И все девять голов улыбнулись. Мне пришло в голову, что, должно быть, раздирание на части — их любимое развлечение.
Хендрик ответил:
– Перед тем как вы раздерете меня на части, вы отведаете Головолома!
Головы все как одна засмеялись. Звук получился совсем не радостный.
– Правда? — глумливо спросила одна из голов, та, что торчала посредине этой отвратительной компании. — Только после вас! — подхватили оставшиеся головы.
Все девять ртов разом разинулись и издали общий вопль. Ничего подобного этому воплю я никогда не слышал. Он напоминал предсмертный крик сотни птиц или визг тысячи грызунов, которых давят ногами. Звук нахлынул на нас как гигантская волна с Великих Морей и отшвырнул меня от Хендрика. Мне показалось, что он сдерет с меня кожу и плоть и оставит одни кости. Я сообразил, что, хотя Сборщики и явились целенаправленно за Хендриком, им ничего не стоит прихватить заодно и нас.
Звук заполнил мою голову. Все, что я мог, — это кричать от ужаса. Чудовища надвигались: месиво из клыков, зубов, когтей и еще каких-то острых как бритва, длинных штук — не то хвостов, не то чего-то еще, чему нет названия.
Я все-таки собрался с духом и поднял свой посох. Может, удастся снести хотя бы пару голов, до того как они меня прикончат? Я прекрасно видел, что происходит вокруг. Время замедлилось, позволяя мне неспешно рассмотреть, что делают мои товарищи по несчастью, а также немного поразмыслить о прожитой жизни.
Мрачный безмолвный Хендрик стоял с дубинкой наготове. Снаркс откинул с лица капюшон и взирал на приближающихся чудовищ с глубоким презрением. Недобрый у него глаз, подумал я. Хорошо бы от Снаркса у этих тварей сделалось несварение! Химата я увидел, лишь когда Хендрик отошел в сторону, потому что отшельник прятался за его спиной.
Звук достиг предельной высоты. Мне показалось, что мои глазные яблоки еще глубже втянуло в глазницы. Чудовища были уже совсем рядом, их слюнявые пасти находились как раз на расстоянии длины посоха от меня. Я изготовился к удару.
И тут сквозь невыносимый вой я расслышал заклинания, то и дело прерываемые чиханьем.
Между тем демоны уже вопили не столько от ярости, сколько от страха. Головы перегрызлись между собой, пустив в ход клыки и когти. Брызнула темная смрадная жидкость — кровь демонов.
У нас над головами послышался раскат грома, и Сборщики Ужаса исчезли.
– Проклятие, — пробормотал Хендрик.
В конце коридора на полу сидел волшебник. Глаза его были прикрыты, он трудно и часто дышал. Эбенезум еще далеко не восстановил силы. Тем не менее своим волшебством он опять спас нас от смерти.
Сообразив, что тоже мог бы применить колдовство в схватке со Сборщиками Ужаса, я тупо посмотрел на свой посох. Привычка использовать против демонов одну лишь грубую силу сыграла плохую услугу: мне даже в голову не пришло обратиться к магии. Конечно, я знаю всего-навсего несколько заклинаний, а дождь из дохлой рыбы вряд ли сильно испугал бы Сборщиков Ужаса. Но можно было попробовать и что-нибудь еще. В любом случае заклинания принесли бы больше пользы, чем простая деревяшка. Пора наконец научиться думать, как подобает волшебнику.
Эбенезум застонал и окончательно сполз на пол.
– Хендрик, — обратился я к рыцарю, который все еще тупо смотрел на то место, где минуту назад были Сборщики Ужаса, — помогите мне отнести учителя в нашу комнату. Эбенезуму нужен отдых.
– Прошу прощения, — раздался вежливый голос.
Я повернулся раньше, чем успел о чем-либо подумать. Все мое существо еще пронизывал страх после недавней встречи с демонами. Я изо всех сил ударил Киллера посохом в плечо. Посох разлетелся на кусочки, будто бы был стеклянный. Обломки посыпались на пол. Киллер, похоже, даже не заметил удара.
– Прошу прощения, — повторил он. — Кажется, наконец пришло время представиться друг другу как следует. Если наших друзей, — он ласково улыбнулся рыцарю и обессилевшему волшебнику, — зовут Хендрик и Эбенезум, то, стало быть, вы — Вунтвор?
Я не ответил. Мой язык будто прирос к гортани.
– Ну-ну, полно! — успокоил нас Киллер. — Деловые отношения вовсе не мешают нам остаться друзьями. Я очень разумен и покладист. Вы и представить себе не можете, какая у вас будет интересная смерть! Вы удивитесь тому, какой у нас богатый выбор!
Почему-то утешения Киллера на меня не слишком подействовали.
– Есть, конечно, народные средства: удавить, отрубить голову, посадить на кол, задушить… Такая, знаете ли, классическая смерть. Но наш арсенал включает в себя и новейшие способы убийства. Возьмите, к примеру, способ «Тролль и Пастушка». Кстати, он очень популярен.
Терпение Хендрика кончилось. Его лицо, и всегда румяное, теперь прямо побагровело от гнева, а костяшки пальцев, наоборот, побелели — так сильно он сжал в руке Головолома.
Не издав ни звука, он бросился на Киллера. Головолом, как ему и положено, должен был раскроить Киллеру череп, но тот ловко подставил кулак. Когда дубина и кулак встретились, раздался стук, как будто камень ударился о камень.
Киллер улыбнулся и подмигнул Хендрику, дуя на руку:
– О! Достойный противник. Славно развлекусь сегодня!
– Проклятие, — коротко ответил Хендрик, и дубина засвистела в воздухе.
Следующий удар Киллер отбил открытой ладонью — звук был, точно маленький камешек ударился о булыжную мостовую. Киллер, в свою очередь, нацелился ногой в защищенный доспехами живот Хендрика, но его нога вместо живота рыцаря встретила Головолома. Раздался треск, словно дерево в лесу сломали.
Дилер Смерти понадеялся на свои мощные кулаки, но Головолом всякий раз оказывался проворнее кулака. Казалось, дубина стала частью тела рыцаря, еще одной рукой, и удвоила его мощь.
Или, вернее было бы сказать, что теперь дубина руководила человеком. Хендрик всегда был несколько медлителен. Теперь же Головолом так и мелькал в воздухе, отражая удары Дилера Смерти, а сам великан приплясывал и выделывал сложные пируэты, переходя от глухой защиты к рискованной атаке, чтобы тут же снова уйти в защиту. Казалось, пока волшебная дубина у него в руках, он и сам заговорен. Дилер Смерти был очень квалифицированный убийца. Но тут он столкнулся с волшебством.
Как бы там ни было, Киллер явно получал удовольствие от битвы. Он смеялся, получив в очередной раз дубинкой, и лицо его озарялось по-детски невинной улыбкой.
– Урр-ахт против волшебства! — воскликнул он наконец. — Это честная игра, но, по-моему, пора сменить правила!
Он засмеялся, отпрыгнул в сторону, приземлился на руки, потом опять на ноги и оказался за спиной у рыцаря. Хендрик тут же развернулся, чтобы защищаться, но Киллер уже стоял над лишившимся чувств Эбенезумом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
