Возможно, именно поэтому психиатрия со времен Ломброзо склоняется к тому, чтобы считать гения вовсе не человеком, который обрел смысл жизни, а безумцем. Психиатров не смущает то, что так же думали не только поэты, но и великие философы классической Греции. Они призывали муз буквально — с помощью особых ритуалов, схожих с шаманскими. Мы уверены, почему-то, что музы — лишь поэтическая метафора.
Есть ли у науки хотя бы какие-то основания для того, чтобы считать мир «коллективного бессознательного» или мир вдохновенных муз объективно существующим?
Для того чтобы обосновать следующую мысль, нам придется совершить краткий экскурс в древнюю историю человечества. Да и где еще искать смысл человеческой жизни, если не в загадках нашего происхождения? Там же скрывается и смысл понятия гениальность. Неизвестные гении придумали колесо, обнаружили в глубинах гор металлическую руду, нашли в тропической сельве лекарственные растения... Когда они впервые оставили потомкам материальную весточку о своем существовании?
В начале двадцатого века в пещере Пеш-Мерль, на юго-западе Франции, была обнаружена древнейшая в мире живопись — пещерное искусство эпохи верхнего палеолита. Потом во Франции одна за другой были открыты еще четыре пещеры, стены которых были покрыты первобытными рисунками. Затем археолог-любитель Салтуола открыл знаменитую пещеру Альтамира в Испании.
Для чего возникли росписи в пещерах, которые с той поры стали обнаруживаться по всему миру, до сих пор никому не понятно. На сегодняшний день самые древние следы кроманьонского человека, то есть человека, анатомически ничем не отличавшегося от нас, насчитывают сто девяносто шесть тысяч лет. А первобытное искусство возникло где-то около сорока тысяч лет назад и примерно через двадцать восемь тысяч лет угасло. Я не палеонтолог и поэтому могу ошибаться на десяток тысяч лет. Однако факт остается фактом. Сто пятьдесят тысяч лет — трудновообразимый период человеческой истории — человечество обходилось вообще без всякой символической деятельности. Христианская цивилизация существует около двух тысяч лет.
Для всех историков очевидно, что возникновение первобытного искусства — это, собственно, и есть прорыв, который создал современную цивилизацию и культуру. До этого человеческая история была «немой» — люди не могли рассказать о себе. Это означает, что увидеть себя со стороны — анализировать свою собственную деятельность — они тоже не могли.
Именно в пещерах берет свое начало человеческая деятельность, приведшая к возникновению письменности. Плохо только одно: никто до сих пор не может понять, зачем художники палеолита рисовали свои фрески в местах, пробраться в которые было очень трудно. Люди посещали пещеры крайне редко, как это доказано исследованиями. Кроме того, рисунки в большинстве пещер нельзя рассмотреть без специального освещения, в некоторые подземные и подводные залы и проходы проникнуть с древним факелом в руках можно было, только преодолевая смертельную опасность.
Гипотеза советских учебников об охотничьих ритуалах не выдерживает никакой критики просто потому, что, как давным-давно доказано, в человеческих отбросах того времени археологи находят кости других животных — не тех, что изображены на стенах пещер. Как раз изображенных животных никто не ел, следовательно, на них не охотились. Кроме того, примерно пятьдесят процентов рисунков — это изображения так называемых «териантропов»: наполовину людей, наполовину животных. Кроме того, попадается довольно много изображений, на которых несколько животных или териантропов нарисованы поверх друг друга, слиты в единое целое.
Еще одна удивительная особенность первобытной живописи абсолютно не заметна на репродукциях, зато бросается в глаза, когда видишь пещеру своими глазами. Древние художники рисовали, используя естественный рельеф камня. Линии красной охры или каменного угля обводят отдельные детали рельефа, отчего создается впечатление, что животное или териантроп как бы вылезают из камня или наполовину находятся внутри скалы.
Первую, вполне убедительную для научного сообщества гипотезу сформулировали Дэвид Льюис-Вильяме и Томас Доусон:
На скалах изображены видения шаманов и ритуалы перехода в другую реальность, из которой шаманы получали свои знания. Палеонтологи доказали, что рисунки на стенах пещер легко объяснимы, если для их анализа использовать существовавшие с древнейших времен стадии вхождения в измененное состояние сознания.
Как ни странно, у гипотезы нашлось и веское этнографическое подтверждение. Дело в том, что шедевры первобытного искусства схожи независимо от места расположения пещер. Часть рисунков в африканских пещерах, несомненно, оставили далекие предки бушменского племени «сан», долгие тысячелетия жившего на этом континенте. Племя «сан» окончательно исчезло лишь во второй трети XX века из-за самой настоящей охоты на бушменов, которую вело белое население ЮАР. В восьмидесятых годах XIX века немецкий филолог Вильгельм Блик и его родственница Люси Ллойд, осознавая угрозу исчезновения, нависшую над этой древней культурой, сделали все возможное, чтобы сохранить для нас ее содержание — ее древние мифы. Они забирали из тюрем и разрешали жить в своем доме старейшинам племени «сан», которые были осуждены за кражу скота, хлеба и другие «страшные» преступления против белых. На протяжении нескольких лет эти люди рассказывали им о своей древней культуре. Полученные материалы занимают около ста тетрадей общим объемом более двенадцати тысяч страниц. Этот архив сейчас находится в библиотеке Кейптаунского университета.
Интерес к тетрадям вернулся только через сто лет, когда стало очевидным, что старейшины «сан», жившие в XIX веке, прекрасно разбирались в загадочной живописи своих предков. Старейшины объяснили Блику, что наскальные рисунки были созданы представителями племени, которых сами бушмены называли «lgitten».
В этом слове первый слог означает «сверхъестественная сила», а второй — переводится как «полный чего-либо». Таким образом, на скалах изображены люди, «полные сверхъестественной силы».
Благодаря записям стало понятно, что наскальное искусство, создаваемое шаманами бушменов с незапамятных времен, было символическим отражением взаимодействия между миром людей и миром духов.
На скалах изображен эрос познания: знания, которые приходили к человеку из другого мира. Благодаря этим знаниям кочевники могли контролировать погоду, миграцию животных, умели находить больного или раненого члена племени, находящегося за сотни километров, учились исцелять духовные и физические болезни.
Шаманы племени «сан» не использовали галлюциногенных растений. В качестве техники вхождения в особое состояние сознания у них выступал продолжительный неистовый танец, исполнять который они учились в обряде посвящения во взрослые. Во время танца, который длился иногда около двадцати четырех часов, шаман превращался в животное — слона, антилопу, льва, птицу, шакала или змею. Только перевоплотившись, шаманы могли совершить путешествие в иную реальность, воспринимаемую как мир духов. Затем, выйдя из транса, они рассказывали племени о том, что узнали во время своего странствия, и рисовали на стенах пещер странные фигуры, увиденные по другую сторону реальности.
Пещеры были чем-то вроде границы между реальностью и нереальностью. Стена пещеры являлась точкой концентрации, как центральная точка ваджры или пурбы — точка, где сходятся «две воронки». А геометрические фигуры: квадраты, лестницы и линии, — были рисунками фосфенов — элементарных галлюцинаций, из которых потом складывались видения.
Кстати, о пурбе... Как вы можете видеть на фотографии, три страшных лика божества Дордже Пурба появляются из вполне мирной небольшой... головы лошади. Перед нами снова териан-троп. В других традиционных вариантах пурбы наверху — что-то вроде короны, напоминающей, возможно, об «экранах» или «окошках», вращающихся перед глазами в первой стадии транса.
В пещере Эль Кастильо есть рисунок, невероятно похожий на иконку Windows, причем «окна» на рисунке изогнуты так, что создается полное ощущение движения по спирали (так же изогнуты «окна» на проемах пурбы), а сама решетка из квадратов отчасти напоминает систему современных компьютерных мониторов. Это сравнение позволило Льюису-Вильямсу выделить три стадии транса шаманов сан, которые он назвал «траекторией мысленных образов».
«На первой стадии субъект видит только эктопические феномены (фосфены. — АД)... На второй стадии он пытается осмыслить эти феномены, преобразовав их в портретные образы (фосфен
может быть истолкован как змея и т. д. — А.Д.). После того как субъект достигает третьей стадии, в его видениях наблюдаются качественные перемены. Многие люди видели в момент такого перехода нечто вроде водоворота или вращающегося тоннеля, который окружал их со всех сторон... Края этой воронки покрывала решетка из квадратов, отчасти напоминающих экраны телевизоров. Образы, возникающие на этих «экранах», были первыми спонтанными галлюцинациями портретного плана. В итоге они полностью
