мы это осваивали впервые и было сложно, а сейчас все пойдет легче, мы уже все знаем, так?
Мама радостно кивает и крепко обнимает меня в ответ.
— И Тиму позвоним, пусть приедет домой. Пора семье собраться!
— Согласна, мам!
Беру за руку и легонько сжимаю ее.
— Мамочка, ты давай сразу езжай домой! А я на квартиру, соберу наши вещи и за своей машинкой поеду. Теперь можно и ее вернуть.
Договорившись с мамой и обсудив итоги суда после ее отъезда с адвокатом, понимаю, что мне придется продать свою ласточку, чтобы мама вновь смогла работать. Заплатим штраф, погашу задолженность банку, и еще должно остаться немного. Возвращаюсь на парковку в подавленном настроении, ни на кого не смотрю, и медленно плетусь к машине Любы, которая до сих пор у меня, в голове прокручивая план, как и что лучше сделать.
Краем глаза вижу все те же «гелендвагены», что были здесь и до. Но уже не оглядываюсь на них, не ищу взглядом своего нового знакомого. Сейчас мне плохо и нет до него дела. Я мысленно стараюсь смириться с тем фактом, что свою девочку, свою ласточку я должна продать.
Расстаться с ней. И, скорее всего, в следующий раз, накопив нужную сумму, я уже ее не найду и мне придется брать другую машину.
Загруженная грустными мыслями, выезжаю с парковки, построив маршрут на квартиру Дани.
Мне сигналят и обгоняют «гелендвагены», да и пусть! Вперед! Мне все равно. Сейчас надо съездить на квартиру, забрать все свои вещи и освободить ее, чтобы передать законному владельцу.
Квартира Дани находится в третьем доме нового комплекса элиткласса. И чтобы до него доехать, мне прежде надо миновать первые два. Когда проезжаю второй, меня неожиданно подрезает черный внедорожник марки Mercedes-Benz. Еле успев завернуть в карман, я чудом избегаю столкновения. Сижу в машине Любы, молясь всем богам, что я увернулась, иначе пришлось бы еще ее ремонт оплачивать, а ее немец недешево стоит.
А кто меня подрезал?! Что за козел мажористый?!
На нервах вылетаю из машины с желанием убивать! Жаль, биты нет, а то бы воспользовалась ей!
Водитель не выходит из машины, а все так же перекрывает дорогу. Подхожу ближе и стучусь в окно.
— Ты что творишь, придурок! Зачем создал аварийную ситуацию на ровном месте?!
Дверь открывается, и из нее выходит этот наглый тип.
И таким довольным и хамоватым тоном спрашивает:
— А ты зачем за мной следишь? Думала, я не замечу, раз едешь через две машины?
— Что? — я в шоке, что за рулем этого автомобиля он! А услышав бред, что он несет, еще больше офигеваю.
— Да, да. Я все понял уже о тебе. Притворилась невинной овечкой. «Одного слова благодарности достаточно», — парадирует он меня. — А сама втихаря навела обо мне справки, узнала, где я остановился, и решила проникнуть в жилой комплекс, где я живу? А ты хитрая оказалась. Я уж было чуть не повёлся на твое бескорыстие.
Смотрю на него во все глаза, а от возмущения как будто язык проглотила. Слово в свою защиту произнести не могу. А потом понимаю, что не хочу оправдываться перед ним.
Поэтому достаю из кармана ключи и нажимаю на кнопку закрытия замков и включения сигнализации машины. А после, развернувшись, иду к третьему дому.
Мой путь занимает несколько минут, а машина припаркована на два места — мне плевать! Я очень хочу ткнуть его носом в его же тупость.
Я чувствую его прожигающий взгляд на спине.
«Смотри, смотри, козел! Ты еще меня не знаешь!»
Подхожу к подъезду, прикладываю магнитный ключ, оборачиваюсь к нему, встречаюсь с ним взглядом, а после, показав средний палец руки, захожу внутрь и закрываю за собой дверь.
Глава 5
Хоть я и поставила его на место, а все равно не могу успокоиться. Вот же самоуверенный болван! Удумал, что я за ним шпионю! Оно мне надо?! У меня и без него проблем выше крыши!
Со злостью собираю вещи, кидаю в пакеты, работаю тряпкой, протираю все стены и полы, все поверхности, а так и хочется пройтись этой самой тряпкой по его лицу! Вместо того чтобы решать, что делать дальше, я никак не могу отпустить ситуацию с его обвинениями! Даже успела Любе рассказать, и вроде должно было мое возмущение пройти, но нет.
Уже через два часа после я стою у дверей чисто вымытой квартиры. Ну хоть какой-то плюс от его несправедливых слов! На нервах все вычистила так, что теперь не стыдно и хозяина звать.
Наших вещей тут вышло немного, но два рейса сделать придется. Тем более что машина далеко от моего подъезда.
Беру самую небольшую сумку и спускаюсь вниз. Уже на первом этаже, почти у выхода, мой телефон оживает.
— Аля, привет!
— Привет, Олеж, — это продюсер службы дневных новостей. Пару раз делала репортаж для них, ну и подкатывал он ко мне, правда, но в итоге решили остаться друзьями.
— Слышал, ты работу искала, еще актуально?
— Еще как! Олег, неужели что-то есть? — неужели черная полоса закончилась?
— Да, нужен ведущий утренних новостей, дневных новостей, короче, с пяти утра и до четырех вечера надо быть в студии. Как, справишься?
В уме посчитав, сколько будут платить за такое время на работе, от радости подпрыгнула на месте. А после оглянулась по сторонам: не увидел ли кто моего позорного поведения. Не заметив свидетелей, продолжила свой путь до машины.
— Тогда договорились, завтра пробный эфир. Одежда в студии. Главное, не опаздывай, надо еще подготовиться к эфиру. Будут подключать каждый час к утреннему шоу. Макияж умеренный, волосы распущены и аккуратно уложены, либо собраны в пучок. Будут прямые включения, готовься, все, не подведи.
Отключаюсь и делаю ругой жест: «Yes!».
Наконец-то! Надо побыстрее домой!
Когда захожу обратно в
