– Ага! Я вижу, вы включили в счет поломанный стол. Что ж, это справедливо. Вам следует обратиться к тому, кто его сломал. Я думаю, он теперь постоянно проживает в Голоадии. Позвольте…— Учитель разгневанно ткнул пальцем в один из пунктов. — Девяносто шесть галлонов лимонного крема? И вы осмеливаетесь предъявлять нам… — От гнева Эбенезум лишился дара речи.
Химат пожал плечами:
– Но кто-то же должен это оплатить.
– Да уж. — И тут волшебник заговорил таким ровным, не предвещающим ничего хорошего голосом. Мне еще не приходилось видеть учителя в такой ярости. На всякий случай я отошел подальше. — Вот что я вам скажу и дважды повторять не стану, — сообщил Эбенезум. — Как бы вам понравилось, если бы вас превратили, например, в лягушку?
– В лягушку, — как зачарованный повторил Химат и принялся внимательно изучать свои ступни. Может быть, прикидывал, как они будут выглядеть с лягушачьими перепонками? Потом он поднял глаза и посмотрел на Эбенезума, находящегося во всеоружии своего волшебства. — В лягушку… — сказал он еще раз и выхватил у Эбенезума листки. — Ну, возможно, сюда вкралось несколько ошибок. Наши бухгалтеры иногда действительно проявляют излишнее рвение. Я лично проверю счета.
– Очень вас прошу, проверьте, — сказал Эбенезум уже гораздо более миролюбиво. — И еще, мы, разумеется, возьмем с собой Снаркса.
– Вы забираете Снаркса? — Лицо Химата опять побагровело. — Вы мне откровенно недоплачиваете, да еще и лишаете меня лучшего помощника? Чтоб вы знали, я…
– Я думаю, кувшинки на пруду в это время года просто чудесны! — прервал его Эбенезум.
– Кувшинки… — Химат снова побледнел. — Как видно, я слишком долго пренебрегал своим обетом молчания. Пора мне исполнить свой священный долг. Да, прямо сейчас. — И Химат плотно сжал губы.
– Я всегда уважал верующих, — заметил Эбенезум.
Подошел Хендрик, который уже взял на буксир Снаркса.
Низкорослый демон снял свой капюшон.
– Они правы, дружище Химат, — сказал он. — Я понял, к чему идет, еще до того, как меня выгнали из Голоадии. Кое-кому из демонов там, внизу, надоело прозябать под землей. Им бы хотелось оккупировать и поверхность земли тоже. Подобные настроения с каждым днем встречают все большую поддержку среди демонских масс.
– Истинная правда! — подтвердил Эбенезум, который предусмотрительно отошел на почтительное расстояние от Снаркса. — Мы с учеником во время нашего путешествия в Вушту не раз наблюдали проявления повышенной волшебной активности, и она имела последствия. Поэтому мы четверо: Вунтвор, я, Снаркс и рыцарь Хендрик — должны поспешить в Вушту. Во-первых, мне нужно туда по личному делу. А теперь прибавилась и еще одна причина: я должен предупредить коллег в Университете Волшебников и помочь подготовиться к предстоящей вскоре грандиозной битве.
Химат молча кивнул.
– Итак, собираешься соблюдать обет молчания? — спросил Снаркс. — Что ж, правильно, а то иногда ты слишком много болтал. И знаешь, дружище Химат, тебе бы тоже не помешало сбросить несколько фунтов. Я уже не говорю о… тв лж пр лбк!
Хендрик вовремя накинул капюшон на голову Снарксу.
– Проклятие, — произнес рыцарь.
Химат прямо лопался от желания что-то сказать, но посмотрел на Эбенезума и решил, что не стоит.
– Мы ценим ваше благоразумие, — похвалил Эбенезум. — Учитывая серьезность ситуации, мы взяли на себя смелость позаимствовать повозку и лошадь из вашей конюшни. О, не бойтесь! Мы их у вас возьмем всего лишь на несколько месяцев! Ну разумеется, если на нас не нападут демоны. Знайте, мы все четверо очень благодарны за вашу жертву. Это сильно облегчит нам путь в Вушту. — Волшебник протянул руку в сторону кухни. — Вунтвор, пойди возьми два мешка с провизией, которые я приготовил.
Я пошел выполнять, изо всех сил стараясь не обращать внимания на Химата, лицо которого опять приобрело цвет закатного неба перед ветреным днем.
Итак, наш путь лежал в Вушту, город тысячи запретных наслаждений, город, который оставляет на человеке метку на всю жизнь. Уже не помню, когда я в последний раз был в таком хорошем настроении. Мы ехали в нашей повозке по лесу, шел мелкий дождичек, прохладный и освежающий. Я правил и напевал себе под нос. Так как я вырос на ферме, то прекрасно умел управляться с животными.
Эбенезум сидел рядом со мной. Видно было, что волшебник все еще не отдохнул. Он то и дело клевал носом, но дорожная тряска все время будила его. Как всегда мрачный, Хендрик устроился сзади нас. Снаркс сидел еще дальше, под навесом. Время от времени он начинал шебуршиться в своих тряпках.
Из кустов донесся леденящий кровь вопль. Секунду спустя прямо на нас выскочил человек в одной набедренной повязке, босиком и с кинжалом в руке. На тропинке он споткнулся о камень, упал, да так, что напоролся на свое собственное оружие.
– Еще один наемный убийца, — равнодушно заметил я, объезжая тело.
– Да уж, — отозвался Эбенезум. — Но это вселяет надежду, не правда ли?
Так и было. Эбенезуму удалось наконец заснуть. Я правил, и наша повозка катила в Вушту, навстречу судьбе.
Как все-таки удивителен этот мир!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
