– Да уж я думаю! — понимающе кивнул Эбенезум. — Ведь ваше призвание имеет отношение к спецзаданию, верно?
Киллер пнул ногой останки столика:
– Сразу видно, что вы человек понимающий. Я подписал контракт с королем Урфу, согласно которому я должен убить одного волшебника и двух его спутников. — На широком костистом лице Киллера появилась мрачная улыбка. — А когда моя секта подписывает контракт, то дивидендами обычно являются трупы. — Он сделал несколько странных движений рукой, как будто намеревался проломить стену, но вовремя остановился. — Извините, когда речь заходит о моем призвании, я всегда очень волнуюсь.
– Это так понятно, — сказал Эбенезум, усаживаясь в плетеное кресло — единственный предмет обстановки, сохранившийся в комнате после упражнений Киллера. — Но вот что я хотел бы узнать из чистого любопытства: как подписываются такие смертельные договоры?
Дилер Смерти лучезарно улыбнулся:
– Тут главное — не продешевить. Это высшая премудрость, которой учит моя секта.
– Да уж! Должно быть, непросто торговаться с особой королевской крови.
Киллер кивнул.
– Особенно с такой особенной особой, как Урфу, — продолжал Эбенезум. — Я слыхал, что он с большой неохотой развязывает свой кошелек.
– Он, несомненно, деловой человек. Но мы, Дилеры Смерти, еще сметливее. После того как я убью волшебника и его двух помощников, один из которых очень молод, а другой очень толст, я должен вернуться к Урфу и отдать ему всего лишь десять золотых слитков.
Мы с Эбенезумом воззрились на Киллера. Так вот, значит, за какую цену Урфу, этот самый прижимистый из монархов, нанял квалифицированного убийцу!
– Да, я очень выгадал, — похвалялся Киллер. — Урфу взял с меня всего лишь по слитку золота за каждого из троих. А ведь такая работа стоит гораздо дороже!
– Да уж, — тихо сказал Эбенезум. — Так значит, вы заплатили Урфу за то, что он заказал вам убить трех человек?
– Ну да, таковы условия нашего контракта. — Уголки рта Киллера скорбно опустились. — А что, разве это не так делается? Вы хотите сказать… — Он нахмурился и глубоко задумался, потом расстроенно топнул ногой. Комната содрогнулась. — Откуда мне было знать? Курс обучения уже подходил к концу. Можно же и недоучить кое-чего напоследок, верно? Я знаю все правила, только со сложением и вычитанием у меня путаница. Я плачу ему, он платит мне, какая разница! Контракт есть контракт. Вся эта торговля не имеет ничего общего с моим призванием!
И Киллер в сердцах ударил кулаком в потолок. На потолке остались вмятины от костяшек его пальцев.
– Здесь тесно, — сказал Киллер. — Вернусь к обеду, — и вышел вон.
Подождав, когда Киллер отойдет подальше, я осведомился у волшебника, что же он задумал.
– Есть несколько видов проблем, Вунтвор, — ответил Эбенезум. — Есть маленькие, которые случаются каждый день. С ними легко справиться. Есть проблемы побольше. Чтобы разрешить их, надо подумать и составить план. И наконец, бывают проблемы столь огромные, что единственный путь с ними справиться — это совершенно не обращать на них внимания и спокойно заниматься другими делами. Наш друг Киллер — проблема именно из этой категории.
Как он мог быть так спокоен?
– Но разве мы не должны бежать как можно скорее?
– Если мы убежим, он тут же поймет, кто мы. Нам безопаснее быть его друзьями. Дело в том, что мне известно о его секте больше, чем он думает. Их еще называют Урр-ахт.
– Урр-ахт?
Эбенезум кивнул:
– Да, это звуки, которые обычно издает жертва, завидев убийцу. Собственно, это последнее, что она, жертва, произносит.
– Урр-ахт, — повторил я. Слово застряло у меня в горле ледяным комком.
– Очень квалифицированные убийцы, хорошо обученные, искушенные в делах душегубства. Они до конца отдают себя своей профессии, так что в их жизни больше ничему не остается места.
Я взвесил слова учителя:
– Вы имеете в виду, что они все… слабоумные?
– Ну, не более слабоумные, чем, например, папоротник. Или кристалл кварца. То есть в общем, конечно, да, слабоумные. В чужих ботинках своих ног не узнают. И пока мы ведем себя как не внушающая подозрений пара, а не как беглая троица, на которую нацелен Киллер, мы, я думаю, будем в полной безопасности.
Комната опять содрогнулась.
– Кроме того, — продолжил Эбенезум, — жизнь не так предсказуема, как наш наемный убийца.
Я весь сжался, ожидая большого землетрясения. Но комната сотрясалась совсем по-другому. Это не было похоже на ту дрожь, что мы ощущали последние несколько дней. Толчки теперь стали ритмичными, как будто кто-то целенаправленно пробивал стены. И еще, издалека послышался голос. Он без конца повторял одно и то же слово.
Я не сразу узнал это слово, но, узнав, мгновенно вспомнил и голос. Этот глубокий загробный голос, который отдавался в ушах:
– Проклятие! Проклятие! Проклятие!
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
«Нет ничего более неожиданного, чем правда. Если, например, окажется, что ваши заклинания не действуют на местного дракона, немедленно отправляйтесь к своим работодателям и принесите им свои искренние извинения. Они будут так потрясены вашим притворным смирением, что у вас потом будет сколько угодно времени, чтобы поболтаться без дела. А дракон пока спокойно съест ваших бывших работодателей вместо вас, положив таким образом конец возможным отвратительным сплетням, которые они могли бы распустить о вашей некомпетентности».
«Наставления Эбенезума», том XXXIII
Заслышав далекие, как бы придушенные крики рыцаря, мы с учителем переглянулись. Значит, и Хендрик здесь квартирует! А что, если он нарвется на Дилера Смерти? Особой тонкостью, ни в прямом, ни в переносном смысле, рыцарь никогда не отличался. А что, если он даст и далее повод Киллеру представить нас троих вместе? В конце концов, даже убийца из славной секты «Урр-ахт» не может быть глуп настолько, чтобы не понять, что к чему.
– Пр-роклятие!
Эбенезум тяжело вздохнул. Глаза его были все еще затуманены усталостью.
– Вунтвор, — прошептал он, — иди посмотри, что можно сделать.
И Эбенезум тяжело опустился на пол. Я вышел из комнаты. Мне предстояло найти рыцаря и утихомирить его.
– Пр-ро-оклятие!
О, больше всего на свете я хотел, чтобы Киллер набрел в лесу на целое стадо диких кабанов и не вернулся обратно, пока всех их не передушит! Честно говоря, Хендрик не мог бы лучше обнаружить свое присутствие, даже если бы он нарисовал в коридоре стрелки к своей комнате. Рыцарь крикнул еще раз, и звук задрожал в гулких стенах. Что это он так разорался?
Конечно же, из-за демонов. Я замедлил шаг. Мне уже приходилось вляпываться в самую гущу колдовства. Больше не хотелось. Возможно, здесь больше нужна скрытность, чем спешка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
