Наиболее значимым начинанием представляется атака на тогдашний Совет Федерации, сформированный из действующих губернаторов, и замена их профессиональными сенаторами. Инициатива, вызвавшая настоящую бурю противостояния, в которую активно включился и БАБ, что было его очередным промахом. Параллельно начался прессинг «Интерросса» и «ЮКОСа». Возбуждены уголовные дела против «ЛУКОЙЛа» и «АвтоВАЗа». По масштабности только этих начинаний можно судить о мощности поддержки команды преемника. В контексте событий показательно заявление М. Касьянова: «Иммунитет, которым пользовались олигархи при Ельцине, теперь утерян». На фоне этого определенные силы начинают прощупывать ситуацию изнутри. Счетная палата предпринимает рекогносцировку относительно РАО «ЕЭС». Инкриминируются нарушения при приватизации, излишнее число иностранных инвесторов и т. д. По всей видимости, недавнее назначение А. Волошина председателем Совета директоров внушило кому-то иллюзию «заката Чубайса вручную». Чубайс делает заявления о «красном реванше», акции компании падают.
Во всей этой олигархической войне особняком держится Р. Абрамович. Его, как утес, все шквальные ветры обходят стороной, и позиции крепнут. Талантливый падаван БАБа оказался намного смышленее своего духовного наставника, который в это время грозится сложить с себя депутатский мандат и консолидировать олигархов для борьбы с властью, пугая последних узурпацией со стороны силовых структур и грядущим переделом собственности. Одним словом, усердно рыл себе политическую могилу. Ниже мы еще коснемся мотиваций, вселявших в него такое, казалось бы, не свойственное ему бесстрашие.
Скандально известная итальянская «Република» печатает обоснованные материалы на тему предоставления России приснопамятных кредитов МВФ, откуда становится ясно, что деньги никогда (!) не уходили из Швейцарии, а все время крутились там, а курировал сей процесс — кто бы вы думали? Правильно, не кто иной, как М. Касьянов. Десятью днями позже следователь Волков на пресс-конференции в Берне говорил о пяти миллиардах МВФ, упирая на то, что следствие доведет до конца. Как мы уже теперь знаем, ровно через месяц его отправят в отставку, а дела безнадежно развалятся. Швейцарские газеты еще какое-то время будут выражать недоумение по поводу прекращения дел «Мабетекса» и других. Прокурор Женевы посетует на устойчивость в России двойных правовых стандартов для «своих» и всех остальных, и постепенно тема сойдет на нет.
К концу года то ли сам Абрамович обратит свой взор на Чукотку, то ли его обратят. В декабре тогдашний губернатор Чукотки А. Назаров откажется от борьбы на выборах, и единственным реальным претендентом останется Абрамович. Чукчи его изберут «на ура!», и, надо сказать, не ошибутся. Надо отдать должное Роману Аркадьевичу в деле подъема этого забытого властью края: за годы управления он превратил его в «конфетку» в плане и визуальном, и социальном. Злопыхатели утверждают, что цена такого подъема весьма сомнительна, так как в экономическом аспекте не было сделано ровным счетом ничего, а весь прогресс сводился к тупому отстегиванию личных средств на поддержание нежизнеспособной инфраструктуры и социалки. Пожалуй, так и есть на самом деле. Экономисты подсчитали, что ему значительно дешевле обошлось просто доставать деньги из кошелька, нежели проводить там какие бы то ни было реформы. Может быть. Но надо учесть главное: такая простая, до гениальности, стратегия, основанная на «очевидном альтруизме» и исключающая даже теоретическую возможность копнуть поглубже дела губернатора, стояла на мощном, всеми как-то упущенном из виду фундаменте: Чукотка — это золото. Практически все золото России. А у нас ведь как? Кто что сторожит, тот это и имеет. Ну разве можно им не восхищаться!
В том же декабре на рассмотрение был внесен «Закон о гарантиях неприкосновенности президента», а Т. Дьяченко стали прочить в Думу на место, ротированное Абрамовичем.
Вот так, по сути, в течение одного только года была успешно проведена блестящая операция по глубокой и надежной консервации «семьи» с обеспечением всех мыслимых гарантий дальнейшего благоденствия.
Таким образом, мы видим, что главная задача, поставленная перед преемником, была решена путем сохранения на ключевых постах тех фигур, которые по тем или иным причинам гарантированно будут проводить в жизнь прежнюю управленческую стратегию. Исходя из этого делать прогнозы о какой-либо смене курса — полная идеалистическая чушь!
* * *
В конце марта 2001 г. впервые были произведены некоторые перестановки в верхах. В Минатоме Адамова заменили на Румянцева (его зама), Минобороны возглавил С. Иванов, МВД — Грызлов, налоговую полицию — Фрадков. Тогда же в Интернете всплыл интересный компромат на А. Волошина. Политологи моментально заглотили эту наживку (практически — голую блесну), что породило в их среде мнение о начале процесса локализации «семьи». Якобы Путин обещал Ельцину не менять команду в течение года и выполнил свое обещание фактически день в день. Снятие Адамова было расценено как первый удар по «семье». Блажен, кто верует…
Сохранение управленческой стратегии чрезвычайно ярко характеризует один практически не замеченный аналитиками, но весьма показательный эпизод. Примерно за два месяца до объявления перестановок, а именно в конце января 2001 г., стало известно, что некто Назир Хапсироков назначен помощником А. Волошина. Когда интернетная история последнего стала достоянием гласности, естественно, аналитики задались вопросом: откуда произошел слив? Не вызывало сомнений, что разыгрывать партию против Александра Стальевича могут лишь очень и очень влиятельные силы, а учитывая вдруг возникшее желание Волошина убрать генпрокурора Устинова и посадить в его кресло своего человека, можно с большой долей уверенности предположить, откуда вытек интернетный компромат. Для более полного понимания происходящего необходимо несколько глубже рассмотреть личность новоявленного помощника.
Уроженец Карачаево-Черкесии Крым-Гери (Назир) Хазирович Хапсироков по праву считался представителем «золотой молодежи» у себя на родине, так как ему посчастливилось родиться в семье чуть ли не единственного в республике профессора. Как и полагается молодому представителю завидной социальной прослойки, Назир с упоением прожигал жизнь. С упоением — не фигура речи, а буквально, так как трезвым его увидеть было практически невозможно, а систематические дебоши постоянно заканчивались в отделении милиции, откуда, впрочем, его немедленно и с почетом доставляли по месту жительства, потому что помимо папы-профессора ему также посчастливилось иметь и дядю в должности зам. начальника РОВД. Худо-бедно окончив «папин» вуз, он не стал растрачивать свои молодые силы на педагогическую деятельность (за что ему отдельное спасибо от лица всех потенциальных несостоявшихся учеников), а прямиком двинул на поприще идеологии, а именно — второго секретаря райкома комсомола, где и преуспел, переместившись в должность инструктора райкома партии. Однако в новом качестве привычки все же сохранил прежние, на чем чуть было не погорел, но судьба в лице папиного друга — первого секретаря — вновь оказалась к нему благосклонна до такой степени, что его не только не выгнали из партии, но и перевели на недурное местечко — директором бытового комбината.
В кратчайшие сроки осмотревшись на новом месте, предприимчивый функционер моментально организовал на базе государственного предприятия и на государственном сырье подпольное производство ходового трикотажа. В те далекие 1980-е еще существовала грозная организация под названием ОБХСС, поэтому уголовное дело о хищении в особо крупных размерах не заставило себя ждать. Для тех, кто не помнит: статья предусматривала вплоть до высшей меры. Что спасло его на этот раз — тайна великая есть, так как масштаб содеянного по тем временам превосходил возможности даже первого секретаря райкома партии. Тем не менее, кривая вывезла его и на этот раз, и вскоре он, свободный и невредимый, возникает в управлении строительства тепличного комбината «Южный» московского подчинения. Должность была не ахти какая, но это ничуть не смутило «гражданина Корейко», так как ему надлежало заниматься не чем-нибудь, а снабжением. В те скудные годы пустые прилавки магазинов компенсировались для элиты разного рода спецпайками и продуктовыми наборами, которые через свой подшефный комбинат обеспечивала Москва. Верный своим принципам, Назир и тут не дал маху. Поступающие пайки ополовинивались, на их базе создавались дополнительные и бойко шли «налево». Однако элиты — это не бабушки в очереди за колбасой: их не обманешь, и, таким образом, возникло очередное уголовное дело. Как вы думаете, какое наказание понес наш «голубой воришка»? Правильно: он стал директором комбината.
