На что Майкл лишь пожал плечами, сделал глоток пива и флегматично заметил:
– Забудь. Покажешь мне это как-нибудь в другой день.
Он подошел к камину, рядом с которым стояли софа и пара кресел, протер смятой газетой одно из кресел и уселся в него.
– А ты практически не изменился. Хотя нет, ты все же справился со своим заиканием, – заметил он чуть погодя.
– Десять лет практики. Если бы не Эйдриан, возможно, я добился бы того, что имею, много раньше. – Натаниэль слегка улыбнулся. – Но время от времени он докучает мне.
– Что заставило тебя вернуться в Англию? – спросил Майкл.
– Собираюсь снова заняться изготовлением игрушек, – ответил Натаниэль, пройдя вслед за Майклом и устроившись на софе.
– Ка-ак?! – удивленно протянул гость.
Натаниэль взял пиво, зачерпнул горсть печений и откинулся на спинку софы. Подтверждающе кивнув в ответ на возглас удивления, Натаниэль ответил:
– Этот поезд – слишком хорошая идея, чтобы продавать ее. Я хочу производить его сам.
Майкл взял из коробки печенье и сказал:
– В своем последнем письме ты писал, что компания по производству игрушек в Сент-Луисе разорилась. Так ты уверен, что хочешь попробовать снова?
– Именно, – ответил Натаниэль без колебаний. – Я планирую разместить заказ на находящейся неподалеку фабрике электрического оборудования, буду производить такие игрушечные поезда.
– Это брат дал тебе деньги? Не могу поверить, что Эйдриан согласился дать тебе в долг.
Натаниэль ухмыльнулся и ответил:
– Я и не просил его об этом.
– Тогда где же ты собираешься достать денег? – удивленно посмотрел на него Майкл. – Я думал, ты все потерял.
– Чтобы заработать начальный капитал, я продал половину своих изобретений. Заключил партнерское соглашение с владельцем соседней фабрики. Его зовут Джеймс Эллиот. Я встречался с ним в Сан-Франциско несколько месяцев назад. Как оказалось, Эллиот немного слышал обо мне и тоже хотел поговорить со мной. Тогда он сказал, что заинтересован в реализации некоторых моих изобретений, и предложил партнерство. Именно поэтому я возвратился в Англию.
– Эйдриан в этом не участвовал?
– Конечно же, нет! Я уже был его партнером, и мне вполне хватило. А ты думал, что после того ада, через который я прошел, после смерти отца, я буду просить помощи у Эйдри ана, своего брата?
– Постой! – воскликнул Майкл, – Неужели ты хочешь сказать, что будешь работать один и составишь конкуренцию родному брату?
Натаниэль рассмеялся.
– Боюсь, что придется.
– Он рассвирепеет, когда узнает о твоих планах.
– Предвижу это, – ответил Натаниэль, откинувшись на спинку и подкладывая руки под затылок. Злорадно улыбаясь, он продолжил: – Ему это не повредит.
– Я всегда знал, что ты сумасшедший.
– Вовсе нет. Я ведь пригласил тебя. Хочу предложить тебе поработать на меня.
– Что?! – Улыбка Майкла внезапно померкла. Он смял шляпу и сделал глубокий вдох. – Натаниэль, у меня уже есть работа.
– Я знаю, – стараясь вложить все свое неодобрение, произнес Натаниэль. – Портняжное дело. Но ты не портной, Майкл. Ты инженер. Черт возьми, ты лучший инженер по детским игрушкам. И я нужен тебе.
Майкл сокрушенно тряхнул головой.
– Я не смогу, Натаниэль. Дело не в тебе. Я не готов рискнуть тем, что имею, ради такого сомнительного предприятия.
– Это ты решил из-за того, что мой последний проект провалился?
– Конечно же, нет! Я всегда верил в твои идеи.
– Тогда почему «нет»? Я же не прошу тебя вкладывать собственные средства.
– Я помолвлен и скоро женюсь.
– Ты… женишься?! – вырвалось у Натаниэля. Майкл кивнул.
– Ее зовут Ребекка Голдман, и я работаю на ее отца. Сейчас он платит мне скромное жалованье. Я надеюсь, что в следующем году накоплю достаточно, чтобы сыграть свадьбу. С Голдманами я имею хоть какое-то будущее.
– И тебе нравится быть портным? – спросил Натаниэль.
– Конечно же, нет. Что я забыл в этой специальности?
– Вот тебе и ответ, Майкл, – сказал Натаниэль и, наклонившись к приятелю, продолжил: – Если ты не решишься, не попробуешь бросить то, чем занимаешься сейчас, то останешься портным на всю оставшуюся жизнь. Ты женишься, заведешь детей и когда-нибудь проснешься уже глубоким стариком с горьким осознанием того, что занимался всю жизнь нелюбимым делом.
– Натаниэль… а ты не думаешь изготавливать и продавать такие поезда? – спросил Майкл.
– Ты, никак, шутишь? Конечно же, я об этом мечтаю. – Натаниэль улыбнулся. – Вот только если ты заставишь его работать. Если справишься, я буду выплачивать тебе десять фунтов в неделю.
– Так в чем же проблема? – рассмеялся Майкл. – Соблазнительное предложение.
– Не столько соблазнительное, сколько смешное, – ответил Натаниэль.
Майкл глубоко вздохнул и медленно выдохнул:
– Сейчас ты совсем такой же, как в те старые времена, когда еще был жив твой отец и Эйдриан дурачил тебя.
– Только лучше. – Натаниэль отхлебнул пива. – Теперь я научился контролировать в партнерских отношениях свои интересы. Пятьдесят один процент. – И, помолчав, продолжил: – Мне действительно жаль, что Эйдриан тебя уволил.
Майкл с горечью ответил:
– Там ты ничего поделать не мог. Не твоя вина, что твой брат недолюбливает евреев. Так что не надо извинений.
– Я действительно ничего поделать не мог. Но ведь это я познакомил тебя со своим братом. Как бы я хотел хоть как-то повлиять на него.
– Забудь об этом. А твой новый партнер согласится взять меня инженером?
– Если ты об этом, то национальность его волнует меньше всего. Если бы ты обратился ко мне, я бы без колебаний нанял тебя. Так что давай все обсудим вместе, а уж его согласие – это не проблема.
– Когда ты планируешь встретиться со своим партнером? – спросил Майкл.
– Он еще не вернулся в Англию и ни слова не сказал о том, когда вернется. Я завтра встречаюсь с его женой и покажу ей этот поезд. – Натаниэль хлебнул еще пива. – Какое-то время мой новый партнер побудет в Америке, и, как я понимаю, до его приезда обязанности управляющего исполняет его жена. Переделка производства этой фабрики под наш профиль потребует много работы, и я надеюсь, что мы сможем приступить к делу немедленно.
Майкл внимательно слушал, периодически кивая, а Натаниэль продолжал рассуждать:
– Сейчас июль. Нам придется поторопиться, если мы хотим выпустить поезд к Рождеству.
– Нам? Ты рассчитываешь на мое участие? – удивленно спросил Майкл. – Но я не могу. Никак не могу. – Он посмотрел на Натаниэля и с тяжелым вздохом сказал: – Да, я ненавижу работу портного, но я и не могу вернуться к Эйдриану. Это было бы смешно.
