В конце концов Эбенезум чихнул прямо на прибор, и тот развалился на части.
– Клянусь Голоадией! — воскликнул он. — Да неужели я теперь даже самые простые заклинания не могу себе позволить?! — Он как-то сразу постарел и осунулся. — Убери эти обломки, Вунт. Придется идти на прямой контакт. Где герцог?
Я объяснил, что герцог исчез.
– Так! Что же дальше? — Эбенезум оглянулся и посмотрел в сторону леса. Его серые глаза расширились. Он торопливо высморкался. — Вунт! Вытряхивай все вещи!
– Что? — Совершенно сбитый с толку подобной спешкой, я тоже посмотрел в сторону леса и увидел… ЭТО. На нас надвигалась черная стена, нечто вроде непроницаемого плотного облака. Оно простиралось от неба до самой земли и, приближаясь к нам, оставляло за собой сплошную черноту. Такая живая черная занавеска.
– Кто-то играет со страшными силами, — промолвил Эбенезум, — с силами, величия которых не понимает. Сказано, Вунт, вытряхивай!
Все, что было в котомке, я вытряхнул на землю. Эбенезум порылся в наших пожитках, отбросил в сторону несколько волшебных книг и незаменимых инструментов и наконец нашел маленькую поблескивающую коробочку цвета воробьиного яйца.
Волшебник победоносно чихнул и бросил коробочку мне.
– Скорее, Вунт! — воскликнул он, одновременно сморкаясь. — Возьми порошок из коробочки и разбросай его по одной линии вдоль склона холма! — Он указал на каменистый выступ на краю леса и, поминутно чихая, стал карабкаться вверх по склону.
Я поступил так, как велел учитель, и, увидев, что неровная голубоватая линия повисла над длинной гранитной глыбой, обернулся в сторону леса: живая тьма была уже совсем близко. Свободной от нее оставался теперь только самый край.
– Беги, Вунт!
Я рванул вверх по холму. Волшебник, выкрикнув несколько отрывочных слогов, следовал за мной. Добежав до вершины, он споткнулся и зашелся в чихе.
Сзади уже наступала тьма. Живая пелена укрыла мраком весь лес, и щупальца этой черной гидры уже тянулись к холму, подобно множеству жадных рук. Но пунктирная голубая линия, повисшая в воздухе, преградила темноте путь, и та остановилась.
За моей спиной что-то шевельнулось, как будто подул легкий ветерок. Оглянувшись, я увидел Эбенезума, который хоть и чихал, но на ногах стоял твердо. Одной рукой он зажимал себе нос, другой — указывал на небо. По мановению свободной руки волшебника легкий ветерок превратился в ветер, а потом в ураган, который устремился вниз по холму и прогнал темноту туда, откуда она пришла.
Через минуту ветер стих, а клочья тумана, что висели над лесом, растаяли под ярким полуденным солнцем. Мой учитель тяжело опустился на землю, хватая ртом воздух, как будто весь недавний ураган он выдул из собственных легких.
– Хорошо еще, что тот, кто наслал этот дьявольский туман, слаб духом. А иначе бы… — Волшебник красноречиво высморкался и договаривать не стал.
Под нами, на краю леса, показалась маленькая фигурка. Это был герцог.
– Я слишком устал, чтобы сражаться с драконом, — сказал Эбенезум, все еще тяжело дыша. — Придется тебе, Вунт.
Судорожно сглотнув и подняв с земли упавшую книжку «Разговорник драконьего языка», я посмотрел на Гурнскую Башню. Она была в какой-нибудь сотне ярдов от нас, на вершине холма. Из окон клубами валил дым, то и дело вырывались языки пламени. И еще: теперь, когда мы стояли совсем близко, я расслышал тихое погромыхивание, которое как фон сопровождало все остальные звуки, а временами переходило в тоскливый рев.
Хлебну я с этим драконом!
Герцог вцепился мне в рукав:
– Дракон! Бежим! Бежим, пока целы!
– Бежать надо туда, — сказал Эбенезум. — Впрочем, загляни-ка в книгу, Вунт. Вдруг тебе удастся поговорить с драконом прямо отсюда.
Волшебник стряхнул герцога со своего рукава:
– Если вы, милейший, угомонитесь хоть на минуту, мы постараемся спасти ваш дом и вашу дочь. Честно говоря, я считаю, жаловаться вам не на что. Большинство людей не выжили бы, случись им столкнуться с таким бедствием, какое произошло недавно в лесу. Как вам удалось продраться сквозь чары могущественных сил, которые здесь поработали, — выше моего… — Тут Эбенезум осекся. Он приподнял бровь и, внимательно глядя на герцога, в раздумье погладил бороду.
В замке опять загрохотало. Я открыл разговорник, который так и не выпускал из вспотевших рук.
Лихорадочно перелистав страницы и наконец найдя фразу, которая подходила к случаю: «Извините, можно с вами переговорить?» — самым громким голосом, на какой только был способен, я выкрикнул драконскую абракадабру:
– Ж-ж-ж грах! Шуба-дуба ж-ж-ж!
Из замка мне ответил низкий вибрирующий голос:
– Будьте добры, говорите на нормальном языке. Что же касается комода, о котором вы меня только что спросили, то, боюсь, у меня его нет.
Я с облегчением захлопнул разговорник. Сегодня мне везло: этот дракон — нормальный человек и говорит по-нашему!
– Не верьте ему! — заверещал герцог. — Всем известно: драконы очень коварны!
Эбенезум покачал головой:
– Осторожно, Вунт. Кое-кто здесь и впрямь очень коварен. — Он повернулся к герцогу. — Это вы, милейший!
– Я? — Оскорбленный владелец здешних мест попятился ко мне. Эбенезум двинулся за ним.
Опять они собираются повздорить! Но мне было не до перепалок. Готовый сразиться с драконом за мою красавицу, я крепко сжал в руке посох.
Спрятавшись за мою спину, герцог вновь обрел присутствие духа:
– Давай, волшебник! Вперед! Бей драконов!
– О нет, только не волшебник! — застонали из замка. — Сначала попадаешь в эту башню как кур в ощип, потом приходится брать в плен красавицу, а теперь еще, здрасьте пожалуйста, — волшебник! Какая тоска! Неужели ни у кого здесь нет ни капли фантазии?
Я подошел к тяжелой дубовой двери и пнул ее ногой. Она легко открылась, я шагнул внутрь и столкнулся нос к носу с драконом.
Он стоял на задних лапах и внимательно меня разглядывал. Дракон оказался совершенно таким, каким его описал герцог, даже красивее. В синей с фиолетовым чешуе, двадцати пяти футов длиной, с крыльями, которые задевали за потолок. Единственное, что герцог упустил в своем описании, — большой зеленый цилиндр на голове дракона.
Ее я увидел мгновением позже.
Она стояла сбоку и чуть впереди гигантского земноводного и была прекраснее чем когда-либо.
– Вунтвор, а ты что здесь делаешь? — спросила она.
Откашлявшись, я стукнул посохом в каменный пол:
– Я пришел освободить тебя!
– Освободить? — Она посмотрела на дракона. Тот заурчал. — Значит, отец и до тебя добрался!
Сзади послышался визгливый голосок герцога:
– Я предупреждал! Теперь дракон испепелит всех!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
