течению своих неисполнимых желаний. — Ты меня слышишь, Мила? Или опять в облаках витаешь? — Дарэл коснулся её подбородка и повернул к себе лицом, заставив девушку посмотреть ему в глаза. Она посмотрела… Это была его ошибка. Стоило двум взглядам встретиться, как срабатывал какой-то механизм взаимопритяжения, и их начинало неизбежно тянуть друг к другу. В такие моменты профессор резко отстранялся, поджав губы и сдвинув черные брови. Мила же стояла сама не своя, и глупо моргала ресничками, будто совершенно не понимая, что собственно сейчас произошло. — Сосредоточься! Живо! — командовал маг. Ведьмочка запихивала свои чувства глубоко и надолго, пытаясь таким образом видеть в шикарном мужчине с пьянящим ароматом парфюма лишь бездушного учителя, а не любовь всей своей жизни. Получалось с трудом. В чёрной шёлковой рубашке очень отчетливо были видны сильные руки Дарэла, широкие плечи манили своими рельефами и будоражили кровь юной прелестницы. Самая настоящая пытка, быть рядом с любимым и не иметь возможности его трогать, обнимать, целовать… В общем, с концентрацией внимания у Милалики всё обстояло довольно плохо. Очень сильно в этом не легком деле помогал преуспеть сам брюнет. Надо отдать ему должное, он не пытался заигрывать и коснуться тела девушки, пусть даже невзначай. Хотя её рубашечка тоже играла на руку обладательнице пленительных сочных форм. Как Дарэл не соблазнился и устоял, не известно. Милу, разумеется, это удручало, но и отрезвляло одновременно. Видя его холодность, она выныривала из омута чарующего мужского взгляда и начинала проявлять усердие, работая со стихиями. — Так-то лучше, — отмечал её старания Дарэл, награждая не менее соблазнительной улыбкой. "Не пойму, кто кого провоцирует?" — зло сопела Мила от безысходности. После сегодняшнего занятия, Мила уже без проблем могла поджечь и плиту, и подогреть чайник, правда пока в теории. Одним словом, её стихия земли все простила своей хозяйке, и вернулась к ней в полном своем объеме. Осталось дело за малым — испытать теорию на практике. С огнем же у девушки пока было все очень сложно. Она с трудом научилась вызывать маленький огонек на ладошке. Для неё сначала было вообще не понятно, в чем разница между тем, чтобы поджечь плиту за счет стихии огня или за счет стихии земли. После объяснений главы безопасности все-таки Мила сообразила, что используя силу огня, она посылает само пламя для розжига, а при использовании стихии земли посылаю сгусток энергии, который позволяет поднять температуру, чтобы вызвать горение. В итоге, овладев огнем, на многие заклинания будет тратиться гораздо меньше магии, а соответственно, и сил. — Ну, что сказать… — посмотрев в темное окно, учитель повернулся к своей ученице. — Ты молодец, Мила. — Если бы не вы… — засмущалась она. — Значит, мы оба поработали на славу, — подытожил маг. — Выходит, что так. — Теперь о главном! Эта фраза была сказана таким тоном, что недавняя расслабленность вмиг покинула тело ведьмочки, заставив напрячься. "Что там еще?" — подумала она, но промолчала. — К императору даже не думай приближаться. Девушку словно ледяной водой окатили. Она чудом не упала, ухватившись за спинку рядом стоящего стула. — Не надо смотреть на меня так! — сверкнул глазами профессор. — Нет и точка! — Не сочтёт ли его величество это пренебрежением его волей? Вы же сами твердили, что приказы императора не обсуждаются. — Жить хочешь? Что за странный опрос? Она только и делает, что борется за свою жизнь, прямо с того момента, как в ней проснулась тёмная магия. — Хочу… — А жить свободной хочешь? — Разумеется. И любить я тоже хочу! — Мила задрала гордо подбородок. Пусть понимает её слова, как хочет. — Поэтому сидишь дома, и носа на бал не суешь! Понятно? — А… -А вопрос с Его императорским величеством я улажу сам. И не будем больше об этом, договорились? Мила кивнула и отвела глаза, понимая, что так действительно будет лучше. Это никому не нужное внимание правителя к её скромной персоне только все портило, усложняя итак неразрешимую задачку. Оба выдохшиеся, они спустились вниз. Ужинать господин Оушен отказался, сославшись на то, что очень спешит. Еще в комнате девушки они договорились, что до начала занятий заниматься более не буду, так как к счастью расправились с главной проблемой гораздо быстрее, чем маг ожидал. Миле показалось, или Дарэл расстроился? Она уж точно была бы не против еще позаниматься на досуге. Да, всё, что угодно, лишь бы с любимым наедине.
ГЛАВА 17
Противоречивые чувства обуяли мисс Боллир, когда она провожала мистера Оушена и его коллегу. Занятия вымотали и изнурили, но сам факт, что всё это время она провела с самым необыкновенным мужчиной на свете, вызывал желание воспарить в небесах белой лебёдушкой. Девушка постоянно ловила каждое движение брюнета и восхищалась его грацией и красотой. Сколько раз она себе твердила, что вряд ли сможет разжечь в профессоре что-либо еще кроме похоти. Да, она молода и невинна, скорее всего, его это заводит, а о любви между столь разными людьми даже думать не стоит. Правильно Миккаэлла говорила, кто Мила, а кто Дарэл? И всё равно, Милалика для себя давно решила, если и подарит себя целиком мужчине, то только лишь ему, своему любимому. И пусть разочарование разобьет ей сердце, оно ей не нужно без Дарэла ибо она более никого и никогда не полюбит настолько сильно, как его. — До свидания, господин Оушен, господин Мисар, — улыбнулась адептка, стоя за спиной матери. — Всего хорошего вам. С новым годом! — И вас с наступающим праздником! — закрывая дверь, проговорила Донна. Когда гости ушли, мама Милы поинтересовалась, все ли у дочери в порядке, на что получила незамедлительный утвердительный ответ: — Да, всё просто замечательно! Вообще, после событий этого дня, Милалика стала вся словно светиться от счастья. Госпожа Боллир бросала на родное чадо недоуменные взгляды, не понимая, что всё-таки происходит. Когда, казалось, никто не видел, ведьмочка пританцовывала и напевала любимые песенки. — Мне привиделось или ты не устала, занимаясь с профессором? — заметив, что дочь принялась за уборку, вопросила Донна. — Очень устала, но всё же помогу тебе, — набрав ведро воды и отжав намоченную в нем тряпку, девушка пошла намывать полы. Ручной труд заставил хоть ненадолго забыть не дающий покоя взгляд. У Донны имелся еще один вопрос. А именно женщину сильно волновало, с какой это стати с обычной ведьмой занимается сам глава безопасности империи? Когда Мила сложила хозяйственный инвентарь и закрыла его на ключ в кладовой, хозяйка улучила момент, чтобы удовлетворить свое материнское любопытство. — Я еще на особом контроле, — попыталась отговориться Мила. — Странно, я думала, опасения
