другой, малыш усваивает непростые для людей, не имеющих такого опыта, вещи. Любимый человек – не обязательно единственный на всю жизнь. Не обязательно выбирать между теплым и мягким – можно найти то, что совместит плюсы того и другого. Можно когда-то не получить то, что хочется, в одном месте – но ресурс для этого будет у другого. То есть отношения с отцом – это прекрасная профилактика зависимых отношений в будущем. Кстати, и других зависимостей тоже – нас в свое время потрясло исследование тульских коллег, которое выявило связь между риском возникновения аддикций у подростков и отсутствием участия в их жизни отца.
Фигура отца символична
Отец и Мать – не только фигуры, но и архетипы. Коллективное бессознательное наделяет их определенными свойствами и ожиданиями. Если от матери мы ждем безусловной любви, поддержки и заботы, то от отца – справедливости, защиты и порядка.
Однако фигура отца гораздо в большей степени символична. Материнская фигура ассоциируется с материальным миром (даже слова эти – мать и материя – однокоренные). Отцовское начало ассоциируется с духовностью, миром идей и смыслов. Отзвук все той же непосредственной, физической связи матери с ребенком во время беременности и в высшей степени опосредованной в этот период – с отцом.
Кроме того, до появления генетических анализов ДНК отцовство было сложно подтвердить или опровергнуть, в отличие от неоспоримости материнства. Значение имело то, признает отец ребенка своим или нет. Зойя пишет о ритуале «поднятия к небу», символизировавшем признание ребенка отцом. Подобный ритуал существовал во многих культурных традициях. Детей могло быть много, но лишь признанные отцом становились его наследниками. Быть не признанным отцом – значит иметь меньше социальных прав. Быть признанным – значит иметь право на место под солнцем.
Кстати, интересный факт: во многих рассказах о детстве присутствует счастливый момент, когда отец подбрасывает или сажает на плечи – словно отзвук того древнего ритуала. Это описывается как невероятно яркое переживание своей важности, могущества и восторга.
Отцы – это те, кто чаще, чем матери, отсутствуют и появляются время от времени. До сравнительно недавнего времени, да и сейчас, именно отцы часто и надолго уходят из дома во внешний мир. От их возвращения, от успешности этого выхода наружу зависело раньше благополучие и жизнеспособность всего семейства. Отцов ждали, за них молились, их именем и примером воспитывали детей. То есть, несмотря на фактическое отсутствие, отцы имели и продолжают иметь большое влияние на символическом уровне. Сейчас выживание семьи и детей, качество жизни может не настолько зависеть от наличия или отсутствия отца. Но даже если в семье отец – фигура умолчания, вокруг него формируется комплекс невысказанных чувств, фантазий и отношений, который, несмотря на непроявленность или даже благодаря ей, имеет огромное влияние на всю семейную систему.
Ребенок впервые и долгое время узнает об отце через мать. Ее чувства, слова, отношение – это то, с чем ребенок имеет непосредственный контакт, от чего жизненно зависит то, что он воспринимает без возможности сомнений или критики. Фигура отца, таким образом, формируется как из собственного опыта контакта ребенка с папой, так и из отраженного отношения к отцу матери и окружения. И чем меньше у ребенка опыта непосредственного контакта (или вовсе нет), тем большее значение приобретает это отражение, которое по своей сути так же символично. Но даже небольшой опыт контакта ребенка с отцом может иметь огромное влияние. Полоска света из-под двери кабинета работающего отца может стать примером, определяющим отношение к жизни и судьбу (см. С. Л. Соловейчик «Непрописные истины воспитания. Избранные статьи»).
Какие из этого следуют выводы
Во-первых, не столь важно количество времени, проведенного ребенком с отцом, сколько качество его внимания и отношения. Воспоминания о том, как ребенок что-то делал вместе с папой, как тот его учил, одобрял, слушал, – дают большую опору в жизни человека.
Во-вторых, ребенку важны послания отца «Ты мой, я с тобой, я за тебя». Фактически они играют роль того самого символического «поднятия к небу», признания ребенка.
В-третьих, даже когда отца нет рядом, на его воспитательную роль можно опираться. «Папа сказал», «Папе понравится», «Папа не одобрит» – эти слова могут быть очень действенными.
В-четвертых, важна роль мамы в том, как она транслирует ребенку отношение к его отцу. Даже если супруги в конфликте или расстались, папа может продолжать оставаться хорошим для ребенка. Важно, чтобы ребенок имел право любить отца и мог гордиться им.
Наконец, если отец отсутствует, пьет, бьет, совершает преступление – важно понимать, что в эти моменты он перестает выполнять свою родительскую роль. Ребенку сложно осознать, что самый близкий человек может быть одновременно опасен, ненаде-жен, разрушителен. Первостепенная задача – защитить ребенка от опасности, назвать неприемлемые вещи неприемлемыми. И в то же время – важно, чтобы хорошие моменты, которые были связаны с фигурой отца, оставались доступны для ребенка, сохранялись в рассказах и памяти семьи. Встреча будущих папы и мамы, радость появления ребенка, его сходство с тем хорошим, что мама разглядела в его отце, фото и видео – то, что должно оставаться хорошим наследством. Фигура отца символична, и этих золотых крупинок может оказаться достаточно для опоры и выстраивания своей идентичности.
У каждого из нас есть фигура хорошего папы
Клиенты то и дело спрашивают: «А что делать, если не было хорошего папы? Или в буквальном смысле не было в жизни ребенка, или был такой… что уж лучше бы не было?»
Родительские фигуры представлены в нашей психике в виде воспоминаний, образов, фантазий, телесных и эмоциональных переживаний, убеждений, семейных историй, культурных образцов и социальных клише. Весь этот многослойный конгломерат (или комплекс, как принято говорить в психологии) мало осознаваем и весьма противоречив.
Отсутствующий или ужасный отец – один из полюсов, заряженный сильными, болезненными переживаниями. Соприкасаясь с этим опытом, мы чувствуем гнев, ужас, отвращение, стыд. И рядом горечь, отчаяние, печаль о неслучившемся хорошем опыте – до этих чувств порой еще надо добраться. Не вмещая этого объема, психика отщепляет все, что связано с отцом, и мы имеем дело как будто с пустотой и «слепым пятном».
Но если есть «негативный» полюс, то неизбежно есть и «позитивный». Ребенок фантазирует об ином отце – заботливом, защищающем, всемогущем, чья сила обращена не против, а за него. Эти мечты, ожидания и надежды питают фигуру хорошего отца – отца, которого не случилось в реальном опыте, но присутствия и участия которого ребенок жаждет. Даже если этот образ неосознаваем и
