А красться на кухню, чтобы взять что-нибудь самой было неприлично.
Все же встать пришлось — промозглый холод, царящий в спальне не оставил выбора.
Ведерка с углем рядом с камином не оказалось, и Эйлин все-таки пришлось отправится вниз. Она знала, что должна была позвать кого-нибудь из слуг, но опасалась, что у нее сейчас не хватит сил противостоять им и доказывать что-то. Проще было отложить борьбу за авторитет на утро и принести самой.
На этот раз ступеньки не скрипели. Это заставило Эйлин улыбнуться.
— Ах ты, старый пройдоха, — пробормотала она, обращаясь к дому. Словно в ответ стекла в рамах дзинкнули. Или это просто был ветер?
Уточнять Эйлин не стала. Миновав дверь, ведущую в кабинет хозяина дома, она прошла по коридору и остановилась, гадая, где находится кухня.
Одна из дверей приоткрылась. Дом приглашал её войти Эйлин шагнула туда и оказалась среди кастрюль и сковородок. Все было тусклым, медь давно не начищали, но в помещении все равно витали запахи еды, от которых желудок опять заурчал, а рот наполнился слюной.
— Даже не смей, — приказала сама себе девушка.
Одно дело взять немного угля, чтобы протопить помещение, и совершенно иное — обыскивать кухню в поисках съестного. Не хватало еще, чтобы её застукали и обвинили в воровстве!
Стремясь как можно быстрее уйти, она огляделась в поисках ведерка, чтобы переложить туда уголь.
Его нигде не было. Тяжело вздохнув, Эйлин хотела уйти, но внезапно под огромным столом что-то звякнуло. Ведерко само выкатилось и остановилось у ног девушки. Подхватив его Эйлин направилась к деревянному ящику, где хранился уголь. Не удержавшись, осторожно погладила стену:
— Спасибо
В ответ та завибрировала, словно урчащая кошка. Дом явно старался, чтобы гостье было комфортно. Эйлин невольно улыбнулась. Зачерпнув угля она осторожно, чтобы не испачкать подол платья, направилась обратно, когда в темноте коридора едва не налетела на высокую фигуру.
— Осторожно!
Избегая столкновения, Джаспер успел выставить здоровую руку. И все равно что-то тяжелое, брякнув, задело его по бедру
Опустив взгляд, он с удивлением обнаружил, что девушка сжимает в руках ведро с углем.
— Что за…
— Простите, но в спальне холодно, и я позволила себе… — смущенно пробормотала она, старательно избегая смотреть ему в глаза. Наверняка, её пугала маска, но Джаспер прекрасно знал, что отсутствие маски испугает еще больше. Сам он не мог без содрогания смотреть на себя в зеркало.
— Вы позволили себе спуститься за углем? — фыркнул он. — Почему не позвали кого-нибудь из слуг?
— Не хотела никого беспокоить.
— Неужели?
Джаспер заметил, как она переминается с ноги на ногу, и подхватил злосчастное ведро с углем, оказавшееся весьма тяжелым.
— Похоже, вы собирались протопить весь дом.
— Комната долго стояла закрытая, — Эйлин дернула плечом.
— Хотите сказать, что вечером никто не разжег камин? — прищурился граф.
— Я… я просто заснула…
— А слуги решили пренебречь своими обязанностями, — понимающе протянул Джаспер.
— Ну… — Эйлин не знала, что ответить.
— И вы не ужинали.
Он даже не спрашивал.
— Да.
Граф скрипнул зубами.
— Пойдемте, — коротко приказал он. Ведро с углем он так и не выпустил, и Эйлин ничего не оставалось, как пойти следом. Конечно, стоило проявить гордость и вернуться в холодную спальню, но девушка решила, что может сделать это и позже.
Зайдя в столовую, граф с силой дернул за шнур колокольчика, едва не оборвав, а потом магией поджег свечи.
Камин вспыхнул сам, как только в него подкинули дров. Дом суетился, приветствуя хозяина.
— Да где же они? — Джаспер сердито оглянулся на дверь. Словно в ответ расписные створки распахнулись, и на пороге показался заспанный лакей.
— Подай ужин, и немедленно подготовь спальню миледи.
— Но ваше сиятельство… — от такого натиска парень даже проснулся. — Слуги спят!
— Так разбуди их!
— В этом нет нужды, — не выдержав, вмешалась Эйлин. — Нужно просто отнести уголь в спальню и протопить камин.
— Но вы не ели, — запротестовал граф.
— Именно. И полагаю, быстрее самой найти что-то на кухне, чем ждать, пока ваш лакей разбудит кухарку, она оденется и спустится к нам. К тому же им всем рано вставать.
— Но…
— Отчитать слуг можете и утром, — девушка умоляюще взглянула на хозяина дома. В этот момент огонь в камине взвился вверх, словно желая, чтобы Джаспер рассмотрел внимательно бледное лицо и темные тени под огромными глазами.
— Пожалуйста, я очень устала, — это прозвучало жалко.
Граф заметил, что девушка пошатнулась и осторожно удержал её за плечи.
— Ладно, — сдался он, кивая лакею. Парень шумно выдохнул, подхватил ведро с углем и со всех ног кинулся к лестнице.
— Вы совсем ослабли, — Джаспер подвел её к креслу и усадил. — Подождите меня здесь.
— Куда вы пойдете?
— Разумеется, на кухню, — хмыкнул он. — Иначе вы упадете в обморок, а по всему округу будут гулять слухи о том, что я морю своих невест голодом!
— Неужели они вас трогают? — Эйлин знала, что должна встать, но одна мысль о том, что кто-то хочет позаботится о ней, наполняла теплом. В ответ граф хмыкнул и вышел.
Судя по грохоту и ругани, которые раздались почти сразу после его ухода, он добрался до кухни, не слишком хорошо знал, что и где лежит.
Эйлин тяжело вздохнула и намеревалась подняться, когда хозяин дома снова появился в комнате, неся в руках огромный поднос.
— Я и не знал, что он такой тяжелый! — Джаспер водрузил поднос на стол, после чего помассировал плечо.
— Раны все еще тревожат вас?
— Немного.
Судя по тону, он не собирался обсуждать эту тему. Прихрамывая, прошелся по комнате и сел в кресло так, чтобы оставаться в тени. Эйлин тем временем придвинулась к столу. Похоже, граф сгрузил туда все, что обнаружил: нетронутый ростбиф, неровно нарезанную ветчину, головку сыра и несколько ломтей хлеба.
Девушке, в последнее время питающейся овсяной кашей, потребовалась вся сила духа, чтобы не наброситься на еду. Осторожно она начала отщипывать кусочек за кусочком и отправлять в рот. Столовых приборов на подносе не обнаружилось, поэтому Эйлин предпочла оставить ростбиф нетронутым. Чая тоже не было, вместо него граф принес эль. Девушка пригубила его и решительно отставила кружку.
— У вас не найдется, — начала она и осеклась.
Граф спал, опустив голову на мерно вздымающуюся грудь. Эйлин замялась, гадая, что делать. Наверное, стоило просто уйти в спальню, но девушка не раз засыпала, склонившись над шитьем, и прекрасно знала, как потом болит все тело. В памяти всплыло, как граф прихрамывал после поездки в карете, и как совсем недавно разминал плечо, явно стараясь унять боль.
Вздохнув, Эйлин подошла к спящему и тронула его за плечо.
