– Я хочу, чтобы ты говорила по-итальянски, помнишь? Уже отдал приказ. С тобой будут заниматься лучшие преподаватели. Девушки…
– Хм… Они будут учить меня твоему языку.
– Да. Я буду проверять, насколько хорошо ты усвоила уроки, bella…
Время ожидания заказа пролетает очень быстро за лёгкой беседой с отчётливым привкусом флирта. Можно подумать, что я кадрю эту белокурую малышку с самой сочной и сладкой киской на всём белом свете! В крови бурлит воодушевление и предвкушение наших будущих постельных игр…
Кровь приливает к члену, снова делая его каменным. Рядом с ней я готов побивать все рекорды по выносливости в сексуальных утехах. Когда приносят заказ, я не ем, а всего лишь смотрю, как ест Лина. Я ем вместе с ней, обгладываю по кусочку и смакую каждый её жест.
Клубничка смущается и просит меня не смотреть так пристально. Я перевожу взгляд на свои блюда, но это длится недолго. Мои глаза хотят смотреть на Клубничку. Увлёкшись красоткой и мирным завтраком, я не сразу замечаю, как за соседний столик подваливает младший сын из семейства Росси.
Высокий, загорелый, темноволосый. Когда-то кудрявые волосы, сейчас острижены так же коротко, как у меня. Этот пидар даже изменил своей привычке одеваться в распиздяйские шмотки: косухи и рваные джинсы. О нет, сейчас Гвидо Росси выглядит, как представительный молодой мужчина. На нём светло-бежевый пиджак и тёмная рубашка. Стащив с носа солнцезащитные очки, он небрежно бросает их на столик и подзывает официанта. Только после этого он оборачивается и будто случайно замечает меня и Лину.
– О, Леон! Привет… Надо же, какое совпадение! – широко улыбается он. Не дожидаясь моего согласия, он переставляет стул к нашему столику и плюхается своей задницей, выставив локти на стол. – Знаешь, я тоже люблю здесь завтракать. Ц-ц-ц, какое совпадение!
– Совпадение? – спрашиваю ледяным тоном. – Неужели? Хочешь сказать, не твоя тачка тыкалась носом в зад моей и нюхала выхлопные газы, пока я от тебя не оторвался?
– Не уверен, что это был та. На какой тачке ты приехал? – корчит из себя придурка младший Росси.
Гвидо никогда мне не нравился. Марио Росси был старшим из двух сыновей. Надёжный, хорошо воспитанный. Он был человеком слова и полезным партнёром. Младший Росси не может похвастаться ни одним из этих качеств. По слухам, совсем недавно он выписался из клиники для нариков, куда его насильно поместил глава семейства Росси.
Скрипнув зубами, я рассматриваю младшего брата Марио. Старик Росси выжил из ума, если приставил этого клоуна на время, пока я рою носом землю в поисках виновного в смерти Марио Росси. На самом деле, думаю, что у старикана есть и другая цель. Мы с Марио сотрудничали, как честные бизнесмены. Но старик любит подгадить и не всегда пользовался честными методами. Возможно, его требование о присутствии Гвидо, это лишь уловка и попытка выудить, как можно больше информации обо мне и о моём бизнесе.
– Grazia! – улыбается Гвидо официанту, начиная уплетать свой завтрак. – Кстати, Леон, было бы неплохо представить нас, – тычет вилкой в сторону Лины. – Друг другу. Я же буду находиться в твоём доме некоторое время и хотел бы наладить контакт со всеми домочадцами.
Во мне мгновенно закипает злость. Ещё одно слово о моей Лине, и у челюсти Гвидо будет налажен контакт с моим кулаком. Но потом я замечаю в тёмных глазах Гвидо следы буйного веселья. Этот сукин сын нарывается, понимаю я. Он будет специально действовать мне на нервы, пытаясь вывести из себя. Каждый мой враждебный выпад в его сторону будет расцениваться как открытая конфронтация с семейством Росси. Это мне сейчас ни к чему. Проблем хватает. К тому же я по-настоящему заинтересован в поимке отравителя.
Я лишь придвигаю плетёный стул вместе с русской красавицей ближе к своему и по-хозяйски накрываю её колено своей ладонью.
– Эту синьориту зовут Алина.
– Слышал, что она носит твоего ребёнка, – небрежно замечает Гвидо.
– Слухи правдивы. Я оберегаю её и своего наследника так, как не оберегаю ни один свой склад с ценным товаром. И я без всякого промедления пущу пулю в того, кто посмеет положить на неё глаз или сказать что-то непристойное… – говорю, сверля взглядом Гвидо, потому что вижу его заинтересованные плотоядные взгляды, которыми он награждает Лину. – Пущу пулю в живот и брошу в бассейн с пираньями, – продолжаю. – Новое развлечение. Не слышал? Голодные пираньи справляются с телом взрослого мужчины очень и очень быстро…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– У тебя есть пираньи? Не слышал.
– Недавно появились. Подарок от одного друга, – говорю, холодно улыбаясь, как та самая голодная пиранья, заставляя ублюдка отвести взгляд от моей женщины.
Лина лишь прислушивается, но не понимает ни слова из того, что я сказал Гвидо. Потому что мы говорили на итальянском.
Появление Гвидо Росси путает мне все карты. Он будет только мешаться под ногами, надуваясь от важности своей миссии. Тупой, бесполезный кусок мажористого дерьма, годный лишь на то, чтобы зависать в клубах и жрать экстези. Его появление не сулит мне ничего хорошего.
И очень скоро я понял, что был прав…
Глава 6. Лина
Моё проживание в доме всемогущего Леона Моретти навряд ли можно назвать прекрасным. Да, меня окружает роскошь. Интерьер выглядит, как рекламные буклеты успешной жизни или как картинка с экрана телевизора. Мне ничего не приходится делать самой – уборкой, готовкой, стиркой и глажкой занимается прислуга. Мне даже постель не позволяют застелить самой. Поневоле я начинаю чувствовать себя бездельницей.
Обстановка в доме Леона для меня очень давящая. Я испытываю противоречивые эмоции. Всё же я – любовница при живой жене, какие бы отношения не связывали Леона и Фели. Это преступно и низко. Я чувствую себя разлучницей. Особенно когда Фели смотрит на меня ядовитым, обжигающим взглядом. Почти таким же ядовитым, как та отрава, унёсшая жизнь Марио Росси.
Его смерть стала ещё одним испытанием. Для меня в том числе. Зная, что Росси винят меня, я не могу оставаться спокойной. О, какая это глупость. Где бы я пронесла яд, интересно? В промежности? В заднице? Леон трахал меня на пути к поместью и поместил в попку игрушку. Иначе говоря, нет такого тайного местечка на моём теле, куда бы не проник Леон своим толстым стволом или умелыми пальцами. Я вся раскрыта перед ним и доступна.
Чувствуя угрозу, нависшую над головой, я понимаю, что Леон – единственный, кто заинтересован в том, чтобы оставить меня при себе. Его дед, Алонзо Моретти, хочет себе наследника и вроде бы неплохо относится ко мне. Лучше, чем Фели, во всяком случае. Но благополучие семьи для него намного важнее. Если на карту будет поставлено благополучие клана и вопрос войны будет стоять особенно остро, синьор Алонзо, не раздумывая смахнёт меня, словно пешку, и тыкнет пальцем в любую другую девушку, которая родит Леону малыша. Суррогатное материнство – не такая уж большая редкость.
Если меня не станет…
Даже думать об этом страшно. Суровые законы. Безжалостные люди. Им плевать и на меня, и на малыша, которого я ношу под своим сердцем. Кто позаботится о моей Кате, в случае моей смерти?! Странно, но всё больше я думаю лишь о ней, а Серёжа… просто отходит на второй или даже на третий план в моих мыслях. Это так кощунственно и низко с моей стороны, что я заставляю себя вспоминать каждый момент нашего единения и минуты счастья.
Но, как назло, в мысли проникает черноглазый дьявол Моретти, который в последнее время даже нежен со мной. Он умеет ласкать. Осторожно, едва ощутимо, распаляет до невозможности сильно, что я сама умоляю его дать мне больше. Леон начинает с изысканных заигрываний, но всё кончается тем, что он дерёт меня, как суку. Свою суку… Согласную на всё. Даже на игрушку в попке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Моему итальянскому мафиози нравится дразнить меня ею. Он меня готовит и растягивает под свой немаленький размер. Леон соблазняет меня грязными разговорчиками, заставляя замирать от сладкого предвкушения, вынуждая мечтать о непристойных вещах.
