доносились разговоры Алирин и Талена, сдобренные их смехом, который заставлял улыбаться и Ивену. Внезапно Тален оперся двумя руками о передние кресла и высунул голову вперед.
— А вы в курсе, что солист «Таранного камня» — огнемаг? — в его голосе слышались одновременно восторг и удивление.
— Да, мы читали новость, — ответила Ивена. — Удивительно, что он решил об этом заявить. Все-таки публичным личностям это до сих пор опасно делать. Вот ты бы решился однажды?
— Пока думаю, что нет. Но я потому этим чуваком и восхищаюсь, — мечтательно произнес Тален. — Да и вообще всей группой. Они активно показывают свое одобрительное отношение к магам, и я их музыку теперь еще больше люблю. Конечно, хотелось бы тоже однажды перестать скрываться, но… Нет, я не решусь на такое. Он хотя бы в коллективе, а я сам по себе, по сути.
— Ну и не надо, — отрезала Алирин резко. — Нам признался, и хватит. Обстановка по-прежнему неспокойная, и неизвестно, когда это все решится.
— Ну сдвиги-то есть, — с надеждой сказал Тален. — Мне вон постоянно суют новости о том, что помимо хакерской группировки есть еще и другая, которая защищает права магов. Наивные. Я уверен, что такая группировка и не одна. Там и маги, и обычные люди. И это классно на самом деле.
— Правда, так и до революции недалеко, — подметил Кастор. — Общество раскололось на тех, кто хочет придерживаться старого порядка, и на тех, кто желает что-то изменить в отношении к магам в лучшую сторону. И пока неизвестно, кто в итоге одержит победу. Может, всех утихомирят и все станет так, как и было. А может, что-то удастся поменять.
— Но знаете, что здорово? — Алирин тоже высунула голову вперед, пододвигая Талена. — Что тех, кто поддерживает магов оказалось намного больше, чем я думала. Серьезно, мне казалось, что абсолютно весь мир против них, но нет. На самом деле даже немного странно, что мышление некоторых людей так переменилось. Почему-то казни всех не так возмущали, хотя это так же ужасно, как и опыты. Но стоило слиться информации об экспериментах, как люди образумились.
Губы Ивены растянулись в улыбке.
— Думаю, дело не в том, что они резко поменяли мнение, — сказала она. — Я уверена, что многие и раньше не одобряли казни, просто молчали, потому что за такое может прилететь штраф. И сейчас может, но всех ловить не успевают. Когда я была инквизитором, замечала, что людям, у которых близкие оказывались магами, становилось тяжело, но вовсе не из-за того, что их дорогой человек якобы грешник. По большей части они переживали именно за его судьбу и место в обществе. И я уверена, что они мечтали, чтобы все поменялось, просто не говорили. Но по глазам было видно, как они ненавидели меня и всю инквизицию. Тогда я их презирала, но потом стала прекрасно понимать. Я была несправедлива, но не задумывалась над этим. А они задумывались.
Ивена сделала паузу. Было неприятно вспоминать о старой работе, особенно понимая, что там она многим людям поломала жизни. Но если бы не инквизиция, то не было бы и того, что есть сейчас.
Видя, что Ивена приуныла, Алирин протянула руку и ободряюще взялась за ее плечо.
— Не переживай, это уже в прошлом. Я, знаешь ли, тоже дурой была, и что теперь? Сейчас вот понимаю, что странно всех телекинетиков судить по одному уроду, а тогда даже мысли такой не допускала. Не хотела допускать.
— Да я знаю, что это уже не важно, но все равно иногда виню себя, — призналась Ивена и постаралась смахнуть накатившую грусть. — Но вернемся к обществу. Я уверена, что многие были недовольны: маги за себя, а обычные люди за своих близких. И то, что в один момент многие начали защищать магов после новости об экспериментах — результат этих накопившихся недовольств. Они росли как снежный ком, который в один момент уже не было сил удерживать. Вот и хлынуло все наружу. Одни увидели, что другие осмелели, и тоже почувствовали в себе силы встать на сторону справедливости. Я тоже не ожидала, что исход будет иметь такой масштаб, но все мы видим результат. И это воодушевляет и дает надежду на светлое будущее.
— Чувствую, что мы прям герои, раз посодействовали этому, — гордо заявил Тален.
Ивена задумалась, вспоминая о сбежавшем маге.
— Да, но… Тут, скорее, герой тот телекинетик. Если бы ему не удалось украсть такие ценные данные, то до сих пор ничего бы не изменилось, и тайна научного центра не была бы раскрыта. Именно благодаря ему нам удалось это сделать. Интересно, что с ним? Смог ли он скрыться или его вновь поймали?
На несколько секунд в салоне повисла тишина. Но вскоре ее нарушил Тален.
— Вряд ли мы узнаем, но будем надеяться, что с ним все хорошо. По крайней мере, его миссия по донесению информации до народа оказалась выполнена. Да, не его руками, но все же. И кто знает, удалось ли ему бы что-то с этими данными сделать? Вдруг он бы их опять потерял, или его бы поймали и изъяли их. А нам все удалось. Так что спасибо тому магу, будем верить, что он в порядке.
На парковке клуба мест ожидаемо не оказалось, все было заставлено машинами. Пришлось ставить свою во дворе ближайшего дома, а потом пешком идти до клуба. На улице уже собралась толпа людей, ожидающих, когда же начнут запускать внутрь помещения. Наконец-то проход открыли.
Продемонстрировав свои билеты, Ивена и компания зашли внутрь клуба. Все места у сцены уже были заняты, но все равно удалось встать так, что сцену было достаточно хорошо видно. Спустя томительные минуты ожидания свет в клубе погас. Толпа радостно закричала и начала хлопать, призывая музыкантов. По залу начали бегать огоньки, сцену озарил свет, и на нее вышел гитарист, начиная играть бодрый риф самой известной песни группы. Толпа взревела от восторга и предвкушения, и Ивена последовала примеру.
Она мечтала попасть на концерт любимой группы несколько лет, но постоянно не удавалось. То учеба, то работа, то еще какие-то внезапные дела. Но вот наконец-то ее мечта исполнилась в компании любимого человека и лучших друзей. От счастья хотелось заплакать, но Ивена отвлеклась на другое. На сцену выбежали другие музыканты, солист взялся за микрофон и начал петь. Ивена тут же стала подпевать во весь голос, как и все остальные. Глаза ее горели, видя кумиров перед собой. А зная, что они поддерживают ее точку зрения на счет магов, уважение к ним только возросло.
