в остальном…
Договорить Людмила не успела, заметив в зеркале отражение зашедшего в гостиную жениха. Она отступила назад и в сторону, как бы давая ему доступ ко мне. Евгений замер в нескольких метрах. Стоял напряженный и рассматривал свою невесту. Глаза его в этот момент не выглядели серыми, а, скорее всего, были похожи на черные. Он водил ими по моей фигуре, подмечая, казалось, каждый нюанс, и как бы запоминая.
— Я зря бурно отреагировал вчера на твое… На твои рыжие волосы, — за несколько шагов приблизился и более пристально начал всматриваться теперь в лицо. — Такой ты мне нравишься даже больше. Огненная моя женушка!
— Еще невеста, — проговорила еле слышно, но мужчина разобрал мои слова.
— Вопрос пары часов, — улыбнулся губами, а глаза обожгли каким-то диким блеском. — И да, нам пора выезжать. Где там мой подарок невесте? Подайте сюда, — обернулся к своей свите из пяти военных. Принял от них что-то, и это оказалось шубой из рыжего соболя, развернул ее за моей спиной и, сдернув с плеч белую норку, моментально накинул на них свой дар. — Теперь я не буду беспокоиться, что жена может простудиться на морозе. Пошли, Аглая, нам пора.
Меня посадили в длинный лимузин белого цвета. Туда же порхнули и подружки невесты, а еще на переднем сиденье разместился охранник отца. Жених со своими друзьями направился к похожей машине, но черного цвета. Прежде чем сесть в нее, замер на мгновение у раскрытой для него двери и посмотрел в мою сторону, прищурившись, как будто хотел увидеть меня в салоне отчетливо. Вряд ли ему это удалось. А когда дверь за ним закрылась, оба автомобиля и еще ряд машин с гостями тронулись с места.
Во дворец бракосочетаний мы прибыли за несколько минут до начала церемонии. Евгений проводил, придерживая под локоть, до специальной комнаты для невесты. Усадил на стул и как передал на оставшееся малое время подружкам. Уходить сразу не собирался. Постоял с ними немного, пошутил на какую-то тему и только потом, бросив на меня уже откровенно собственнический взгляд, нехотя покинул комнату, чтобы присоединиться к мужчинам, чьи голоса раздавались в коридоре. И тут я ощутила в душе панику. Сердце начало биться в груди как заполошное. Стало казаться, что даже могла бы чуть не упасть в обморок.
— Что со мной? — пульсировала мысль вместе с болью в виске. — Что делаю? Не хочу. Ничего не хочу. Надо что-то придумать. Должен же быть выход. Я же не вещь какая-то. И мыслить могу. Тогда почему бездействую? — с последним вопросом в отяжелевшей голове начала медленно подниматься со стула.
— Ты куда? Что происходит? — озаботилась моей бледностью Людка. — Тебе плохо? Помощь нужна? Позвать кого-нибудь?
— Тихо. Не шуми, — покачала я на нее головой. — Мне всего лишь надо в дамскую комнату.
— Это должно быть там, — указала мне на неприметную дверь в боковой стене Аня, подружка по университету. — Посмотреть?
— Я сама, — потянула за ручку, оказалось, девушка была права.
— Тебе помочь? — в спину дышала Людмила. — С платьем и прочее…
— Не стоит. Сама справлюсь.
Зашла в просторное помещение, выложенное красивой плиткой, и заперла за собой дверь на замок. Вроде стало легче — уже оттого, что никого не было рядом. Но долго находиться здесь, понимала, не смогла бы — народ начнет беспокоиться, стучать. Осмотрелась по сторонам и заметила не только дверь туалетной кабинки, а и еще одну. Подошла, чтобы понять, куда она вела. Приоткрыла щелку, заглянула в нее, рассмотрела короткий пустой коридор. Вышла в него, повертела головой. В двух его концах тоже было по двери, много шире той, в которую сейчас проскользнула. Наугад приблизилась к правой. За ней слышались голоса. И открывать не надо было, ясно, что там толпились гости, ожидающие свадебной церемонии. Значит, мне там ничего не светило хорошего.
Я развернулась в противоположную сторону и поспешила к другой двери. Вот за ней раздавались звуки гораздо интереснее предыдущих. Вроде как слышна была улица. Потянула за ручку, та начала поворачиваться, дальше щелчок, и дверь открылась. Чуть приоткрыла ее и высунула голову, чтобы рассмотреть задний двор и отчетливо расслышать проезжающий где-то рядом городской транспорт: так «чихают» иногда автобусы. Выбралась на площадку перед дверью и аккуратно прикрыла за собой створку. Ноги мои в туфельках на высоком каблуке стояли на дорожке, очищенной от снега. Она вела к мусорным контейнерам, поворачивала налево и исчезала за углом здания. Надела плотнее шубу, засунув руки в рукава, застегнула ее и заметила, что длинные полы почти полностью скрыли от посторонних глаз белое свадебное платье. Дальше запустила руки в прическу и открепила от нее фату.
— А я, оказывается, настроена решительно, — нашла в себе силы подбодриться улыбкой.
Дальше скомкала в руках воздушное кружево фаты и засунула в карман. Но делала это уже на ходу. Еще минута и вышла, обогнув угол здания, на оживленную улицу. Место было узнаваемо. Поняла, что через несколько метров, за еще одним поворотом глазам откроется площадь. Именно на нее выходили двери ЗАГСа. Это значило, что некоторые из гостей могли выйти, например, покурить и заметить меня, когда стала бы проходить сейчас мимо. От этой мысли ссутулилась, но упрямо продвигалась вперед. Шаг, еще, метр за метром продвигалась к своей цели. Куда шла? Совсем четко мыслить не получалось, но осознала, что хотела оказаться в известной мне кофейне на противоположной стороне площади. И мне это удалось сделать беспрепятственно.
Уже когда опустилась на стул за свободный столик у окна, выдохнула с облегчением. Что стала бы делать в дальнейшем, пока не задумывалась. Мне просто хотелось оказаться здесь, вдалеке ото всех и, главное, от свадьбы. Вот точно, что не желала делать, так это становиться женой Евгения. И теперь, вроде бы, избежала этой участи, но оставался очень важный вопрос. А что потом? Вот он-то и не давал расслабиться. А еще наблюдение за дверями ЗАГСа. С моего места они хорошо просматривались, но там пока ничего особенного не происходило.
— Можно присесть за ваш столик? — обратился вдруг ко мне мужчина с кружкой кофе в руках. — У вас свободно?
Да, разумеется, но я с удивлением и немного с раздражением окинула взглядом помещение кофейни, как бы давая понять, что свободных мест здесь было в избытке, в том
