться отсюда, прежде чем до этого дойдет. Я не знаю, сколько времени пройдет, прежде чем он подумает, что я ему доверяю, но какими бы ни были эти сроки, я хочу сбежать отсюда как можно раньше.

Несмотря на то, что я была по шею в теплой воде, по моей спине пробегает холодная дрожь, когда я думаю о том, как он прикасался ко мне и думаю, зашел ли он еще дальше, когда я была без сознания. Он говорит о доверии так, как будто это одна из самых важных вещей для него, но как я могу доверять тому, кто вырубает меня, когда захочет?

Я больше не слышу его за дверью. Он все еще там?

– Эй? – кричу я достаточно тихо, чтобы он мог слышать меня, если он за дверью, но не так, чтобы он слышал меня, если бы он был в другой комнате.

Нет ответа.

– Эй? – повторяю я снова.

Он ушел. Вот и все, Ванесса, соберись. Выйди из ванны и просто беги вниз по лестнице к входной двери. Беги так быстро, как только можешь. Я вылезаю из ванны так тихо, как только могу, чтобы не слишком сильно расплескивать воду, которая может выдать мои мотивы. Выйдя, я снова окликаю его:

- Эй?

Ничего. Вот оно. Мое сердце бьется сильно и быстро, адреналин струится по моим уставшим венам. Оставь полотенце, оно только помешает, просто открой дверь и прокрадись вниз по лестнице. Если он в одной из спален, просто попытайся убежать от него.

Дверь открывается на удивление тихо, несмотря на старый дом. Я думал, что будет больше скрипа, но, к счастью, ничего нет. Ни звука. Лестничная площадка простирается передо мной. Его здесь нет. Я прислушиваюсь. Я не слышу его.

Я осматриваюсь. Входная дверь находится всего в нескольких футах от нижней ступеньки. Если быстро, то успею. Моя нога наступает на ступеньку, легкий скрип. Он не мог этого слышать. Моя правая нога следует за левой, еще один еле слышный скрип. Я могу сделать это. Я слышу, как громко бьется мое сердце. Услышал ли он?

Еще одна быстрая проверка дверных проемов наверху, убедиться, что он меня не заметил. Его там нет. Все чисто. Следующий шаг, надо смотреть, куда я иду, я не хочу спотыкнуться...

– Куда ты идешь?

Блядь. Мое сердце замирает. Я была так занята поисками его через лестничную площадку, что не заметила, что он стоит у подножия лестницы, между дверью и мной.

– Я спросил, куда ты идешь? – повторяет он.

Он держит чашку чая, используй ее для оправдания!

– Я искала тебя, хотела, чтобы ты принес мне чего-нибудь горячего... – вру я.

Пауза. Он смотрит на мое тело, пока вода стекает с моей обнаженной кожи.

– Похоже, ты читаешь мои мысли... – я продолжаю указывать на чашку чая, надеясь отвлечь его от моих истинных намерений и от моего обнаженного тела.

– Эм, да. Да, принес тебе чашку чая, – бормочет он, – я не был уверен, хочешь ли ты сахара.

Используй свою сексуальность.

– Нет, спасибо, я достаточно сладкая.

Он улыбается:

- Это я вижу.

Улыбка монстра не вызывает такой реакции, как улыбка от друга или просто знакомого, и второй раз по спине пробегает дрожь. Возьми полотенце. Прикройся.

Я делаю необходимые шаги обратно в ванную и закрываю за собой дверь, прежде чем завернуться в одно из предложенных полотенец. Мое сердце все еще сильно бьется. Я разочарована собой... я была так близка! И все же, во всяком случае, я сделала шаг к нему навстречу.

Стук в дверь отвлекает меня от мыслей.

– Где бы ты хотела чашку чая?

Трудный вопрос, поскольку я не знаю, какие варианты у меня есть в отношении комнат, в которых мне можно быть.