— Детям к осени нужно будет кое-какую одежду купить, — кивнул Изюмский. — Да и у Зои зимнее пальто совсем износилось.
Тетка кивала, глядя на Изюмского с такой гордостью, словно он был ее третьим, самым славным ребенком. Вероника отчетливо представила себе картину: вечер, Изюмский подклеивает рассохшиеся ящики комода, Зоя починяет ему прохудившиеся джинсы, а Миша и Коля прилежно делают уроки — каждый за своим маленьким письменным столом. Тишь да гладь да божья благодать. Почему, интересно, ей, Веронике, простое женское счастье кажется таким непривлекательным? Все удачливые замужние приятельницы рассказывали о своей жизни почти одно и то же. Веронику от их рассказов охватывала страшная тоска. «И куда девается эта чертова любовь, когда мужчина и женщина поселяются на одной жилплощади?» — раздраженно думала она. В ее представлении любовь ассоциировалась с непрекращающимися страстями, выяснением отношений, цветами, поцелуями, а домашний, «умилительный» вариант любви казался слишком пошлым.
— А твой жених повезет тебя куда-нибудь отдыхать? — спросила Зоя и мечтательно добавила:
— На Мальдивы или на Борнео? Может быть, в Париж?
— Это потом, после свадьбы, — смутилась Вероника. — Зато я как победительница конкурса красоты на все выходные отправляюсь в дом отдыха «Уютный уголок», в роскошный номер с джакузи и кондиционером.
— Ото! — восхитилась Зоя. — А Матвей тоже поедет?
— Нет, у него дела. Кстати, именно фирма Матвея строила этот «Уютный уголок». Он говорит, там просто потрясающий сервис и масса всяких знаменитостей.
Зоя мгновенно загорелась и потребовала:
— Если увидишь Киркорова — возьми для меня автограф!
* * *
Киркорова в «Уютном уголке» не оказалось, зато Вероника попала на весьма любопытное мероприятие — финал конкурса «Мисс Марпл», который проводился редакцией журнала «Женский досур». В конце каждого номера журнала в течение нескольких месяцев публиковались логические задачки с детективным сюжетом под интригующими названиями «Смерть хромого логопеда» или «Людоеды никогда не кашляют». Читательницам предлагалось самостоятельно вычислить убийцу и прислать в редакцию правильный ответ. После трех туров были объявлены три победительницы — учительница математики из Химок, экономист НИИ из Москвы и работница химчистки из Тулы. Им и предстояло участвовать в финале конкурса, который решено было провести в доме отдыха «Уютный уголок».
Веронику поселили в одном корпусе с финалистками, работниками редакции и спонсорами мероприятия. Соседство оказалось шумным, но безумно любопытным.
— Конечно, такие финалы были бы нам не по карману, — призналась Веронике главный редактор журнала Нелли Шульговская, с которой они познакомились в столовой, очутившись за одним столиком.
Нелли была примерно того же возраста, что и тетка Зоя, но в отличие от нее успешная и ухоженная. На реставрацию и отделку собственного фасада она наверняка тратила львиную долю заработанных средств. Вероника успела втайне ей позавидовать. Нелли носила короткие волосы, выкрашенные в ярко-каштановый цвет, и простые изящные платья, на внутренней стороне которых наверняка имелись умопомрачительные бирочки.
— Так вот, я и говорю: какие у редакции деньги? — Нелли лукаво улыбнулась. — Но дело в том, что этот корпус — самый шикарный, с кондиционерами и джакузи — еще в начале строительства выкупила фирма моего мужа.
Муж, Тарас Шульговский, который сидел тут же, ковыряя вилкой летний салатик, вскинул веселые глаза:
— Это оказалось чертовски выгодным вложением капитала! Мы возим сюда своих клиентов, гостей, партнеров, сотрудников и их родственников. Иногда сдаем домик в аренду сторонним людям, иногда им распоряжается дом отдыха. В общем, я очень доволен.
— А что у вас за фирма? — спросила дама, занимавшая четвертый стул за столиком, — одна из тех самых финалисток, экономист какого-то невнятного НИИ по имени Татьяна Семенова.
— Фирма «Супервтор», — охотно ответил Тарас. — Мы перерабатываем вторичное сырье и делаем из него множество потрясающих вещей.
«Еще один созидатель!» — с иронией подумала Вероника. Повадками Тарас чем-то напоминал Каретникова, хотя был моложе и держал себя, так скажем, демократичнее. Татьяне Семеновой он явно импонировал. Разговаривая с ним, она постоянно ерзала и поправляла пестрое платье с неровно обшитым воротом. «Наверняка совместное производство Италии с Белоруссией», — с сочувствием подумала Вероника, которая в последние годы просто выбивалась из сил, чтобы пристойно выглядеть.
К цветастому платью Татьяны Семеновой прилагались неодинаковые глаза — один серый, другой зеленый. Она первая разделалась с десертом и, уходя, бросила на Веронику странный разноцветный взгляд. Может быть, ей было неприятно, что та пришла и Тарас Шульговский ею заинтересовался? Потому что до этого его вниманием всецело владела она, Татьяна.
— А почему вы своих финалисток не посадили за один столик? — поинтересовалась Вероника, обозревая большой и гулкий обеденный зал.
— Сначала мы так и сделали, — вздохнула Нелли Шульговская. — Мы ведь приехали утром, еще до завтрака. Но наши дорогие дамы тут же перессорились.
— Это все Букашкина, — хмыкнул Тарас.
— Коровкина, — поправила его жена. — Вон она, Кира Коровкина, через столик от нас. Вон та, в панаме. Лучшая работница своей химчистки.
— Сочувствую остальным работницам, — пробормотал Тарас.
— Я уже обратила на нее внимание, — усмехнулась Вероника. — Горничная попросила эту Киру выйти на пять минут, но та заявила, что заработала дорогой номер своим собственным умом и не собирается упускать ни одной минуты пребывания внутри. Она так вопила, что я даже вышла в коридор посмотреть, что случилось.
— Так вот этой Кире, — понизила голос Нелли, попутно промокнув губы салфеткой, — накануне поездки сюда кто-то угрожал. Она решила, что соперницы хотят выдавить ее из соревнования, и ополчилась на них со всею силою своей страстной натуры.
Вероника понимала, что Нелли делится информацией не потому, что неожиданно прониклась к ней симпатией. Для нее и Тараса подобное «светское» перемывание косточек было делом совершенно обыденным. Они просто обсуждали вслух все, что им было интересно, а Вероника просто попалась под руку.
— Как это — угрожали? — заинтересовалась она, кинув на Киру Коровкину пытливый взгляд.
— Ну, прежде чем отправиться в дом отдыха, мы собрали всех трех победительниц в редакции. Делали с каждой интервью, фотографировали. Кира приехала первая, прямо с чемоданом. Я повела ее в буфет перекусить с дороги, и свои вещи она оставила в большой комнате, где постоянно толчется народ. Я сейчас тоже там сижу, потому что у меня в кабинете ремонт. Так вот. Когда мы возвратились обратно, две другие финалистки уже были там. А через некоторое время Кира обнаружила в своей сумочке записку: «Если поедешь в „Уютный уголок“ — будешь убита».
— Вот это да! — расширила глаза Вероника, а Нелли с воодушевлением продолжала:
— Слушайте, она так разоралась! И сразу же решила, что записку подбросил кто-то из соперниц, чтобы испугать ее и не дать ей выиграть телевизор.
— А у вас главный приз — телевизор? — уточнила Вероника.
— Вообще-то это секрет, — хмыкнул Тарас. — Но Кира думает, что именно телевизор. Если она победит, я обязательно куплю ей какой-нибудь подходящий агрегат. Нельзя же разочаровывать читательниц журнала. Я как-никак главный спонсор. Вернее, не я, а «Супервтор».
— Можешь смело говорить — я, моя фирма, — насмешливо изогнула бровь Нелли. — Стаса здесь нет, никто тебя не отбреет.
— Стаc — это мой партнер, — пояснил Тарас. — И фирма у нас с ним общая.
Шульговский уронил с края чашки каплю, чертыхнулся и, достав из кармана большой красный в белую клетку носовой платок, промокнул им брюки.
— Когда мой муж и его партнер только разворачивались, я эту их фирму называла «Стаc энд Тарас», — засмеялась Нелли. — Конечно, если бы все начинать сначала, то пусть был бы один Тарас.
— Не верю, что это говоришь ты! — хмыкнул ее муж. — Ты же безумно любишь Стаса!
— Люблю, конечно. Тарас, попроси, чтобы мне принесли вина, — попросила Нелли.
— В такое время? — тот бросил взгляд на часы.
— Но мне хочется!
— А вы будете? — спросил Тарас, быстро оглядев Веронику.
На самом донышке его глаз притаился мужской интерес. Вероника была как-никак победительницей конкурса красоты. Пусть и малюсенького конкурса, но все-таки.
— Вы недорассказали про угрозы, — напомнила та, отказавшись от вина.
— Ну… Это все! — пожала плечами Нелли. — Никто эту записку всерьез не воспринял. Однако бурная Кира не только настроила против себя остальных двух финалисток, но и ухитрилась сделать так, что они переругались между собой.
— Хорошенькое дело! — хмыкнул Тарас. — Я тут стелюсь для того, чтобы конкурсанткам было комфортно…
