Мэйвенн больше понимала в этикете и наконец заговорила:
— Я счастлива принять тебя, но подозреваю, что это не просто светский визит.
— К сожалению, нет. Я хотела поговорить с тобой о… — я замялась, внезапно почувствовав себя глупо. Я-то думала просто заявиться сюда и спросить ее прямо, она ли пытается меня убить? Ну, что ж, отступать уже поздно. — В последнее время, на меня несколько раз напали. Пытались убить. И я вот подумала… возможно… тебе что-то об этом известно…
Ее бирюзовые глаза внимательно изучали за мной.
— Давай ближе к делу. Ты хотела узнать имею ли я к ним какое-то отношение?
Я отвела глаза.
— Ну да.
— Неудивительно, что ты нравишься Дориану. Твоя откровенность, должно быть постоянно его развлекает. — Она вздохнула и прижалась головой к спинке кресла. — Хочешь верь, хочешь нет, но мой ответ — нет. Я ничего не знаю, ни о каких покушениях на твою жизнь. Расскажи, что случилось?
Полагая, что независимо от ее причастности, рассказ мне не повредит, я просветила ее и о фахане и о никси. Ее лицо оставалось нейтральным, но пару раз я видела, как в ее глазах вспыхивало удивление. Когда я закончила, ее вопрос застал меня врасплох.
— Почему ты до сих пор живешь в пустыне? Даже с радостью?
Я удивленно захлопала ресницами.
— Это мой дом. Там не так уж и плохо.
Мэйвенн пренебрежительно пожала плечами.
— Тебе конечно видней. Но Дориан прав, насчет намерения этих существ существ. Это спланировал кто-то сильный и заинтересованный в твоей смерти.
— Ты знаешь кто это может быть?
— Нет. Как я и говорила тебе, у тебя нет поводов доверять мне, но я ничем не могу тебе помочь.
Мэйвенн была права. Но у меня не было причин верить ей. И все же… я вспомнила, что Кийо доверяет ей. И независимо от того, что он от меня скрывал, я надеялась, что могу доверять его оценке.
— Не могла бы ты подсказать мне, кто теоретически мог это сделать?
— Я могу назвать тебе десятки имен. Но от этого будет мало толку.
Нахмурившись, я вжалась в кресло. Ее ответ совпадал с ответом духов.
— Сожалею, что не могу тебе больше ничем помочь, — ее голос звучал очень искренне, — не буду врать: мысли о тебе и внуке Тиригана пугают меня. Но я не верю в предсказания того, что еще не случилось, особенно зная, что ты не собираешься заводить детей. Но все равно…. — она выжидающе посмотрела на меня. — Могу я задать тебе вопрос?
— Конечно.
— Я помню твои слова, и все же… эм, я все чаще и чаще слышу слухи о тебе и Дориане. Кийо сказал… — она запнулась произнеся его имя вслух. — Кийо сказал, что мне не о чем беспокоится.
— Всё так. У нас договор. Дориан учит меня управлять моей магией, а я разыгрываю его подружку. — Нет необходимости рассказывать ей о новой сделке.
Она задумалась.
— Значит, ты все таки, решила принять свое наследие.
— Не сделать этого было бы довольно глупо.
— В чем-то ты права… хотя мне было бы спокойнее, если бы у тебя был другой учитель. Сейчас ваша договоренность может казаться тебе достаточно безопасной… но я сомневаюсь, что она будет таковой долгое время. Не позволяй обаянию Дориана, ввести тебя в заблуждение. Он будет использовать тебя, чтобы добиться желаемого, а желает он исполнения пророчества.
— Ну, думаю, с Дорианом, я уж как-нибудь справлюсь. И с его обаянием.
— На самом деле, все сложнее, чем кажется на первый взгляд. Твоя жизнь может оказаться под угрозой.
— От Дориана? Я в этом сильно сомневаюсь.
— От его врагов.
Что-то новенькое.
— Я и не подозревала, что у него вообще есть враги, если только… эм, у тебя с ним разные взгляды… и, еще он не ладит только с Эсоном. — Я села ровно. — Думаешь это его враги пытаются убить меня? Чтобы добраться через меня до него?
— Тебя уже пытаются убить многие сияющие. Но список врагов Дориана не меньше твоего, я упоминала об этому. Большинство его противников не имеют ничего общего с твоим пророчеством. Дориан очень могущественный, его многие боятся и не без оснований. Когда часть Иного мира осталась без правителя, Дориан попытался завоевать ее. И лишь в последний момент появилась Катрис — королева Рябиновых земель, и не дала Дориану прибрать ее к рукам. Земли Тиригана узнали ее и позволили править в них, отобрав таким образом у Дориана огромную территорию.
Я вздрогнула. Я слышала рассказы Роланда о том, что территории в Ином мире постоянно меняют свои очертания и границы, и тем не менее, мысль о том, что земля сама меняет свой облик поражала меня.
— Многие знают, что Дориан так и не смирился с поражением, — продолжила Мэйвенн. — Он хочет расширить свои земли, и все считают, что он использует для этого тебя. Годами ты пугала всех в округе, обладая только человеческими силами. Если теперь ты обретешь силы Короля Шторма, то по мнению многих, вы с Дорианом, захотите завоевать другие королевства. А возможно даже выйти за границы нашего мира.
— Все вокруг так одержимы жаждой завоевания — почему бы им просто не оставить все как есть?
— Боюсь, что у твоего короля Дориана более, грандиозные планы, на этот счет.
Уже не в первый раз, после того как я заключила с Дорианом сделку, я задумалась, чего же на самом деле он от меня хочет?
— Почему многие из тех, кто хочет исполнения пророчества, вместе с тем не хотят, чтобы оно сбылось именно с Дорианом?
Мэйвенн кивнула.
— Им просто нужен на эту роль кто-нибудь менее амбициозный, кто-то, кого можно будет контролировать. Они же первые и попытаются свергнуть Дориана. Ну а те, кто теоретически желает исполнения планов Шторма, на самом деле считают, что до этого никогда не дойдет, поэтому сейчас они банально переживают о том, какой вред их королевствам может принести само твое пребывание тут.
Новая теория, что я опасна, потому что желаю уничтожить Иной мир, была такой же смехотворной как и пророчество.
— Какого черта мне захочется править в этом мире? Разве никто не заметил, что я человек? Пусть даже наполовину? У меня нет никаких прав на наследие джентри. И они мне не нужны.
— Сияющие смотрят на это иначе. Люди всегда судят о других по наличию в их крови примесей. Нам это тоже не безразлично, в тебе течет наша кровь, и этого достаточно. Да возможно у тебя мать — человек, но по всем твоим намерениям и целям большинство из нас сейчас считают тебя одной из нас.
Я подумала о том, как типично для нашего мира навешивать на людей смешанной крови ярлык «чужак»: афро-американец, американец азиатского происхождения, и т. п. Мэйвенн права. Люди тоже зацикливаются на наличии «посторонней» крови.
