– Ваш друг расстроился, — спокойно сообщил он. — Если бы он минутку посидел спокойно и выслушал меня, до него бы, возможно, дошло, что я вовсе не желаю ему зла. Но эти силачи и великаны! Чуть что, сразу в атаку! Естественно, они быстро выдыхаются. Жаль.
Огромный живот Хендрика колыхался, как желе. Вдруг рыцарь с грохотом повалился на пол. Я подбежал к нему. Казалось, он без сознания, и вскоре послышался храп.
– Упорный! — сказал Снаркс, потирая свои зеленые ручки. — Ах, если бы он видел себя со стороны!
Я устало подошел к коротышке демону, держа свой посох наготове.
– Что тебе нужно? — спросил я.
Демон вздохнул:
– То же, что и всякому. Немного любви, уважение ближних. Может быть, совершить что-нибудь особенное за свое краткое существование. Первого и второго, боюсь, мне уже не видать. Из-за моей повышенной правдивости никто не хочет со мной дружить. Ну что вы так вцепились в свой посох? Я совершенно неопасен. Кажется, вы меня меньше боялись, пока мое лицо было закрыто капюшоном?
Демон был прав. Я немного расслабился.
– И вот еще что, — продолжал он. — Вы бы не сутулились так! Это бы очень улучшило общее впечатление.
Кулаки у меня снова сжались.
– Ну вот, я опять за свое! — Снаркс печально покачал головой. — Понимаете, это совершенно от меня не зависит. Мало того что я демон, так я еще и про клятый демон. По-моему, это перебор, вам не кажется?
Демон повернулся и понуро побрел по коридору. Я двинулся было за ним, но… пол опять ушел у меня из-под ног.
Когда земля перестала дрожать, я поднялся на ноги. Новое землетрясение было сильным, но кратким и, кажется, причинило меньше ущерба, чем два предыдущих. Тем не менее мне потребовалось некоторое время, чтобы окончательно прийти в себя.
Снаркс терпеливо ждал меня у следующего поворота. Он зевнул:
– Ну конечно! Я так и знал. Этого еще недоставало!
Но прежде чем я успел спросить, что, собственно, он имеет в виду, как демон пустился в длинные рассуждения о моем цвете лица и о проблемах, которые стоят за этим. Мои руки непроизвольно потянулись к лицу. Не мог я выглядеть настолько ужасно! Что это еще за красное пятно? Где? Есть, есть средства, успокаивал демон, разные настои из трав помогают даже в таких запущенных случаях, как у меня. Снаркс на себе испытал одно снадобье. За несколько дней ему удалось избавиться от прыщей на физиономии и плюс ко всему в качестве побочного эффекта он заполучил чудесный зеленоватый оттенок кожи.
Наконец-то мы дошли до кельи Снаркса. К тому времени единственное, чего мне хотелось, — это засунуть голову в мешок. Но когда демон оделся, мне удалось собраться с мыслями. Тут речь шла кое о чем поважнее некрасивых пятен на лице. Я должен отвести этого не в меру правдивого субъекта к учителю. Эбенезум уж сообразит, что с ним делать.
Я сказал Снарксу, что нам надо увидеться с волшебником.
– Хорошо! — ответил демон. — Лучше, если вы тоже будете со мною честным до конца. Око за око, как говорится. Кроме того, поверьте, правда значительно облегчает общение. — Демон говорил и одновременно одевался. — Одну минутку. Сейчас я буду готов к встрчс влшбнк.
Капюшон снова полностью скрывал лицо Снаркса.
Я взял демона за ту часть тела, которая показалась мне рукой, и вытащил из комнаты. Чем скорее мы увидим Эбенезума, тем скорее я смогу забыть о своей проблемной коже.
– Проклятие! — донесся жалобный стон из того коридора, где мы оставили Хендрика.
Стараясь держаться между ним и Снарксом, я подошел к упавшему рыцарю; тому, правда, уже удалось привести себя в сидячее положение.
– Прокля-а-атие! — Хендрик потянулся за своей волшебной дубинкой, но Головолом был вне пределов его досягаемости. — Демон-отшельник! Кругом демоны! Куда ни плюнь!
– Ннпрвлч! — ответил Снаркс.
Хендрик в ответ зарычал. Только теперь я оценил смекалку Химата. Ведь не будь на Снарксе гасящей звук одежды, рыцарь снова пришел бы в ярость.
– Нет, Хендрик. Этот демон не такой, как все. Его изгнали из Голоадии. И теперь, нравится вам это или нет, он с нами.
– Мннтк, — подтвердил Снаркс.
– Черт! — коротко отреагировал Хендрик. Он наконец нашарил свою дубину и, опершись на нее, встал. Даже это было пока очень трудно для ослабевшего рыцаря. Некоторое время он довольно сильно шатался, но все же каким-то чудом его огромные башмаки устояли на полу. Нападать он был не в состоянии, только сверкал глазами на демона. — Черт! — повторил он еще раз.
– Я сейчас отведу нашего нового друга к волшебнику. Он сообразит, как нам поступить. — Я снова сгреб Снаркса в охапку и пошел. Хендрик хмуро поплелся за мной.
На несколько секунд Снаркс откинул капюшон.
– Так и знал! — только и сказал он, стрельнув глазами в Хендрика, и тут же капюшон снова опустился.
Ноги сами несли меня по боковому коридору. Тут я увидел приближающегося Химата.
– Благодарение Плаугу Несколько Всемогущему! Приятно видеть, что вы трое прогуливаетесь как добрые друзья!
– Проклятие! — прошептал Хендрик мне на ухо. — Эти коридоры — настоящий лабиринт, а между тем мы через каждые пятьдесят шагов встречаем новых людей. Заколдованное место. Не удивлюсь, если превращусь в стенку и упрусь в самого себя!
Хендрик был прав. Мне тоже становилось не по себе. В помещении таких размеров по теории вероятностей наши шансы встретить кого-нибудь очень малы. Правда, Химат упомянул, что кое-что здесь устроено по голоадским проектам.
– Надо же наконец подготовиться к вечерним развлечениям, — не унимался Химат. — Если наши досточтимые гости отпустят Снаркса со мной, он мне поможет.
Я уже собрался возразить, но почувствовал запах серы.
– Проклятие! — воскликнул Хендрик и все еще дрожащей рукой поднял дубину.
Перед нами вырос Бракс. Демон покуривал сигару и стряхивал пепел на пол.
– Последний шанс, Хендрик.
– Проклятие, — процедил рыцарь, не трогаясь с места.
– Ну что ж, — сказал Бракс, — тогда познакомишься со Сборщиками Ужаса.
С этими словами демон в клетчатом костюме исчез, и на его месте возникло нечто очень большое и в высшей степени отвратительное. У мерзкого создания было по меньшей мере девять голов разных форм и размеров. Все головы, однако, были оснащены одинаково острыми на вид зубами. Мне пришло в голову, что, возможно, это существо следует называть не «оно», а «они».
Так вот «оно», или «они», скребло, или скребли, как минимум дюжиной ног с острыми когтями, оставляя глубокие борозды в плотно утрамбованной земле. Все головы заговорили хором:
– Мы пришли «собрать» тебя. Пойдешь добром или разорвать тебя на куски и унести по частям?
И все девять голов улыбнулись. Мне пришло в голову, что, должно быть, раздирание на части — их любимое развлечение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
