Китаянка обиженно нахмурилась, став похожей на волчонка.
— Я же сказала тебе — уйди к себе, By Сан! — повторила Розина, мысленно отметив, что девчонка тоже дьявольски упряма.
— Но почему? — спросила китаянка, метнув плотоядный взгляд на Хиггинса, который потихоньку онанировал.
— Чтобы остаться целой и невредимой, дура! Уходи, пока он не исполосовал тебя кнутом! — крикнула Розина.
By Сан неохотно слезла с кровати. Но Хиггинс схватил ее за руку и заставил сесть на место, с угрозой промолвив:
— Сиди тихо и не дергайся, крошка! Если ты будешь умницей, то я, возможно, дам тебе отведать этой сахарной головки.
Он погладил себя по своему банану и ущипнул девчонку за торчащий сосок. By Сан впала в транс и уставилась на его топорщащуюся мужскую гордость. Хиггинс направил ее на Розину и повторил:
— Соси!
Атмосфера в спальне наэлектризовывалась. По спине Розины побежали мурашки. Пристальный взгляд By Сан, устремленный на пульсирующий пенис Хиггинса, похоть, читавшаяся на ее сосредоточенном желтом лице, ее блестящая от обильных соков пушистая киска и тугие сиськи красноречивее слов говорили, что медлить с минетом нельзя, иначе эта девчонка опередит ее и первой вцепится зубами в головку члена Хиггинса. Ноздри китаянки чувственно раздувались, глазки похотливо блестели, и она уже облизывала розовым язычком свои пухленькие губки.
Розина сделала глубокий вдох и сомкнула губы на побагровевшей головке Хиггинса. От солоноватого привкуса выступившей на ней капельки у нее запершило в горле. Она сглотнула слюну, и у нее свело живот.
Хиггинс удовлетворенно погладил ее по голове, вогнал ей член в рот по самую мошонку и ободряюще промолвил:
— Продолжай, крошка! Покажи By Сан, как нужно правильно работать языком.
Пока Розина откашливалась, а потом облизывала его мошонку и ствол члена, By Сан нетерпеливо ерзала на кровати и теребила пальчиками соски. Хиггинс начал ритмично двигать тазом, и Розина, сжав член в руке, принялась усердно его сосать. От напряжения она зажмурилась и даже слегка вспотела. Нахождение в оральной полости мужского полового органа всегда повергало ее в волнение. Она встала на колени, и в ее теплое влажное влагалище хлынула струя воздуха.
Хиггинс извлек вибратор у нее из ануса, похлопал ее ладонью по спине и спросил:
— Не пора ли нам преподать твоей гостье еще один наглядный урок? Похоже, ты вполне готова продемонстрировать ей свое искусство. Не так ли? — Он обвел пальцем анус и ловко просунул его в задний проход.
Розина содрогнулась и хрипло ответила:
— Да!
Хиггинс извлек палец из ануса, уложил ее спиной на кровать и, резко согнув ей ноги в коленях, положил ступни на свои плечи. Розина снова зажмурилась, приготовившись ощутить наконец в себе его колотушку. Однако он снова занялся мануальным массажем ее заднего прохода. Розина застонала. Он укусил ее в шею и вогнал палец в анус до упора. Резко взвизгнув, Розина завертелась юлой. Хиггинс рассмеялся и спросил:
— Тебе не терпится почувствовать в своей ненасытной киске моего дракончика? Ты соскучилась по нему, верно?
— Ублюдок! — выдохнула она. — Я тебя ненавижу!
Он провел головкой пениса по ее росистой расселине.
Она сжала мошонку в руке и укусила его за плечо.
— Ах вот ты как! — вскричал он и, больно ущипнув ее за соски, оттолкнул от себя. — Тогда найди себе другого мужчину.
Но Розина крепко обхватила его торс ногами и, ухватив его за член, взмолилась:
— Не покидай меня, я пошутила! Ты мне нужен!
Он самодовольно рассмеялся и, резко ударив ее руками по бедрам, высвободился из ее объятий. Она упала на спину рядом с By Сан. Хиггинс сжал пальцами ее бедра. Розина зажмурилась и заскрежетала зубами. Он встал на колени и впился ртом в ее анус. Розина завопила:
— Негодяй! Я тебя ненавижу!
Он просунул в анус язык. Она содрогнулась, как от удара током. Хиггинс подразнил ее анус языком еще немного и стал облизывать ее распухшие от вожделения наружные половые губы. Она застонала и замотала головой, мышцы ее напряглись, ей стало трудно дышать. Он стал облизывать ее клитор.
— Ради Бога, Хиггинс! — хрипло воскликнула она. — Трахни меня поскорее!
Ей не терпелось ощутить в себе его горячую твердую мужскую плоть и насладиться моментом семяизвержения. Оральный секс с мужчиной лишь заводил ее, но не приносил удовлетворения. Глядя в зеркало на потолке, она видела свои торчащие соски и голову Хиггинса, склонившегося над ее промежностью. Сидевшая рядом с ним китаянка самозабвенно мастурбировала.
Розина стала подпрыгивать на матраце, ища более тесного соприкосновения со ртом своего истязателя. Но он крепко прижимал ее бедра к плечам и тем самым сковывал движения. Утробно урча, Розина начала вертеть задом.
Язык Хиггинса глубже проник в ее влагалище. Она закрыла глаза и прохрипела:
— Гнусный садист! Прекрати меня мучить! Будь мужчиной!
— Ты еще не готова к совокуплению, глупышка, — промычал Хиггинс, обдавая клитор своим жарким дыханием. — Лежи спокойно! Иначе я накажу тебя! — Он больно хлопнул ее ладонью по попке, просунул язык ей в анус и легонько укусил за самое чувствительное местечко.
Розина радостно взвизгнула и подалась лобком вперед. Хиггинс начал лизать, сосать, жевать и грызть ее передок, доставляя тем самым ей неописуемое блаженство. Розина пищала, как уличная кошка, и сучила в воздухе ногами Лоно ее переполнилось соками, она почувствовала, что оргазм вот-вот сотрясет ее всю до основания, и вскричала:
— Чтоб ты сдох, Хиггинс! Я сейчас кончу!
Он отшатнулся и встал. Оргазм, казавшийся ей еще мгновение назад неизбежным, стремительно отдалился.
— Нет! — завопила она.
Хиггинс склонился над ней, угрожающе помахивая фаллосом, и молча посмотрел ей в глаза. Парализованная его взглядом, она шире раздвинула согнутые в коленях ноги и захлопала глазами. Хиггинс еще немного посмотрел на нее, покосился на By Сан и злорадно ухмыльнулся. Китаянка лукаво улыбнулась и потупилась.
У Розины похолодело на сердце и тревожно заныло в анусе.
Хиггинс медленно провел указательным пальцем по смуглой щеке юной китаянки. Она раскрыла ротик и стала сосать палец. Хиггинс посмотрел на промежность Розины и покачал головой. По щеке Розины покатилась слеза, ей стало досадно.
— Почему? — выдохнула она. — Ну почему ты такой жестокий?
— Ты нуждаешься в хорошем уроке, Розина. В последнее время ты стала задирать нос. Тебе нужно научиться уважать мужчину. Нельзя быть такой самоуверенной и строптивой.
— Ах вот как? — Розина задохнулась от охватившей ее злости. Этот негодяй довел ее до экстаза и бросил в самый решительный момент. Неужели он уже не подвластен ее женским чарам? Ведь еще ни один мужчина не устоял перед ее дамскими прелестями и не смог удержаться при виде ее соблазнительного лона, полных и тугих грудей с торчащими сосками, аппетитных мясистых ног, крутых бедер и шелковистых волос, рассыпавшихся по покатым плечам. Обычно все ее любовники теряли разум, почувствовав головокружительный аромат ее нектара и увидев, как блестит ее клитор, возвышающийся над таинственной расселиной, сулящей сказочное удовольствие тому, кто осмелится войти в нее. Хиггинс же только цинично ухмылялся, расставив ноги и подбоченившись. Он словно бы говорил ей всем своим видом, что ему наплевать на все ее ухищрения. Его громадный фаллос кивал головкой, как бы подтверждая ее догадку.
