Круг Избранных о нем даже никто ни вспомнит.
— У вас большой гарем, если я в него попаду, то ютиться в одной комнатке с вашими пятью женами, ну как-то не то… А вот жить в таком дворце совсем другое дело! — «нежно» щебетала она.
— Ты сначала разведись, а там видно будет, — немного подобрел Мотарий от перспективы, что она ему достанется.
Василиса не стала ничего добавлять, понимая, что пока он мечтает, она придумает план действий.
Конечно, Василиса довольно ярко приукрасила саму себя, когда говорила, что ее нельзя убить. Любого можно и она не исключение. Серебряные пули — большая печаль для любого живого создания, и как-то вот плохо, что у нее с собой нет даже ножика. Пушка-то ее дома, а не в оружейной. Но взять и признаться, что забыла дома табельное оружие просто потому, что привыкла, что ее и так все вокруг бояться? Нет, такого говорить точно не следовало. И все же Василиса действительно привыкла к тому, что все слишком трусливы, чтобы нападать на нее. Все, но не начальник — Мотарий ее не боится. Точнее не будет бояться, если будет знать о ней все.
Плавает она, как топор. Вот огонь — да, это ее стихия. Но достаточно одного сильного морозного заклинания, как ей сразу же станет нехорошо. А демоны сильны в плане магии, и если ей не изменяла память, а она как раз таки не изменяла, Мотарий специализируется на заклинаниях связанных с ненавистной водной стихией… Огонь и вода вечные соперники, и если будет бой, Василиса не могла гарантировать себе победу. Все-таки он выше ее чуть ли не в два раза, и шире почти настолько же. Нельзя недооценивать врага, поэтому пусть вражина думает, что угодно, лишь бы не планировал ее убить…
Особняк господина Исидур находился посреди района, но вокруг было тихо. Вероятно, местные либо еще отдыхали, либо отправились по делам в город. Это Василису радовало, позволяло спокойно осмотреться.
Стоило им выйти из меолёта, как из дома к ним на встречу выскочил сам Пеларин. Ни Василиса, ни Мотарий этого не ожидали и напряглись, ибо хозяин выглядел нервным и взвинченным. С чего бы это?
— Что вам надо? — грозно рявкнул он. — Это частная территория! Вам нечего тут делать!
— Я писать хочу… — брякнула Василиса первое, что пришло в голову и мужчины изумлено на неё уставились.
— Вы сюда пописать приехали?! — возмущенно закричал советник.
— Нет, но раз мы здесь, то я очень быстро сбегаю в уборную и обратно… — строя из себя такую дуру, каких даже на свете не существует, сказала Василиса, наивно хлопая глазками и тут же пошла в сторону дома.
Обескураженные мужчины не нашлись с ответами, да и возражений не придумали, ибо… а что они могли сказать? Василиса пользовалась своей наглостью и неповторимой харизмой на полную катушку, а после бежала к цели так, словно за ней гналась стая волков.
— Стой! — у самой двери она услышала Пеларина, но не остановилась.
Открыла дверь и исчезла в доме. Туалетная комната должна быть где-то на первом этаже, вот только все здесь было отделано красивыми панельками древесного оттенка, и создавалось впечатление, что все двери в холле скрыты, лестниц не видно, просто большой пустой зал с колоннами и цветочками. Заметив первую попавшую дверь, она ринулась к ней, слыша, как мужчины уже близко.
Она открыла дверь, и… То, что она увидела повергло ее в шок. Вот что она на самом деле ожидала увидеть? Туалет?.. Да, как по легенде и надо. Гостиную?.. Да, а где-нибудь на столе в одной кучке волшебная палочка, алмаз и эликсир. Наивно, но помечтать нельзя, что ли? Это дело и так оказалось слишком сложным, и неужели нельзя хоть что-то упростить? Хоть чуточку!
Нельзя.
Так решил Пеларин Исидур, усеяв свою библиотеку кровавыми пятнами. Стены, окна, книжные стеллажи, диваны… Все было в крови. Опустив взгляд на пол рядом с собой, Василиса решила не присматриваться, чтобы ее желудок не среагировал должным образом. Но то, что перед ней валялся чей-то глазик, было слишком очевидно.
— Стой… — Пеларин запнулся на столь коротком слове, когда понял, что уже поздно пытаться ее остановить.
— Пламя меня сожри… — в ужасе простонал Мотарий. — Что это еще такое?!
— Вы… вы здесь оба на незаконных основаниях! — «придумал» что сказать советник. — Вы не имеете право вламываться ко мне домой!
— Вы абсолютно правы, — закрыла Василиса дверь в библиотеку. — Мне и писать внезапно перехотелось… Пойдем мы… Извините, что потревожили, и раз нам не рады, мы не будем задерживаться.
Она спокойным и уверенным шагом отправилась к двери, в которой застрял её начальник, причём застрял мертво и, несмотря ни на свой собственный испуг, ни на «разумное» предложение уйти отсюда как можно скорее, уходить не собирался.
— Ты сейчас же нам все объяснишь! — гаркнул Мотарий на советника. — Ты же понимаешь, что если мы отсюда уйдем, то как раз за «законным разрешением» осмотреть твой дом и приказом брать тебя лишь мертвым и отправимся! Ты этого хочешь?!
— Вы правы… Бред сморозил, предложив вам немедленно уйти, — злобно хмыкнул Пеларин и, достав из рукава рубашки длинную изящную палочку, гневно бросил, — не стесняйтесь, прошу, будьте моими гостями! Чувствуйте себя как дома!
Почему-то у Василисы сразу возникло опасное чувство, что перед ней та самая пропавшая волшебная палочка, и если ею угрожающе тыкали чуть ли не в нос, значит, следует послушно поднять лапки к верху и выполнять все условия преступника, а то мало ли… На тот свет Василиса не торопилась. Она же только что замуж вышла!
Мотарий думал по видимости примерно о том же, потому что медленно поднял руки, как и она, давая понять, что оказывать сопротивление не станет. Пеларин мотнул головой на дверь в библиотеку, и злобно рявкнул:
— Вперед! Быстро!
— Там на пороге глазик валяется… — как бы, между прочим, сказала Василиса. — Смотрите, не споткнитесь.
— Закрой рот! — рыкнул советник —
