стене, когда он бросился к следующему стеллажу.
Мой шок сменился ликованием, когда я увидела, как кровь разбрызгивается по стенам и смешивается с каждым пятнышком грязи на полу. То, что он делал, было совершенно безумным, и все же удовлетворение, которое это вызывало во мне, было бесконечным, потому что пошли они к черту. К черту их жажду, их Сферы и их гребаное варварское представление о цивилизации.
Было уже слишком поздно пытаться спрятаться. Вампиры, должно быть, уже услышали грохот и звуки бьющегося стекла, поэтому вместо того, чтобы тратить время на ужас или ругать Магнара за полное отсутствие у него скрытности, я сделала несколько бегущих шагов к ближайшему стеллажу и толкнула его в стену со всей силы, на какую была способна.
С моих губ сорвался смех, в котором слышался оттенок мании, потому что я знала, что это все: вампиры мчались к нам прямо сейчас, их гнев от того, что они найдут будет неизмеримым. И все же что-то в уничтожении этого запаса украденной крови было настолько освобождающим.
Я схватила бутылку, которая не разбилась, ударившись о мой ботинок, и швырнула ее в дальнюю стену: красные брызги разлетелись по потолку, стекло каскадом упало в постоянно увеличивающуюся лужу на полу.
Магнар схватил еще одну тележку и швырнул ее над головой, направляя к двери, и я с испуганным ликованием наблюдала, как содержимое разлетелось повсюду.
Остальные три тележки быстро последовали ее примеру, и пол был усеян разбитым стеклом и испорченными пожертвованиями. Волна пролитой крови омыла носки моих ботинок, прежде чем вытекла из холодильника в коридор за ним, пачкая грязный пол доказательствами преступлений, которые эти кровососы совершали против человечества слишком долго.
— Вампиры, — выдохнула я, едва способная поверить в то, что мы только что сделали. — Они точно будут знать, где мы…
— Пусть придут, — прорычал Магнар, снимая Венома со спины, чтобы он присоединился к Буре в другой руке и двинулся к центру комнаты. — Держись позади меня.
Этому приказу было достаточно просто следовать, и я попятилась от него, прижимаясь спиной к задней стене, когда звук приближающихся вампиров достиг моих ушей. Того факта, что они не молчали, было достаточно, чтобы сказать мне, сколько из них направлялось в нашу сторону, и мой пульс ускорился в ответ.
Фурия раскалился докрасна в моей ладони, но вместо того, чтобы причинить мне боль, жар, казалось, проникал в мои вены, покалывая мои чувства и усиливая их. Мое зрение казалось острее и сфокусированнее, каждый звук отчетливее отдавался в ушах. Даже металлический запах крови, скопившейся у наших ног, сильнее ударил мне в ноздри, а ее вкус пробежал по языку.
Вместо того, чтобы прижаться к стене, я стояла, готовая защищаться, с Фурией в руке. Если дело дойдет до боя, я встречусь с ними лицом к лицу.
Магнар расправил плечи, небрежно вращая двумя огромными лезвиями, ожидая прибытия вампиров. Я могла сказать, что он не испытывал страха, только ярость от того, что они сделали с нами, пока он спал. Ярость от того, что последняя тысяча лет принесла смертным. И он собирался взыскать плату за этот долг.
Первые вампиры добрались до двери, и он расправился с ними прежде, чем я успела сосчитать, скольких он убил. Пепел закружился на его клинках, когда он снова замахнулся ими, используя дверь как узкое место, разрубая всех, кто пытался пробиться через нее.
Раздался звон металла о металл, когда следующий ряд вампиров понял, что на них напали, и схватили свое собственное оружие. Адреналин разлился по моим венам, как лесной пожар, но я не съежилась, как кролик, застигнутый ярким светом, я ждала, как змея в траве, позволяя Магнару делать то, что у него получалось лучше всего, и готовясь к моменту, когда они прорвутся мимо него, чтобы я могла прикрыть его спину.
Он удерживал их в дверном проеме, используя узкое пространство, чтобы они не могли одолеть его, крутясь и пиная, нанося яростные, дикие удары, которые были встречены криками и взрывами пепла. Он размахивал мечами и безжалостно прорубал себе путь сквозь всех, кто нападал на него, дикость в его движениях говорила о воине, которому было суждено победить этих монстров сотни лет назад.
Вампиры сплотились, командные вопли и настойчивые выкрики заставили их построиться, прежде чем они хлынули вперед как один, и Магнар был вынужден отступить, позволяя им ворваться в комнату. Он с вызовом взревел, когда они попытались преодолеть ярость его могучих клинков, рассредоточившись и наступая на него с обеих сторон, пытаясь сокрушить его, но ни один не смог приблизиться.
Я с благоговением наблюдала, мое сердце бешено колотилось, когда он снова и снова парировал удары и нес смерть, его движения были неземными, его инстинкты, казалось, снова и снова направляли его клинок в идеальное положение.
Магнар качнулся влево, и вампир обошел его, целясь прямо в меня, заставляя мое внимание вернуться к выживанию, вместо того чтобы пялиться на истребителя из легенд.
Глаза вампира злобно сверкнули, и мой пульс застучал в ушах, когда он взмахнул мечом, целясь прямо мне в голову.
Каким-то образом мне удалось поставить Фурию между нами, чтобы он принял удар, клинок втолкнул в меня воспоминания, которые не были моими собственными, предлагая мне ровно столько, чтобы эффективно владеть оружием. Я отпрянула, когда сила атаки вампира пронзила меня до костей, и он снова замахнулся на меня.
Мои ноги двигались быстро, и я отскочила в сторону, наполовину чувствуя, что знаю, что делаю, пока Фурия вливал в меня информацию, как будто я была пустым сосудом, который только и ждал, чтобы его наполнили. Что бы ни делал клинок, это сработало, поэтому я не стала сомневаться, когда нырнула под третий взмах клинка вампира, мои волосы взметнулись вокруг меня, когда я отвернулась в сторону.
Бей сейчас же!
Я сделала, как приказал Фурия, и золотое лезвие рассекло заднюю часть ног вампира, рассекая мышцы и сухожилия, проливая кровь, которая была слишком ярко-красной для человеческой.
Вампир зашипел и упал навзничь, ноги больше не могли удерживать его в вертикальном положении. Я отпрянула от его клинка, когда он метнул его в меня со своего места на полу, пригибаясь справа и приближаясь к бушующему торнадо, которым был Магнар.
Я усилила хватку на Фурии, бросаясь к вампиру, которого повалила на землю, намереваясь прикончить его, но меч Магнара добил его раньше, чем я смогла, разрубив его надвое, найдя сердце и оставив на месте кучи одежды и пепла.
— Это была моя добыча, — прорычала я,
