Уйти и оставить ее без подробностей как-то уже само не вышло. Надо бы торопиться, надо жену найти и помочь ей, но на какую-то минуту Тео обо всем забыл, и с воодушевлением рассказал подруге, что Рэхтон его отец, а Вайдерн предатель и пытался его отравить. О походе в Департамент рассказал, и о путешествии в Нильвель, и даже признался, что его грызет желание оставить камень у себя, и что, скорее всего, точнее… даже не так — Тео все сделает, чтобы прикарманить камень себе. И никакие угрызения совести его не мучают.
— В смысле вы хотите оставить его себе? — опешила Крайли.
— В прямом…
— А как вы это объясните всем?
— Никак… Зачем что-то объяснять?! Мы просто никому не скажем — как вариант!
— И Василисе не скажем?
— Сделаем как она, — уверенно заявил Тео.
— В смысле?
— В смысле — это она виновата. Это она отправила меня искать камень. Нашла, кого отправить! Артефактора помешанного на драгоценных камнях! Умнее она ничего не могла придумать, да?
— Так вы же сказали, что с господином Рэхтоном были…
— Ну… — потупился Тео, понимая, что его слова не звучат убедительно. — Значит он и виноват!
— Так вы же сказали, что сами вызвались за камнем отправиться…
— Слушай, ты вообще на чьей стороне? — возмутился Тео. — Если бы я действовал по уставу, то нет у меня права тебя лечить. Ты это понимаешь?
— Ммм… — задумалась Крайли, но него смотрела с хитрым прищуром. — Теперь да… Я молчок… Все-таки такая вещь обязательно пригодится в хозяйстве. Не оставят же Ссарию без королевского талисмана — новый дадут. Смена власти все равно произойдет из-за секты, такое без внимания не оставят. Я б на вашем месте уже отправила весточку королевским советникам. Пусть приезжают и наводят должный порядок.
— Да, ты абсолютно права, — закивал Тео. — Если вдруг что я скажу, что это ты уговорила меня оставить камень себе.
— Эй… — возмутилась Крайли, но смеялась вместе с ним.
Понимала, что если хозяину что-то в голову пришло, то это уже никаким клином не вышибить. Кроме того штука-то полезная! И только что спасла ей жизнь. Василиса вошла в их жизнь довольно плотно, и навсегда, как пить дать, навсегда, а стало быть, этот алмаз еще ни один раз спасет им всем жизнь. Вот и не надо прощаться с такой полезной штучкой.
— Я сейчас усилю в тебе эффект от Алмаза, — сказал Тео на прощание. — Это позволит тебе играть роль, будто тебе после принятия лекарства стало плохо. В дальнейшем тебе надо делать вид, словно ты хочешь на меня в суд подать за такое самоуправство, ведь я тебя по нашей легенде чуть не убил. Дважды! О случае с гаргульей тоже не забудь! Понятно?
— Игм… — закивала Крайли. — Не волнуйтесь, все оформлю в лучшем виде!
VI.
Приоритеты.
Мотарий Слайши рассказал безумно интересную историю. Василиса слушала его взахлеб, и диву давалась тому, как она раньше не замечала ничего, о чем продажный начальник рассказывает.
Говорил он, конечно, красивыми и пафосными речами, подробно рассказывая о своей секте, пардон, сообществе, в котором он со своими дружками, облачаясь в друидские наряды, совершали различные языческие ритуалы. С одной стороны нет в этом ничего зазорного. Ну, призывали себе глупые мужики бубнами и танцами удачу, успех и прочую ересь, и верили, что все работает, ну, ничего страшного!.. Было… До тех пор, пока в их славную компашку не попал Ярополк Клодбер, и не показал им на самом деле действенные и серьезные ритуалы с жертвоприношениями… человеческими жертвоприношениями.
Отдача от таких ритуалов была поистине ощутимой. Участвовали в подобном не все, просто напросто боясь вводить в курс дела всех членов их сообщества. Но те, кто принимал активное участие, самым неожиданным образом становились сильнее, богаче и успешнее.
Мотарий с самого начала не попал в узкий круг тех, кто был допущен до кровавых ритуалов. Стоял в сторонке и лишь наблюдал за тем, как его соперники богатеют. Василиса делала вид, что не замечает скрытого подтекста в его пафосных речах, но на самом деле понимала — завидовал начальник, да так серьезно, что лишь по этой причине начал делать козни товарищам.
Если на многие вещи он закрывал глаза, то теперь нет. У каждого «друга» имелся какой-либо незаконный бизнес, и раз Мотария не пускали в закрытый клуб самых успешных, то он сам проложил себе к ним дорогу, обложив дружков со всех сторон. Однако даже когда он закрыл несколько частных борделей, притонов с наркотиками и лавок с крадеными товарами из других миров, все равно его в круг избранных не звали, отрицая его существование.
Однако начальник докопался до истины, и узнал, чему всех учит Клодбер, и раз ему, Мотарию, все врали, он в ответ решил отомстить и тайно помогал Василисе поймать кровавого убийцу. Прямых вопросов Василиса не задавала об истинных причинах предательства Слайши своей секты, но начальник так перед ней стелился в рассказах, что она молчаливо кивала головой на слова:
— Я не мог допустить, чтобы мое сообщество погрязло в крови невинных! Этого ублюдка нужно было поймать и посадить! — и делала вид, что верила в каждое его слово.
Слушая ее лживые пафосные сказочки, Василиса не забывала делать выводы. И выходило, что Мотария не допустили в круг Избранных с самого начала, но из-за давления, которое он оказал на друзей, добился своего и получил желаемое, а вот потом что-то пошло не так, и он предал их, сдав место положения Клодбера. Иначе никак нельзя объяснить тот факт, что бывшего мужа Василиса ловила два года. Бывший знал заранее о каждом ее шаге. Он был проинформирован о каждой операции захвата, и взяла она его только по одной причине — один раз Ярополк не знал, что за ним идут. Сейчас слушая начальника, Василиса была готова поклясться, что дела обстояли именно так.
