выдвинули все шесть старейших родов, кроме нашего. Нам выдвигать оказалось некого. Я обещал поддержать Басмановых. Но чей бы кандидат ни победил, часть полномочий, как я понял, всё равно останется теперь в руках Совета Старейшин. Бояре больше не хотели, чтобы одна из семей снова узурпировала власть.
В смежной со спальней комнате находился санузел. Я умылся и привёл себя в порядок, и уже собрался выйти к завтраку, когда в дверь постучались.
– Войдите, – велел я, накинув сюртук.
Вошёл старый слуга в ливрее. Его глаза были полны ужаса, а руки тряслись.
– Что случилось? – спросил я, понимая, что явился он с недобрыми вестями.
– Вас просят в гостиную, – пробормотал слуга. – Там господин... Он не представил, он сказал, что вы знаете.
– Что ещё за господин? – я нахмурился, а у самого внутри всё похолодело.
– Пожилой господин, сказал, знаете...
– Оставайся здесь, и никуда не выходи! – велел я, вытащил из стола револьвер и выскочил из комнаты.
Не чуя под собой ног, я пробежал по анфиладе и оказался в гостиной. На полу лежали два дружинника. В их мёртвых немигающих глазах застыл ужас. Посреди комнаты стоял Крылов, чёрные щупальца тянулись к Лизе, выпивая из неё жизненные силы. Девушка даже позвать на помощь не могла.
Я не верил собственным глазам. Крылов, это чудовище, явился прямо ко мне в дом. Он убил моих дружинников, убил Лизу, и теперь на очереди я. Воистину, его ничто не могло остановить.
Появление Крылова шокировало меня. Я на миг растерялся. Погрузившись в дела, я совсем забыл о Светлейшей дружине. Да и казалось невозможным, что Крылов придёт в район, принадлежащий моему роду, вот так вот нагло, посреди бела дня, вторгнется в мой дом, убивая всех на своём пути. Это выглядело бы безумием. Но он пришёл, он был здесь.
– Я же говорил, что мы ещё свидимся, – Крылов отпустил Лизу, и та шлёпнулась на пол рядом с мёртвыми дружинниками. – Не люблю незаконченных разговоров.
Десятки чёрных отростков потянулось ко мне, впились в тело, и я ощутил, как энергия покидает меня. Выстрелил, но пуля не убила Крылова – расплющилась о невидимую стену и упала на пол. Тогда я пошёл навстречу. С каждым шагом я слабел, но продолжал идти.
И вот враг оказался передо мной на расстоянии вытянутой руки. Я схватил его за горло и сжал. И тогда я увидел в глазах Крылова то, что, казалось, ему было неведомо – страх. Он не ожидал, что я преодолею это расстояние. Он считал себя всесильным, но теперь понял, что не может остановить меня. А рука моя сжималась всё крепче и крепче.
Вдруг щупальца исчезли, и мы оба, ослабев, рухнули на пол.
Из последних сил я поднялся на четвереньки. Крылов хрипел, держась за горло. Я приставил к его голове револьвер и выстрелил. Мозги разлетелись по кафельному полу.
Я сел, опершись о стену. Рябило в глазах, подташнивало. Кажется, я был на грани. Ещё немного – и мой разум отключился бы, но на мне все же хватило энергии, чтобы побороть тёмные чары. Если бы я раньше знал, что у меня это получится, давно бы разделался с ублюдком.
А теперь я сидел и не мог поверить увиденному: враг, от которого я так долго бегал, встреча с которым казалась мне самым худшим, что может случиться, лежал на полу с простреленной башкой. Так закончилось наше пусть недолгое, но нелёгкое противостояние.
Лиза лежала бледная на полу, я подполз к ней и приложил пальцы к сонной артерии: сердце ещё стучало, хоть и слабо. Значит, Крылов не успел прикончить её. Моё появление оказалось своевременным. Однако следовало поторопиться. Последствия могли быть непредсказуемыми для здоровья Лизы. Я кликнул слугу.
– Быстро вызывай врач, – сказал я, поднимаясь на ноги. – Скажи, чтоб приезжал немедленно. Дело жизни и смерти.
Я взял Лизу и положил на диван. Сел рядом, пытаясь придти в себя. Самочувствие до сих пор осталось паршивым, хотя силы возвращались. Впрочем, со мной-то всё будет нормально – это я знал. А вот с Лизой... Надеялся, что тоже. Деньги у меня теперь были, а когда есть деньги, нанять самых лучших лекарей и целителей – не проблема.
Решив, что надо подышать свежим воздухом, я вышел из квартиры, спустился вниз, держась за поручень и едва не спотыкаясь на каждой ступеньке, и вскоре оказался на улице. Я стоял возле парадной, жадно глотая воздух, смотрел на проезжающие мимо машины и на горожан в дорогих разноцветных костюмах. Светило, согревая своими лучами мостовую и фасады домов.
Я не стал долго задерживаться. Мне стало лучше, и я вернулся домой. Скоро должен был подъехать врачеватель, приедет и представитель нашей дружины. Придётся ещё долго выяснять, где прячутся члены той тайной организации, к которой принадлежал Крылов. А у меня и без того забот полно было. Провести ревизию всего родового имущества, разобраться с банковскими счетами, встретиться с несколькими людьми, с кем мой род имел какие-то коммерческие контракты. В общем, дел невпроворот.
Но перво-наперво, конечно, выборы нового правителя. Я стал главой рода и теперь наравне с другими главами родов мог влиять на политику нашего государства, и такую возможность упускать не собирался.
Однако главным, пожалуй было то, что я оказался дома – со своим новым семейством, в своём новом мире, на своём новом месте, доставшемся мне, как я считал, по праву.
